Рядом со мной Роуз всё ещё стояла на коленях, и её лицо было вытянуто от боли. Мой взгляд на миг встретился с её собственным, и я ощутил её ужас и отчаяние. То, с чем мы столкнулись сейчас, было за гранью человеческого понимания.

Похоже, я остался в помещении единственным, кто сохранил хоть толику здравости ума. Присутствие Сэлиора лишило их всех разума, а также достоинства.

Сияющий бог снова заговорил:

— Моё прибытие — дело рук не твоего законного короля, а этой милой девочки, которую будут почитать выше всех остальных женщин, — махнул Сэлиор рукой в сторону бессознательного тела Элэйн, и засмеялся: — Она была в таком отчаянии. Заточение заставило её отчаяться когда-либо обрести свободу или безопасность для своей семьи. Лишённая руководства своего отца, она воззвала ко мне, и предложила мне проход сюда, в ваш мир, лишь бы я даровал ей справедливость!

Мой язык наконец-то обрёл волю, и я медленно выдавил из себя ответ:

— Ты не лучше Эдварда.

Сэлиор улыбнулся, и красота его лица будто осветила помещение:

— Ты так думаешь? — спросил он. Бог повернулся, и обратился к Королю: — Вставай, о Король, я хочу держать с тобой совет!

Эдвард медленно встал:

— Что от меня требуется?

— Этот человек умрёт, но сперва он должен страдать. Скажи мне, как усилить его муки.

Эдвард улыбнулся:

— Его жена и друг лежат под дворцом, в скрытом помещении — принеси их сюда, и позволь им наблюдать.

Сэлиор посмотрел на Сайхана:

— Приведи их сюда, смертный.

Я силился сдвинуться, сделать хоть что-нибудь, но всё, что я мог — держаться на ногах. Все мои силы уходили на то, чтобы не впускать бога в свой разум, и даже это мне едва удавалось. Как бы я ни старался, единственная оставшаяся мне свобода была даром речи.

— Ты пожалеешь об этом, Сэлиор, — медленно сказал я.

Бог засмеялся:

— Ты думаешь, что меня постигнет та же участь, что и Балинтора? К тому времени, как его призвали на эту грань, он был усталым и больным, благодаря твоему предку. Уничтожение Ши'Хар погубило его задолго до Мойры Сэнтир.

Заметив Леди Роуз, бог указал на неё:

— Иди сюда, дитя.

Подобно извращённому подобию марионетки, Роуз встала, и пошла, запинаясь, чтобы встать перед тем золотым идеалом, что был Сэлиор.

— Ты согрешила против меня, дитя, — сказал бог, и по щекам Роуз заструились слёзы. Склонившись, Сэлиор медленно её поцеловал. Тело Роуз дёрнулось, будто она была шокирована на миг, а затем она начала извиваться в его хватке.

Бог отстранился, заставив Роуз вскрикнуть от мучений, вызванных внезапной потерей.

— Это — блаженство, которое ты могла бы иметь, — сказал он ей, а затем, намотав её локоны себе на руку, он поднял её над полом за волосы. — Но вместо него ты получишь вот это, — жестоко произнёс он нараспев, когда она вскрикнула от боли.

— Прекрати! — заорал я.

— Или что? — спросил бог, презрительно усмехаясь в моём направлении.

— Опусти её, — послышался скрипучий голос, который я тем не менее узнал. В одном из угловых дверных проёмов за троном стоял Дориан Торнбер. Сайхан и Пенни были у него за спиной. Что казалось невозможным, Дориан был одет в сделанную мной для него броню, хотя я не мог представить, что Эдвард был достаточно глуп, чтобы оставить её с ним.