Глава десятая

Тесса

Словно парализованная, я смотрю вслед машине шерифа, которая медленно удаляется по длинной дороге между пастбищами. Марк делает это снова. Очередной мужчина должен опять страдать от его ревности, его собственничества по отношению ко мне. Марк никогда не позволит другому мужчине ко мне приблизиться. Он держит меня в своих путах и наказывает за то, что наш брак потерпел неудачу. И я бессильна. Возможно, было ошибкой остаться здесь, а не найти новый дом где-то вдали от него. Если бы не любила это ранчо так сильно, я бы не осталась. Я смирилась с Марком и его собственничеством. Последние несколько месяцев все было спокойно. Он иногда появлялся, присматривался, пытался убедить меня вернуться к нему и снова исчезал. Я почти забыла, насколько опасным он может быть.

— С тобой все в порядке? — спрашивает Джордж, обхватив меня за предплечья.

Я отвожу взгляд от узкой подъездной дороги и киваю.

— Что он собирается делать с Лиамом?

— Он запрет его. У них двоих старые счета.

— Вот поэтому-то я и волнуюсь, — признаюсь я.

Джордж морщится.

— Я должен был отпустить Лиама, когда он говорил об этом.

— Он просто взял и увез его с собой. Он имеет на это право?

В замешательстве и беспомощности я потираю лицо руками. Трикси сидит рядом со мной и так же, как мы смотрит в пустоту, словно и в правду не понимая, как все это воспринимать.

— Ты же знаешь, что он сам себе закон, — говорит Джордж. — Мы должны идти к Уиллу.

— Ты действительно думаешь, что он поможет нам? Он подписал документы.

Уилл — окружной судья и друг отца Марка. Но также он дружит и с Джорджем. Уже много лет.

— Я не оставлю парня с Марком.

Я кладу руку на голову Трикси, мой пульс все еще не унимается. Последнего мужчину, который слишком заинтересовался мной, Марк в прямом смысле кулаками выгнал из города. Что же он сделает с Лиамом, на которого он и так зол?

— Мы должны вытащить Лиама, — бормочет Джордж, потирая подбородок. — В прошлый раз Лиам потерял свою жену, когда они сцепились друг с другом. Ее толкнули на проезжую часть, когда она пыталась их разнять, и ее сбила машина.

Я шокировано хватаю ртом воздух.

— Вот почему Лиам ушел?

Мое сердце сжимается. Я могу понять, почему он хотел убраться как можно дальше отсюда, хотел оставить тысячи миль между собой и всеми воспоминаниями. Просто для того, чтобы однажды проснуться и не узнать, что в его жизни появятся еще более худшие воспоминания.

— Позвони Уиллу, — говорю я Джорджу. — Я еду за Марком. Может быть, я смогу предотвратить худшее.

— И умереть как Миа? — резко спрашивает он.

— Со мной ничего не случится, — говорю я, хотя сама ни в чем не уверена.

У меня такое ощущение, что Марк периодически впадает в фазы, когда он полностью слетает с катушек. И с тех пор, как вернулся Лиам, он, вероятно, находится посреди такой фазы. Но я должна что-то сделать. Я должна помочь Лиаму, иначе сойду с ума. Я не могу оставаться здесь и надеяться, что Джорджу удастся достучаться до Уилла. Судья может быть «очень упрямым сукиным сыном», как любит говорить Джордж.

Я иду на кухню, чтобы снять свой телефон с зарядной станции и набрать номер офиса шерифа. Слушая гудки, я беру с комода рядом с дверью ключ от машины и выхожу из дома.

— Офис шерифа, вы говорите с Доун Гилберт. Чем могу помочь?

— Доун, это Тесса. Марк арестовал Лиама, — затаив дыхание поизношу я в телефон, усаживаюсь в старый пикап и запускаю двигатель.

— Я знаю, Марк всегда держит меня в курсе того, где он находится. Меры предосторожности, — сухо говорит она, и мне хочется добраться к ней через телефон. Мы с Доун были подругами, пока я не узнала, что она спит с Марком. Во время нашего брака!

Я с трудом переключаю передачу и пикап издает несколько стонущих звуков, затем медленно начинаю ехать, все еще держа телефон в руке.

Я громко вздыхаю в телефон, чтобы Доун это услышала.

— Послушай, ты можешь просто убедиться, что Марк не прибьет его. У Лиама было достаточно травматических переживаний.

— Я постараюсь, — коротко говорит она и вешает трубку. Уверена, что она не приложит никаких усилий, чтобы предотвратить худшее.

Так что мне следует поторопиться. Я покидаю выезд с ранчо, вдавливаю педаль газа, несясь по прямой дороге быстрее, чем когда-либо, пока позади прямо перед въездным знаком в город меня не останавливает сирена.

— Черт, — ругаюсь я, оглядываясь назад. Выруливаю пикап к обочине и зло смотрю на полицейскую машину. Стивен не спешит выходить из машины, затем неторопливо шествует в мою сторону, в то время как мои вены наполняются таким количеством адреналина, что я нахожусь на грани срыва. Насколько я знаю Марка, на счету каждая минута.

— Положи руки на руль, чтобы я мог их видеть, — говорит Стивен, держа руку на служебном оружии.

— Серьезно, Стивен? — нетерпеливо бросаю я через открытое окно. — Ты прекрасно знаешь, что у меня нет оружия.

— По рации поступила другая информация. Нападение на чиновника. Тесса, это не шутки.

— Я ничего не сделала, — сдаваясь, говорю я.

— Ты ехала слишком быстро. Твои документы.

Я разочарованно выпускаю воздух. Я не могу противоречить Стивену, он подчиняется Марку. И, поскольку все в городе знают, кто я и что Марк хочет от меня и ожидает от них, когда дело касается меня, то мне только и остается, что безропотно подчиниться.

— У меня нет их с собой. Я спешила, — объясняю в качестве оправдания, хотя прекрасно понимаю, что это не поможет.

Стивен сжимает губы, как будто разочарован мной, но я уверена, что, по сути, ему совершенно плевать на меня. Он подходит ближе к пикапу и пытается заглянуть в кабину, но он слишком невысок для этого.

— Тогда у тебя есть два варианта: ты выходишь из своей машины и пересаживаешься в мою или следуешь за мной.

Я хватаю воздух и с укоризной смотрю на постового.

— Ты знаешь, кто я и где живу.

— Правила есть правила, — сухо говорит он, поднося руку к кобуре с оружием.

— Ты берешь меня под стражу? — интересуюсь я.

— Да, — говорит он, отступая и держась за оружие, как будто я представляю угрозу. Было бы смешно, но я слишком устала и расстроена, чтобы реагировать, поэтому просто покоряюсь своей судьбе.

Я равнодушно пожимаю плечами.

— Хорошо, я все равно направлялась туда. Я следую за тобой.

Лиам

Закрыв глаза и откинув голову к стене, сижу на жестких нарах в камере, пытаясь абстрагироваться от стенаний бесцельно шатающейся по соседней камере наркоманки. Она бессмысленно бьется в припадках, не обращая внимания на боль в разбитых и кровоточащих руках.

Я, по крайней мере, не утратил способность испытывать боль, и поэтому отчетливо ощущаю каждый вздох. Удары кулаков Марка отзываются болью во всем теле. Ими он хотел разъяснить свое мнение. Он убежден, что Тесса принадлежит ему и только ему. Такое впечатление, что за последние годы у него совершенно поехала крыша.

Марк всегда был непрост, быстро впадал в ярость, но в то же время он был прекрасным спортсменом, готовым, не раздумывая ни секунды, помочь окружающим и друзьям. Даже тогда, когда друзья сами влипали в хреновые ситуации. Как, к примеру, я, когда вломился в кабинет директора школы, чтобы подобраться к результатам тестов, потому что мои оценки были настолько хреновыми, что существовала угроза, что меня не примет ни один колледж в округе. Тем более тот, где собиралась учиться Мия. Он вытащил меня, рискуя получить запрет на все футбольные игры сезона, прежде чем я совершил действительно роковую ошибку, и после этого еще и помог подтянуться в учебе, чтобы я не профукал экзамены.

По всей видимости, агрессия взяла над ним контроль, и от того Марка ничего не осталось. Марк кажется всем своим существом убежден, что Тесса является его собственностью, которую он должен защищать.

— Эй! Ты! Эй! — кричит на меня наркоманка, ухватившись и тряся кровоточащими руками решетки, разделяющие наши камеры, когда я не реагирую. Она смотрит на меня затравленным взглядом, напоминая мне персонаж из фильма ужасов: светлые волосы всклокочены, макияж размазан по лицу, порванное свадебное платье.

— Угомонись, — говорю я, вставая и направляясь в ее сторону. Такое чувство, что еще миг, и она слетит с катушек. Ее лицо опухло от рыданий. Она выглядит на грани. — Я бы помог тебе, но не знаю как.

— Я не знаю, где нахожусь, — плаксиво говорит она. Ее зрачки неестественно расширены. Мое предположение о наркотиках должно быть верным.

— Откуда ты?

— Атланта, — растерянно говорит она, — Мы собирались пожениться.

— Ага. Я вижу. Ты, видимо, что-то приняла и в итоге очутилась тут. Тяжелая ночка для тебя, а? — говорю я спокойно, опуская взгляд на ее обнаженные руки со следами уколов.

Она отворачивается от меня и начинает снова метаться взад-вперед по камере.

Вдруг открывается дверь, и полицейский вталкивает Тессу. Я возмущенно вдыхаю, когда вижу наручники, сковывающие ее руки за спиной.

— Почему она здесь? — наезжаю я на Стивена.

— Она оказала сопротивление, а кроме того, превысила скорость.

Тесса, ухмыляясь, подмигивает мне.

— Ты как?

Я не могу сдержать улыбку, видя ее счастливое лицо. Стивен остается стоять рядом с ней, когда до меня доходит, что он собирается оставить ее в соседней камере вместе с агрессивно настроенной невестой. Я рычу и приваливаюсь к решетке.

— Только не к этой!

— Ты что, видишь здесь еще одну камеру? — интересуется Стивен, вставляя ключ в замок.

— Тогда помести ее ко мне.

Стивен издает смешок.

— Никаких мужчин и женщин в одной камере. Таковы правила.

— В правилах есть пункт о том, чтобы не подвергать задержанного опасности? — спрашиваю я.

Стивен колеблется, задумчиво окидывая взглядом невесту.

— Марку это не понравится, но ты прав. Пока док не заберет невесту, я помещу Тессу к тебе.

Я улыбаюсь с облегчением, а ухмылка Тессы становится еще шире. Когда она поднимает на меня свой взор, ее щеки пылают, а глаза блестят. Такое впечатление, что она рада быть здесь. Я тоже, хотя это неправильно — ей не место в камере. Тем не менее ее присутствие убирает камень с сердца и дает возможность свободнее дышать. Мне легче, когда я заперт не один. Стивен толкает Тессу в мою камеру и уходит. Мы молча стоим друг против друга, пока за Стивеном не захлопывается дверь. И я тут же хватаю Тессу в объятья.