- Верь мне!

-Будь ты проклят, Харвальд- Роло- Рогнар! Ты такой же мерзавец и грязный ублюдок, как и все остальные, как Насибуллин, как Макс, как мой папочка, - как же мне хотелось выкрикнуть всё это ему в надменную физиономию. Но сил совсем не осталось. Боль иссушила меня, выпила все соки, раздавила и прожевала.

А ночью, с чего я взяла, что это была ночь, и сама не знаю, умер мужик с вырванным глазом.

Душераздирающий стон и сиплое, предсмертное дыхание вырвали меня из глубин мрачного, тяжёлого забытья, и я, словно наяву ощутила гнилостный, сырой запах смерти.

Мужчина бился в судорогах предсмертной агонии, и жижа колыхалась вокруг него. Изо рта вытекала пушистая пена, в единственном глазу застыл ужас неминуемой гибели.

- Властитель вселенной, всемогущий и милостивый. Прости грехи рабу своему, дай уйти с миром в твоё загробное царство, - молилась женщина.

И эта молитва на фоне надсадного сипения, под аккомпанемент стонов других источников, не успокаивала, как и должно любому обращению к богу, а, напротив, заставляло тело ёжиться в ознобе страха.

Борозды на моём лице, оставленные принцессой, горели и пульсировали. Началось воспаление.

Глава 33.

Вампирский сад благоухал фруктовыми деревьями и сладкими, иноземными цветами. Они, эти цветы, были повсюду. Кроваво- красные розы, словно огромные капли облепили кустарники, в клумбах желтели, синели и белели гигантские ромашки, на деревьях вспыхивали яркие розовые чаши с лиловой серединкой, и даже, в горячем вечернем воздухе, носились светящиеся маленькие цветочки, похожие на снежинки.

Вздымались, шумя и блестя в свете факелов, пушистые фонтаны, играла музыка.

Жители Далера, переговариваясь и смеясь, потихоньку подтягивались, выбирали места кто на земле, среди цветов, кто на, увитых лозами винограда, скамейках, кто на ветвях раскидистых платанов. Вампиры суетились, перелетали с места на место, здоровались со своими знакомыми, изредка поглядывая на холм, где всё и должно будет произойти.

Там, на холме, уже установили трон будущего правителя и длинный стол, за которым чинно сидели члены королевского совета, одетые в цвета своей стихии. В красных одеждах- маги огня, в зелёных – земли, в голубой- водники и в серебристый – маги воздуха. Среди них я нашла и Харвальда. На нём была просторная рубаха и лёгкие брюки, волосы, как всегда, собраны в строгий мужской хвост. Весь такой свежий, чистый, прекрасный и непреступный. Тьфу! Смотреть противно!

А, может это на меня противно смотреть? Ведь не даром, между мной и чем- то другим, выбор оказывался не в мою пользу. Денис, между мной и Светкой, выбрал Светку, Аришка- свободу, отец- работу в СГБ, Макс- Ирину. Меня всегда отшвыривали, отбрасывали, как использованную тряпку. И с чего я взяла, что Харвальд откажется от места в совете ради меня, жалкого ничтожества? Ну как же! Вампирские боги мне об этом сказали. Вот, только было ли это на самом деле? Не выдумала ли я их голоса? Была гроза, шелестел дождь, дул ветер, вот и всё!

- Добро пожаловать домой! - сказали мне они.

Ага, как же! Вот так взяли и снизошли до меня! Я просто- напросто приняла желаемое за действительное, захотела, чтобы, хоть кто-то пожалел меня, поддержал.

Да чёрт с этими вампирскими божествами! В задницу Харвальда, принцессу и всех остальных! Воды дайте! Воды!

Фонтан шумел, так близко, но и так далеко. Я чувствовала свежий, сладковатый запах, ощущала кожей лица, доносящуюся от, взлетающих к тёмным небесам струй, прохладу. Но тщетно я высовывала, ставший сухим и неповоротливым, язык, чтобы поймать хотя бы одну каплю, напрасно ловила ртом южный, пропитанный ароматами сада, воздух.       Наш чан, в котором нас вынесли на улицу, находился слишком далеко.

Принцесса к приготовлению угощения отнеслась весьма серьёзно. Чтобы наша кровь была достаточно густой, как она любит, нас два дня не поили, а сегодня утром, вынесли в сад, на открытую площадку, где мы до самого вечера находились на солнцепёке.

Раскаленный шар солнца нещадно жарил, небо давило могильной плитой. Женщина больше не молилась, старик молчал. Да и разве до стихов или молитв, когда кажется, что сейчас твои глазные яблоки полопаются, как спелые виноградины, когда язык превратился в грубую щётку, горло раздирает когтистая лапа, а в голове взрываются воздушные шары. Хлоп! И боль сдавливает виски. Бах! И затылок пронзает молния. Бух! И глаза застилает бурая пелена. Жара, обезвоживание, яркий свет плавили мозги, превращая содержимое черепной коробки в вязкую, тягучую болотную жижу. Мне мерещились дождевые капли. Они, блестя в солнечных лучах, словно золотые горошины сыпались с неба и казались холодными, просто ледяными. Но на лицо и язык эти чудные шарики ложились раскаленными углями. Потом в рот мне хлынул горячий борщ. Я отворачивала голову от огромной ложки, но та, исходя паром, стучала о зубы, обжигала губы и дёсна.

- Ешь! – кричала нянька Нина Андреевна. – Ешь, номенклатурный выродок!

- Тебя уволили и отправили в багроговые шахты, - мысленно произнесла я и нянька, вооружённая ложкой, пропала.

На её месте возник Харвальд с кружкой воды.

Боясь очередных издевательств, я, сжав зубы, замотала головой.

- Пей, моя девочка, - шептал мне такой родной, такой любимый голос.- Продержись этот вечер, и я вытащу тебя.

Я пила, наслаждаясь вкусом воды, жадно, захлёбываясь, ощущая, как прохладная жидкость стекает по горящему горлу, опускается и бежит по пищеводу. О чём-то говорил Харвальд, но его слова проходили сквозь меня. Да и какая разница, о чём болтает галлюцинация. Главное- вода, водичка! Самый лучший, самый вкусный напиток на свете.

После того, как вожделенная кружка исчезла, сопровождаемая моим возмущённым сипением, я погрузилась в сон, а очнулась уже тогда, когда стемнело небо, и сад начал заполняться вампирами.

Всё тот же чан, всё те же головы, торчащие из бурой массы, и та же жажда. Той воды, что мне приглючилась, оказалось, явно недостаточно. Лица моих товарищей по несчастию посерели, покрылись испариной, рты глотали воздух Должно быть, я выглядела так же.

Кортизол и адреналин- любимое лакомство будущей королевы, и она, как щедрая правительница, решила поделиться вкусняшкой со своими подданными.

Интересно, как из нас будут пить кровь? Колоть иглами или вытащат из ванной и покусают? Может, будут наносить раны? А Харвальд присоединится к пирующим? Хотя нет, не черта мне не интересно! Дайте попить! Из кружки, бутылки, фонтана, собачей миске, всё равно! А потом, можете резать, колоть и кусать.

Грянула музыка. Смолкли шепотки и смешки. На холм вышел главный советник короля.

- Жители солнечного Далера! – торжественно начал он. – Сегодня великий день, который ляжет на страницы истории нашего государства. Мы выбираем нового правителя Далера, самого сильного и могущественного мага во всём государстве и на всей планете. Но прежде чем вручить будущему правителю символ власти, давайте вспомним всё то, что происходило в нашей стране до того, как наш король покинул нас и соединился со своей стихией.

Раздался хор голосов и на глади чёрного неба появился серебристый шар- планета. Шар переливался множеством водяных капель, кружился вокруг солнца, выполненного из языков огня.

Потом шар растаял, и на его месте развернулась картина. Горы, реки, море, набегающее на берег, домики, мелкие фигурки беззаботно летающих жителей. Над картиной, должно быть, потрудились самые талантливые маги королевства. Дома, деревья и горы, были сотканы из разноцветной цветочной пыльцы и лепестков, зависших в воздухе в определённом порядке. Струи воды изгибались, пенились, словно в небе и на самом деле появилась морская гладь. И на всё это бросало свои лучи огненное солнце. Жители, одним взмахом руки, возводили сады, строили дома, жгли костры и, судя по веселью, звучащему в песенке, были очень счастливы. В одном из домов жил король, как я поняла, маг воды. Король встретил прекрасную огненную деву, и они отправились к храму. Искупались в водопаде, потом вошли в горячий источник возле вулкана, и на руках королевы возник младенец, тоже огненный. Младенец рос, летал над холмами и долинами, пока не повстречал девушку- мага земли. И вновь храмы, рождение ребёнка- мага воздуха. Вновь ребёнок растёт, учится и летает. И, когда приходит время принять символ власти, появляется маг земли. Под грозную музыку начинается бой. Маги танцуют, изображая битву. Наконец, побеждает маг земли. Но с приходом к власти нового короля, тишь да благодать, в государстве заканчивается. На одно из горных плато опускается уродливый цилиндр, из которого высыпают маленькие человечки. Король приветствует их, жители Далера удивляются. И опять, веселье, пляски. Небо взрывается яркими огоньками и серебристыми всполохами. Кружат полупрозрачные бабочки над огненными цветами, бегут по зелёным долинам жемчужные лошади с рыжими гривами. Внезапно, весёлая песня обрывается. Теперь звучит нечто печальное, мрачное. Небо над нашими головами окрашивается в неприятный болотный цвет. Фигурки вампиров тускнеют, становятся еле заметными. Младенцы на руках матерей умирают, мужья хоронят жён, кого опускают в море, кого закапывают в землю, кого предают огню. Печаль сменяется тревогой, отчаянием, но в то же время надеждой. Фигурки, изображающие вампиров, стучатся в дома людей, уводят, ничего не понимающих человечков, и пьют кровь. И вновь улыбающиеся дети, весёлые женщины и полные сил мужчины. В светлые переливы голосов внезапно внедряется неприятный скрежет. Свет уходит, оставляя место грубым выкрикам, от которых к горлу начинает подкатывать тошнота. Вновь небо меняет свою окраску. Теперь оно мутно-бордовое. Как в учебнике, что мне подарила Фаина говорится: «Цвет мясных помоев»? Человечки бьют жителей, ломают, топчут, заливают багрогом. Багрог был изображён ярко- розовым туманом. Он, угрожающе, заполнил всё небо, навис над садом, клубясь и грозясь дотянуться. И когда он рассеялся, под печальные завывания возникла картина разрушенных городов, разорванных тел, и загубленных садов. Но, вновь звучит надежда. Фигурки, изображающие жителей, строят дома, возводят сады, вспахивают землю, с помощью магии. В конце представления появляется комната, где умирает король.