Глава 12. Para bellum

Дело было в нашей деревне глубокой ночью. Я приготовил товары на завтра, обговорил насущные вопросы с Мелти и остальными и уже укладывался спать, когда в дверь моего дома постучал Мамору.

Выйдя, я увидел его в компании Рэйн и остальных спутников. Он выглядел мрачнее тучи. Мои подопечные повыскакивали из домов, словно почуяв неладное. Вскоре собралась вся деревня. Да уж, мои полулюди прекрасно научились предвосхищать неприятности.

— Наофуми, срочное дело.

Я вздохнул и направился на площадь, по пути разговаривая с Мамору.

— Чего такое?

— Альянс стран во главе с Пьенсой наступает на Шильтран. Я не хочу втягивать тебя в конфликт, так что готовься эвакуировать жителей своей деревни.

— Вот так сюрприз. Это что, обязательно?

Мамору кивнул и повторил:

— Я не хочу, чтобы тебя это затронуло.

Ах да, мне вспомнилось, о чём говорил Мамору во время нашей первой встречи. Он прибыл в нашу деревню, чтобы разведать происходящее на границе. И Мамору явно был на взводе, иначе не напал бы на Рена, едва встретив его.

— Надеюсь, ты не задумал просто оставить нашу деревню без защиты, чтобы захватить её вместе с нашими технологиями?

Моя подозрительность настолько расстроила Рафталию и Сэйн, что они даже не нашли слов.

— Что такое?.. Я только уснула… — наконец, появилась сонная Мелти, ночевавшая в комнате Фиро.

— Да вот, намечается вторжение из других стран, а наша деревня как раз станет полем битвы. Мамору просит нас всё бросить и убежать.

Стоило мне ответить, как сонливость Мелти как рукой сняло. Она тут же встала рядом со мной и приняла серьёзный вид. Приятно, что она так быстро пришла в себя.

— Я многое обсудила во время визитов в замок Шильтрана и знаю, о чём идёт речь. Но я не ожидала, что на нас нападёт целый альянс…

— Неужели Пьенса и остальные страны настолько ненавидят Мамору?

— Думаю, в основном они недовольны тем, что Шильтран отказывается быть вассалом. Но есть и другие причины. Пьенса всегда была страной Героев Лука, к тому же она жаждет владеть святой землёй, на которой стояло королевство древнего Героя.

Мелти раскрыла карту и показала пальцем.

Сама Пьенса находится довольно далеко. Это не соседняя страна. Однако она вовсю расширяется, а мы стоим как раз на пути к тому месту, которое они хотят захватить.

— Святой землёй?

— Да. Ты ведь понял, о чём речь?

Готов поспорить, речь о тех самых руинах, на которые нас привела Фитория вскоре после того, как я по мнению Церкви Трёх Героев похитил Мелти.

Но разве это настолько важное место?

— Как я поняла, в этом мире те развалины суеверно называют землёй гегемона. Якобы кто владеет ей, тот владеет всем миром. Поэтому если Пьенса её захватит…

— То и остальной мир падёт?

Что-то я сомневаюсь, что мировое господство достаётся так просто.

— Но это ещё не всё. Похоже, здесь искренне верят в сказки о том, что там спрятано сильное оружие, магия… и другие источники силы. В наше время я таких историй не слышала.

Так вот почему эту землю называют святой? Да уж… Зачем планировать военные операции, полагаясь на небылицы? Отправили бы одних Героев проверить — и дело с концом.

Хотя и так было понятно, что захват святой земли — только повод для вторжения.

— Король Пьенсы даже нашёл в себе наглости заявить: “Волны — не время для конфликтов. Моя страна объединит мир, получит благословение святой земли и остановит напасть!” — прокомментировала только что подошедшая Хорун.

Что же эта страна так неудачно расположена? Аж злость берёт. Я даже начинаю сомневаться, действительно ли это место когда-нибудь станет Шильтвельтом.

Впрочем, за время наших путешествий я начал лучше разбираться в делах этого мира. Оказывается, Пьенса так или иначе должна стоять за логистическими трудностями Шильтрана. А поскольку на их стороне Герой Лука… то они, видимо, не видят причин вести себя скромно.

— Герои Лука во все времена были бедовыми, что ли?

Что Ицуки, что Герой Лука прошлого очень любят влезть куда не надо. Мне уже хочется как следует поговорить по душам с Эссенцией Лука.

— Это такой человек, который охотно согласится с созданием мирового правительства во главе с одной страной для противостояния волнам.

О… Если так посмотреть, то в моём мире Мелромарк как раз добился примерно этого. А вот в мире Кидзуны предпосылок к объединению пока нет, поэтому они до сих пор стоят на пороге войны. Ларку вон постоянно приходится бороться с этой угрозой за столом переговоров… Правда, сейчас он учится ювелирному делу в моём мире. Что, если он сбежал из своего мира, устав от постоянного хождения по острию ножа? Ещё и свалил всю ответственность на Грасс...

Я почувствовал, как пропитываюсь подозрением.

— Может, они и пытаются победить волны, но это всё равно не повод просто так вторгаться в другие страны. Вот почему мы отказались выполнять приказы Пьенсы и подчиняться. Меня поддержала вся страна.

Пока Мамору говорил, глаза его соратников наполнялись мрачной решимостью.

Война — это в конечном счёте катастрофа. Если крупная страна действительно захочет, то уничтожит мелкую в мгновение ока.

Похоже, что в это время ещё не пришли к мысли о том, что Герои должны сражаться с волнами плечом к плечу.

Переговоры можно вести только когда собеседнику не выгодно применять силу. Никто не будет слушать мнение страны, которую можно принудить к послушанию.

Поэтому важное условие любых переговоров — дать другой стороне понять, что задавить тебя мощью не выйдет.

Вот Мамору и понимает, что пока они не докажут свою силу, договорённостей не будет. К тому же война ужасна сама по себе. Например, это постоянное мародёрство. Вроде Подонок и Мелти тоже из-за этого намучились.

Мелти не стала возражать. Похоже, она понимала, в каком положении оказался Мамору.

Кстати, если верить истории, Пьенса ведь будет уничтожена, да? Причём не кем-то, а Шильтвельтом… Так что её в некотором смысле можно назвать страной, побеждённой Героем Щита.

Мелти толкнула меня локтем и прошептала:

— Церковь Трёх Героев, которая была государственной религией Мелромарка, в своё время откололась от Церкви Четырёх Героев… Сначала это движение росло за счёт того, что впитывало различные направления, ненавидящие Героя Щита. Возможно, корни этого явления начинаются как раз в этом времени.

Значит, среди затёртых в пучине истории фактов могут найтись и связи этой войны с Церковью Трёх Героев?..

Впрочем, в Мелромарке эта Церковь в первую очередь почитала Героя Копья. Должно быть, Герой Лука присоединился к ней как выходец из ещё одной страны ненавистников Щита.

Не нравится мне эта тёмная сторона истории.

— Я тебя понял, но… — я взволнованно посмотрел на Кил и остальных детей.

— Братец! Я тоже буду сражаться! Гав-гав!

Кил рвётся в бой. Хотя чего я ожидал? Она с успехом подменяет Фиро в роли заводилы.

— Если Герою Щита-саме будет угодно, то мы тоже готовы идти в бой.

Имия и остальные торкообразные держали в руках оружие, демонстрируя решимость. Поскольку эта раса во всём полагается на ловкие пальцы, то и в бою предпочитает кинжалы, луки и… когти? Или это кастеты? Кроме того, есть и маги земли.

Во время жизни в деревне они не проявляли никакого интереса к битвам, и я бы отнёсся к их участию скептически, но…

— Мы больше не позволим отобрать наш дом.

Охотники на рабов в своё время разрушили и их деревню. Возможно, именно поэтому они так легко нашли общий язык с бывшими жителями Рулороны.

— Насколько силён наш враг? — хладнокровно спросил Руфт.

— Он на порядок превосходит нас по численности, обученности и Уровню солдат.

Ничего себе, вот это разница.

— Эта армия состоит из самых воинственных людей, полулюдей и зверолюдей, которые только существуют, — добавила Рэйн. — Она не церемонится, нападая на мелкие страны, так как преимущество целиком и полностью на их стороне. Не будь у Шильтрана меня, Хорун и Мамору, от него бы давно не осталось и следа.

— Герой Щита не может сражаться один. Если падут мою союзники, то и мне конец, — самоуничижительно изрёк Мамору.

Слова коллеги глубоко запали в душу. Интересно, он тоже так говорит, потому что уже потерял кого-то?

— Главная сила альянса во главе с Пьенсой — в армии боевых драконов. А как только враги увидят меня, то заявят, что Герои не должны участвовать в войне, причём Герой Лука обязательно найдёт в этом повод тоже выйти на поле боя.

— Хм… А основные силы?

— Наверное, пойдут в тылу и неспешно всё захватят.

Сразу и не поймёшь, эффективно это или нет.

— Они собираются переложить всю тяжёлую работу на монстров и Героя? Неужели у них нет гордости? — с презрением вопросила Эклер.

— Скорее всего, они просто стараются не допустить потерь, а всем говорят, что это надёжное построение.

Основные силы всё равно участвуют в битвах якобы для поддержки из тыла, а на самом деле чтобы следить за теми местами, которые пропускают Герои и драконы.

— Брат! Неужели мы убежим? — Фоур крепко сжал кулаки. Кажется, он тоже не против сразиться.

— Фоур, ты хочешь дать им бой?

— Конечно. Бросить деревню — всё равно что предать просьбу Атлы!

— Возможно, но бросить обречённое место и сбежать — достойная альтернатива бессмысленной бойне. Что ты на самом деле хочешь защищать, Фоур? Дома или друзей?

Если Фоур хотел сохранить деревню, то уже потерпел неудачу, потому что её зашвырнуло в прошлое. А где именно защищать друзей — не так уж важно.

— Да, брат, ты прав. Но ты уверен, что мы должны сбежать?

— Я бы не советовала.

— Действительно. По возможности нужно уберечь это место от разрушений.

Вдруг вмешались Хорун и Рато.

— Почему?

— Во-первых, мы стоим на земле из будущего. Возможно, в ней содержится нечто, что помогло нам переместиться в прошлое. Этот компонент может исчезнуть, если позволить врагам разорить деревню.

— Во-вторых, если Пьенса захватит эту землю, то у нас уйдёт много времени, чтобы отбить её и продолжить исследования. Здесь слишком много ценного оборудования, чтобы мы смогли забрать его с собой.