— Ты завела гребаную собаку? — рявкнул он и увидел, как она, запнувшись, сделала шаг и остановилась. Так что, именно он сделал последние четыре шага, чтобы до нее добраться.

— Я задал вопрос, Кэди, — натянуто напомнил он.

— Нет, — тихо ответила она, глядя на него снизу вверх.

— Возьми сумочку. Мы едем в приют.

Она моргнула, голова дернулась, и она открыла рот.

Он не дал ей сказать ни слова. Повернулся к ней спиной, подошел к двери и повернул ручку.

К счастью, она была заперта.

— Ключ у меня, — сказала она все так же тихо.

Плечом оттолкнув его с дороги, она отперла дверь и вошла.

Он вошел вместе с ней.

Она приблизилась к кухонному островку, где лежала сумочка, схватила ее, повернулась, но осталась на месте.

— Расскажи мне, — мягко попросила она.

— В пикапе, — сказал он.

Она выглядела немного испуганной, прежде чем попыталась снова:

— Может, нам стоит…

— В проклятом пикапе, Кэди, — прорычал он.

Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, кивнула и поспешила к двери.

Он закрыл дверь и взял из ее рук ключи, чтобы запереть ее, в основном потому, что был слишком взволнован, чтобы просто стоять и ничего не делать. Закончив, он вернул ей ключи, и пошел к пассажирской двери пикапа, она двигалась в два раза быстрее, чтобы не отставать от его длинных шагов.

Он открыл дверь и, когда она села, закрыл ее.

Обогнув машину спереди, сел сам, и, развернувшись в огромном дворе, направился обратно к воротам.

Они оставались открыты. Испытывая раздражение, он вышел и нажал кнопку на клавиатуре, чтобы их закрыть, но, черт возьми, он ни в коем случае не оставил бы их открытыми. Он вернулся в машину и сел за руль.

Она молча сидела рядом с ним, и он чувствовал ее беспокойство.

Наконец, она набралась смелости начать:

— Курт…

— Ларс вышел из тюрьмы. Два года назад. Он отсидел весь срок. С тех пор начались пожары: в Вайоминге, Неваде и Миннесоте, а еще четыре — в Колорадо. Много разрушений. Ни одной смерти.

— Хорошо, — прошептала она дрожащим голосом.

— Смерти происходили после того, как устраивались пожары, по прошествии от пяти дней до трех недель. Поджоги с масштабным уроном находились в центре внимания, и это оставляло убийства каждого члена команды Ларса незамеченными, их никто между собой не связывал.

— О боже, — выдохнула она, страх окутывал каждое слово.

Ему не нравилось это слышать, он ненавидел быть причиной этого, но она должна знать.

И знать все.

— Ларс думал, что ты стукачка. Ты была со мной, а я оказался копом под прикрытием, поэтому он решил, что ты стукачка. Мария знала, что ты встречаешься с легавым, но Мария — чокнутая сука. Насколько мне известно, она его в этом не разубеждала. Они понимали, что Лонни глуп, и по этой причине Ларс требовал, чтобы его убрали, но, рассказывая мне многое, в то время Ларс не знал, чем это для него обернется. Но не только Лонни болтал направо и налево. Я сблизился с двумя другими членами команды Ларса, и они считали Ларса выскочкой, но не тупицей. Когда он сел, с тем количеством улик, что у нас было против него, он знал, его парни не были такими умными, как он. Итак, он вышел, и зол, и хочет отомстить, и зная этого человека, ему все равно, что никто из них его не сдавал. Он убирает их всех, заставляя заплатить за погубленные мечты, и за то, что его задница гнила в тюрьме целых пятнадцать лет.

— И ты думаешь, он придет за мной? — спросила она.

— Я думаю, есть вероятность, что он придет за нами обоими.

— О боже, — выдохнула она.

— Тебе нужна собака. Нужна сигнализация. Нужен глазок. И мы достанем тебе пистолет.

Он знал, что она повернула голову в его сторону, когда прошептала:

— Курт…

— Кэди, это не обсуждается. У тебя будет все это или ты переедешь ко мне.

— Я возьму пистолет, — немедленно заявила она.

Курт стиснул зубы.

Он разжал их, чтобы сказать:

— Мы достанем его тебе, я научу тебя им пользоваться. Кэди, все будет в порядке.

— Хорошо.

Она сказала это слово, но совершенно в это не верила, и он ее не винил.

— Закончив в приюте, я позвоню своим парням в Денвер. В участке одни уже звонят в Неваду, Вайоминг и Миннесоту, докладывая об обнаруженной между происшествиями связи, другие работают, чтобы предупредить местные правоохранительные органы о том, что мы ищем. Мы работаем все вместе, так или иначе, мы его поймаем.

— Так ты думаешь, он сейчас здесь?

— По-моему, да.

— Думаешь, он за нами следит?

— Мне кажется, он за нами наблюдает.

— О, боже мой!

Он знал, задача не из простых, но он должен ее решить.

— Кэди, держи себя в руках.

Она замолчала.

И Курт тоже.

Она нарушила молчание, сказав:

— Как он нас нашел? Я имею в виду, так ли легко найти людей?

Дерьмо.

Дерьмо.

— Курт?

Дерьмо.

— Курт! — Его имя прозвучало более настойчиво, потому что она уловила его настроение.

— Твой детектив... то есть детектив Морленда.

— Прошу прощения? — спросила она.

— Он следил не только за мной.

— О боже!

— Я понял так, — сказал ей Курт. — Он хотел обезопасить тебя, поэтому следил за всеми.

— Откуда ты знаешь?

— Несколько лет назад я вломился в его гостиничный номер и прочитал все дерьмо, что он на меня собрал. И обнаружил, что он много чего нарыл и на всю команду.

— И... что? Он тайком работал на Ларса?

— Понятия не имею. И, возможно, я спешу с выводом. Только знаю, его я засек, потому что я полицейский. Мы замечаем, когда за нами следят. Ларс — преступник. Он бы тоже заметил. И когда Ларс вышел, полагаю, Морленд безусловно натравил на него своего парня. И, очевидно, Ларс гораздо лучше разбирается во взломе с проникновением, чем я.

Кэди ничего не ответила.

— А может, все было не так, — сказал он. — В мире не так уж много Куртов Йегеров. И Кэди Мореленд. Нас нетрудно найти. Тем не менее, остальная часть команды сделала так, чтобы их было нелегко отыскать, и только кто-то с навыками слежки мог это сделать. Так что, сложив два и два, хоть и с большой натяжкой, но, вероятно, я не так уж и далек от истины.

— Я все еще не понимаю необходимости пожаров, — сказала она неуверенно.

— Я не в курсе его теперешнего психического состояния, но в то время я о нем знал. Он собирался стать королем Денвера. У него были планы по захвату гораздо более крупных игроков, чем он, чтобы взять на себя их операции. Он даже строил планы по созданию своей армии, чтобы уничтожить настоящие банды и захватить их территорию. Среди торговцев наркотиками он был как Наполеон. С манией величия. С харизмой и умом, но он не обладал таким интеллектом, который был ему нужен, чтобы довести подобные планы до конца. Он был недоволен не только тем, что его арестовали и бросили в тюрьму. Он строил большие мечты, и пришел в ярость, когда я их уничтожил. После того, как его посадили, он стал параноиком, считал, что его команда обернулась против него. Единственной, кому он доверял, была Мария, потому что он подверг ее последнему испытанию, и она его прошла. Так что теперь я не знаю, будет ли ему плевать, если его поймают снова, но предчувствую, он знает, что его поймают, но ему не будет наплевать на это только в том случае, если его поймают до того, как работа будет полностью выполнена.

— А пожары?

— Отвлекающий маневр. Прикрытие, чтобы он мог делать свою работу. Таков его подчерк. Тогда это были не пожары, но чтобы сбить копов и врагов со следа, Ларс потворствовал всевозможным дерьмовым поступкам своих парней, чтобы отвлечь внимание от реального дерьма, что он творил, тогда бы никто не фокусировался ни на нем, ни на его операциях. А сейчас, есть череда смертей, следующих одна за другой, зная это, легко связать отдельные убийства членов команды с известными сообщниками в прошлых преступлениях и определить преступника. Но если не торопиться, что он и делает, внимание полицейских сосредоточится на расследовании поджога, а не на расследовании того, что кажется случайным убийством, их внимание обращено на причину пожара, на тот факт, что это поджог, на тот факт, что до него были и другие с тем же самым подчерком, никак не связанные с произошедшими через несколько дней или недель, так называемыми, случайными убийствами. А Ларс — не поджигатель. Он — торговец наркотиками. Хороший выбор, чтобы выйти за рамки привычного, предоставляя себе больше дымовой завесы, чтобы сбить полицейских со следа. Но, к слову, в неразберихе преступлений, происходящих в таких местах, как Рено, Денвер и Шайенн, тонкие звенья одной цепочки могут затеряться. И тут одно из этих тонких звеньев становится более различимым, когда загорается пристань Миллс, а мы оба находимся поблизости.

— Приберег нас напоследок, — пробормотала она.

Курт ничего не ответил.

Но он не думал, что это было именно так.

Пожар в Миннесоте и последовавшее за ним убийство произошли всего три месяца назад.

Так что, по его мнению, они с Кэди находились дальше всех, а Ларс просто двигался на восток, и теперь, в конце пути, ему было все равно, что их связывает.

На самом деле, он предполагал, что Ларс не собирался охотиться на Кэди, но она переехала в город Курта, так что могла бы, в конечном итоге, стать вишенкой на торте.

— Звено по-прежнему кажется тонким, Курт, — заметила она. — Как ты все это собрал воедино?

— Я бы не установил, что у поджогов в разных местах один и тот же подчерк, если бы они не случились в Колорадо, Миннесоте и здесь. Один из членов команды с условно-досрочным освобождением запросил разрешение о смене места жительства на Миннесоту, чтобы отправиться туда ухаживать за больной матерью. Сложив все вместе, прогнав по базе другие имена, я обнаружил всех их мертвыми, так все сходилось.

— Мертвы все?

— Нет. Но осталось только трое. Ты, я и Мария.

— До Марии он добраться не сможет, — пробормотала она.

— Он не пойдет за Марией. Он ни за что не убьет свою Джозефину.

— Я никогда этого не замечала, — сказала она как бы про себя. — Ты говорил мне наблюдать за ним, быть с ними осторожной, но я так ничего и не увидела.