- Немедленно извинись перед Ириной! – потребовал Макс.

Мокрые волосы прилипли ко лбу, нижняя губа оттопырилась, и всё это делало парня похожим на крысёныша. В тёмных завитках на груди блестели водяные капельки, сквозь бледную, непривыкшую к солнцу, кожу, проступали полосы рёбер. Именно в этот момент, я испытала к своему парню отвращение, граничащее с ощущением опасности. Обычно, подобные чувства человек испытывает при взгляде на ядовитое насекомое, осознавая, как его мерзость, так и, исходящую угрозу.

- Мне интереснее услышать версию Ирины по поводу подслушанного Верой разговора, - спокойно произнёс Владимир, останавливая начинающуюся перепалку.

- Ну, во-первых, - Ирина, демонстративно, загнула один пальчик, и солнце блеснуло на лиловой поверхности длинного ухоженного ногтя.- В шарик, летающий по воздуху, и передающий чужие разговоры, я не верю. Во-вторых – всё происходило ночью, было душно, пахло магнолией и незнакомыми травами, ароматы которых, могли легко вызвать галлюцинации. А в третьих- если поверить всему тому, что рассказала нам Вера, то напрашивается вопрос: « Кому понадобилось посылать подслушивающее устройство?» Да и вообще, нельзя исключать возможность, что весь этот сыр-бор, Верочка начала с одной лишь целью, привлечь внимание, так как прекрасно понимает, что является слабым звеном нашей команды. Она видит, как вы, ребята, ко мне относитесь, как прислушиваетесь к моему мнению, как советуетесь со мной, в то время, как она тихо сидит в сторонке. Не обижайся, милая, но всё, чего я добилась, это результат моего труда. Я сделала себя сама. И, если ты, хочешь чего-то достичь, того же уважения со стороны окружающих, тебе необходимо работать над собой, расти, как личность, а не добиваться признания, выдумывая небылицы. Мы здесь, между прочим, занимаемся важным делом, страну спасаем!

Девушка, посчитав свою задачу выполненной, блаженно растянулась на камнях, зажмурив глаза.

- В подслушивающий шар ты не веришь, а в пузырьки с запахами эмоций поверила?- я постаралась придать своему голосу, как можно больше сарказма. – А может быть, вампиры тоже, как и я, страдают комплексом неполноценности и добиваются внимания с помощью небылиц?

- Прекрати! – предостерегающе рыкнул Макс. – Тебе, действительно, могло показаться.

- А каким это образом ты сама себя сделала, может, поделишься секретом? Вот чисто технический вопрос мне интересен. Даже у меня, у сироты, есть биологические родители. Но в твоём случае, вероятно, какой-то другой материал использовался, яйцеклетка и сперматозоид вообще не при чём, правда? – меня уже несло. Пол года насмешек, снисходительных взглядов со стороны Ирины, пол года жгучей ревности, ощущения собственного бессилия и несовершенства, пол года одиночества и боязни, что Макс оставит меня, всё это день за днём отравляло, уничтожало, убивало. Так не пора ли освободиться? Дать выход накопленному яду?

Прекрасное личико златокудрого ангела исказилось в гримасе, теперь уже не поддельного, удивления. Как же, кто-то посмел обидеть это нежное, эфирное существо, наделённое тонкой душевной организацией и дюжим интеллектом.

- Хотя нет, не отвечай, я ещё не достигла тех личностных высот, чтобы понять. Куда уж мне. Я только и способна на то, чтобы уколы в зады колоть, клизмы ставить да пролежни обрабатывать. Глупостями занимаюсь, правда? В то время, пока ты ходишь по салонам красоты, занимаешься йогой и размышляешь о несовершенстве этого мира. И позволь спросить, от кого ты собираешься спасать страну? От таких, как ты, холёных и самоуверенных бездельников?

- Вера! – парни, видя, как очи Ирины наполняются слезами, как её милые губки начинают дрожать, пытались меня остановить. – Веди себя прилично! Держи себя в руках!

Я отстранённо заметила, как усилился ветер, а небо заволокло серыми тучами, от чего стало темнее. Море больше не играло с прибрежными камнями, а, рассерженно рокоча, швыряло их. Его запах усилился, но теперь не расслаблял, а навевал тревогу. Да и крики чаек звучали зловеще, словно хотели предупредить о неминуемой беде.

- А что такого, милый Максик? – вырвав свою кисть, за которую ухватились цепкие пальцы Максима, поинтересовалась я, и сама удивилась тому, насколько ядовито и спокойно звучит мой голос. Слёзы, бегущие по бледным щекам Ирины, подстёгивали, как подстёгивает хищника запах крови. – Привык, что я постоянно молчу, проглатывая унижения? Молчу, когда вижу твои страстные взгляды, направленные в её сторону, молчу, когда она, виснет на тебе, молчу, когда звонит по ночам или заваливается в гости с подружками, не обращая внимания на то, что я болею или хочу выспаться после ночного дежурства. И даже теперь, когда на кону судьба государства, и на совершение ошибки, мы просто не имеем права, вы вновь ссылаетесь на мнение ребёнка. Вы полагаете это серьёзным?

- Я не ребёнок! – обиженно всхлипнула Ирина, беспомощно утирая глаза, размазывая по щекам тушь.

- А кто же ты? – усмехнулась я, одаривая её такой же снисходительной улыбкой, каковой так часто удостаивали меня. – Я когда-то сама была такой, и даже хуже.

Последнюю часть фразы я произнесла, разумеется, только мысленно.

Дальнейшее произошло так быстро, что с начала ни я, ни Макс с Владимиром не успели отреагировать. Хотя, в этой ситуации, моё вмешательство было бы бессмысленным. Плавала я, довольно плохо. Ну не спортивный я человек, так уж судьба распорядилась.

Ирина со всех ног рванула к морю, прямо в объятия огромной волны. Её накрыло с головой, подкинуло, швырнуло на берег, но потом, вновь накрыло и унесло.

- Солнышко- вопль отчаяния вырвался из груди Владимира раненной птицей.

– Ира! – вторили мы с Максом, стараясь перекричать шум волн.

Но море возвращать добычу не собиралось. Оно вспучивалось голубыми прозрачными волнами, рокотало, срывая камни, оставляя на берегу кружево шипящей пены.

Владимир и Макс бросились в разбушевавшуюся пучину, их головы и блестящие белёсые спины то поднимались над поверхностью воды, то исчезали вновь. Я, глупо, совершенно бесполезно, бегала по каменистому берегу, терзаемая чувством вины и ожиданием расплаты со стороны Владимира и Макса. Мне не простят мою вспышку гнева, слов, что я наговорила этой девчонке. Но кто же знал, что она решит утопиться? Ладно, всё это глупости! Главное, чтобы Ирина осталась жива. Я смогу оказать ей первую помощь, не даром ведь столько вечеров просиживала над старой книжкой с засаленными страницами. Пусть только они найдут эту девчонку! Властитель вселенной, пожалуйста, пусть она будет жива!

Чья-то фигура пронеслась над волнами и стрелой вонзилась в бурлящее и клокочущее море. Я, в немом ожидании, застыла на месте, прекратив бесполезную беготню. Ждать пришлось не долго. Та же фигура, взрезая волны своим телом, вновь поднялась в небо, держа другое тело, не такое гибкое, в котором, я узнала Ирину.

Глава 29

- В каждом храме есть место скопления силы, - поясняла принцесса, запросто, словно обычная девчонка- студентка, сидя на мягкой моховой подстилке и дразня тонким прутиком разноцветных, светящихся червячков, кишащих в перине мха.

Салатовый свет фосфоресцирующих грибов играл на открытых участках её кожи, блестел в глазах, путался в распущенных до пояса волосах, придавая ей сходство с русалкой.

Пещера, в которой мы находились, была мне неприятна и не только по вине, всюду снующих красных, лиловых и розовых червей, но и по причине её сходства с пастью зубастого зверя. Казалось, что вот-вот пасть захлопнется, пронзив наши тела насквозь торчащими сталактитами и сталагмитами. Успокаивала лишь широкая полоса тёмной подземной реки, от которой тянуло живительной прохладой.

- Пребывание в этом месте исцеляет, заряжает энергией жизни.

Вот в этом я, как раз и сомневалась. Лежание на сырых камнях, лишь слегка прикрытых прослойкой мха, в окружении странной живности, в полной темноте, без всякой медицинской помощи, вряд - ли могло кого-то исцелить. Верхние дыхательные пути Ирине, конечно, прочистили. Но где непрямой массаж сердца? Где искусственная вентиляция лёгких? Похоже, у принцессы и жрецов храма было иное мнение на этот счёт.

После того, как Ирину вырвали из объятий разбушевавшегося моря, я не проронила ни единого слова, чувствуя себя нашкодившим щенком.

- Ну, чего мне стоило в очередной раз согласиться с ней и замолчать?- задавала я себе один и тот же вопрос.

И тут же сама на него отвечала:

- Ничего не стоило, кроме твоей гордости. Подумаешь, беда! За то, Ирина была бы жива и здорова. А теперь вот, сиди и гадай, помогут ей вампирские методы лечения или нет?

- Я вижу, ты сомневаешься в моих словах? – её высочество повернуло ко мне своё прекрасное лицо, на котором играла озорная улыбка. И от этой улыбки, этого змеиного взгляда, меня пробрал мороз.

- Да и место это тебе не по душе, верно?

Я кивнула.

- Вот если бы утонула ты, - принцесса с безразличием взглянула на безжизненное тело Ирины, на её, безвольно разбросанные руки, бледное, даже в зелёном свете грибов, лицо. – Нам бы пришлось тащить тебя в храм воздуха. Да-да, и не удивляйся, дорогая. У вас, у людей тоже есть связь со стихиями, но весьма слабенькая. А этой девочке крупно повезло, что она утонула около храма земли. Земля- её стихия, и она поможет, даст силы, пробудит к жизни. Не беспокойтесь за свою подругу.

Парни, да и я тоже, выдохнули с облегчением. Холодное тело девушки, не подающее признаков жизни, висящее в сильных руках, спасителя-вампира, напоминало тряпичную куклу, из которой вытряхнули поролон. Мраморная кожа, посиневшие губы, закатившиеся глаза, рваная рана на бедре, бордовый ручеёк венозной крови, вытекающий из неё. Скорее всего, Ирина порезалась камнем. Я была готова к оказанию первой помощи, даже скрутила своё парео, наподобие жгута, и, как-то уж совсем глупо, порадовалась, что смогу хоть чем ни - будь помочь. Мы бросились вслед за вампиром, а тот, махнув нам, рванул к скалам, где зияли чёрные рты пещер.