Дамиен пошел к ближайшему окну. Он не привык к такой толпе, и ему нужно было прохладным воздухом очистить разум. Коген присоединился, его глаза были огромными, пока он разглядывал комнату.

— Невероятно, — тихо сказал Коген. — Столько разных людей, но все мы связаны.

— Да, — Дамиен вдохнул горный воздух, тело и разум расслаблялись. В последний раз великие дома были вместе сотни лет назад. И было невероятно, как и сказал Коген, видеть все народы под одной крышей. Дамиен улыбнулся, желая, чтобы отец увидел это. Он хотел объединить народы всю жизнь.

Но они все еще были разобщены, и завтра будет видно, насколько.

Нет. Дамиен покачал головой. Он не собирался думать о таком этой ночью.

— Лорд Дамиен, — он повернулся, леди Брирен Мерек подошла к нему со своим супругом. В отличие от других дам в зале, ее платье было из кусочков мягкой кожи, лежащих слоями поверх красной льняной ткани.

Рейдин тихо стоял рядом с ней. Его наряд сочетался с одеждой леди Брирен. Его черные волосы торчали шипами вокруг головы, подходили к подводке вокруг его глаз.

Дамиену подумал бы, что их отношения были как у леди Рагны и Каяфаса, только с огненной натурой леди Брирен и сдержанностью Рейдина, но он замечал их взгляды друг на друга, когда они были вместе, и он заметил их одним из вечеров рука об руку на одной из башен.

Надежный мужчина, похоже, оказался отличной парой для хозяйки виверн.

Дамиен склонил голову.

— Леди Брирен, Рейдин.

Рейдин приподнял бровь, видимо, удивляясь, что Дамиен запомнил его имя.

Леди Брирен улыбнулась Дамиену.

— Ты потрясающе выглядишь. Эта туника делает твои глаза ярче.

Дамиен на миг опешил от ее смелых слов, а потом рассмеялся.

— Спасибо, — сказал он.

— Думаю, почти все дома в этом зале будут говорить с тобой насчет возможного союза с домом Марис этой ночью.

Дамиен кашлянул, радуясь, что прохладный ветер дул из окна за ним.

— Да, наверное.

— Готов к буре приглашений? — глаза леди Брирен весело блестели. Дамиен заметил, что Рейдин отвернул голову, пытаясь скрыть улыбку.

Коген смотрел на Дамиена огромными глазами. Монах явно не понимал одну из скрытых причин проведения балов — переговоры о браках между домами. Даже помолвка его родителей была заключена на балу в замке Нортвинд.

Веселье Дамиена вернулось.

— Вооружен и подготовлен, леди Брирен, — сказал он с улыбкой. Но все внутри сжималось. Она была права. Он окинул комнату взглядом.

Леди Брирен повернулась и схватила два кубка с подноса слуги, протянула один ему. Красное вино искрилось внутри.

Дамиен осторожно принял кубок.

— Можно поговорить с тобой минутку, леди Брирен?

Ее улыбка стала шире.

— Конечно. Судя по твоему лицу, дело серьезное.

— Да, — он прошел к пустому углу, и леди Брирен прошла следом, шепнув перед этим указания супругу. — Что-то показалось тебе странным в смерти твоего отца?

Леди Брирен прищурилась, поджала губы. Дамиен не стал бы так прямо спрашивать у других людей, но леди Брирен предпочитала честность.

— Почему ты спрашиваешь?

— Я был потрясен новостью о смерти. И, чем больше я думаю, тем больше это кажется… удобным.

— Ты на что-то намекаешь?

— Мой дом расследовал смерти разных меньших лордов и леди больше пяти лет. Сначала они казались не связанными, но я все гадал, что происходило. Они все умерли одинаково: ночью не выдержало сердце.

Она помрачнела сильнее.

— Я не слышала о тех смертях.

— Каждый дом скрывал это в своих границах.

— Откуда ты знаешь о них?

— Как тот, кто хочет объединить дома, я следил за новостями народов. И мне помогали другие.

Леди Брирен окинула комнату взглядом.

— Ты намекаешь, что моего отца могли убить.

— Не знаю. Но очень уж вовремя это случилось.

Ее ноздри раздувались.

— У меня вызвала вопросы смерть отца. Он был в отличном состоянии. Но лекарь убедил меня, что даже самые крепкие неожиданно умирают. И мой отец изменился после смерти моей матери, но не так, чтобы резко умереть, — она посмотрела на него. — Что будешь делать с этой информацией?

— Продолжу искать того, кто стоит за смертями. Думаю, они пытаются ослабить великие дома один за другим. Но это было первое нападение на великого лорда.

— Ослабить? Для чего?

— Не знаю. Но, если наши дома стали бы разбитыми, это помогло бы империи Доминия.

— Как раненый зверь, который не может сбежать из ловушки, — пробормотала леди Брирен.

— Именно.

— И ты не поднимал это во время переговоров, потому что думаешь, что за этим стоит один из великих домов?

— Я не знаю, кто еще мог пересекать границы стран так легко или знать, на кого нападать.

Леди Брирен мрачно кивнула. Ее лицо вдруг переменилось, она подняла кубок и громко сказала:

— Желаю тебе счастья, лорд Дамиен.

Дамиен не сразу понял, что леди Брирен заметила, что кто-то следил, и прикрывала их.

Дамиен поднял свой кубок и выдавил улыбку.

— И тебе, леди Брирен.

Она указала на Рейдина, ее улыбка стала шире.

— Я уже счастлива, — она прижала кубок к губам, будто делала глоток. — Я обдумаю твои слова и напишу позже, — шепнула она.

Дамиен сделал небольшой глоток и держал кубок в руках, глядя, как леди Брирен схватила Рейдина свободной рукой и повела супруга к столу, где меньший дом из Рафеля стоял в длинных зеленых робах.

Коген подошел к нему, монах провожал взглядом леди Брирен.

— Дом Мерек не такой, как я думал. Леди Брирен не такая яростная, как я представлял.

— О, поверь, дом Мерек может быть яростным, как их виверны, если их разозлить, — Дамиен сделал еще глоток из кубка, вспомнив, как кричали друг на друга леди Брирен и лорд Ивульф. Убийце ее отца несдобровать, если это было убийство. Леди Брирен не остановится, пока не поймает убийцу и не сбросит с виверны в море.

Музыка в зале изменилась, когда он сделал еще глоток из кубка, что дала леди Брирен. Дамиен искал взглядом другие дома. Леди Рагна стояла на невысокой платформе во главе зала, была в черном платье, которое напоминало всем, что, хоть она была старше, она оставалась одной из самых красивых женщин из семи великих домов. Он заметил рядом с ней Каяфаса в черно-серебряном и их вторую дочь, леди Амару.

Платье леди Амары было как у ее матери, но гранатового цвета с золотой вышивкой и смелым декольте. Ее волосы ниспадали на плечо каскадом рыжеватых прядей. Дамиен заметил, что вторая дочь Рейвенвудов привлекала внимание многих мужчин. Не удивительно. Он подозревал, что дом Рейвенвуд предлагал брак с леди Амарой как возможный союз. Он сморщил нос от мысли.

А потом стал искать взглядом леди Селену. Старшей дочери и наследницы дома Рейвенвуд не было на платформе. Он вспомнил разговор с Каяфасом. Он был серьезен насчет своей дочери и брака.

Дамиен прищурился и посмотрел на леди Рагну. В ней была тьма, немного этого было и у ее дочери.

«Амара под глубоким влиянием матери», — сказал Каяфас. Дамиен видел это, глядя на мать и дочь, смотрящих на зал с платформы.

Но леди Селена была другой. Холодной, но не темной. Не как ее мать или сестра.

— Лорд Дамиен. Я надеялся поговорить с вами сегодня.

Дамиен обернулся и увидел лорда Лео. Старший из детей дома Люцерас и наследник был на пару дюймов выше. Его светлые волосы были зачесаны назад, открывая сильное чистое лицо и светло-голубые глаза. Он был в светло-голубой тунике с небольшой мантией, застегнутой на шее.

Дамиен слабо поклонился ему.

— Лорд Лео. Чем могу помочь?

— Я хочу поговорить о моей сестре.

Желудок Дамиена сжался, он выпрямился, сдавив пальцами кубок. Леди Брирен была права. Он еще пяти минут тут не пробыл, а другие дома уже искали его.

— Отец хочет, чтобы я поговорил с вами о возможном союзе между нашими семьями, если у вас нет другого союза на примете, — он пронзительно смотрел на Дамиена.

— Я еще никому не давал согласия, — но Дамиен помнил просьбу Каяфаса. Он собирался защищать ее, но ничего больше.

— Ясно, — тихо сказал лорд Лео. — Вы открыты возможности союза с нашим домом?

Дамиен смотрел на темно-красный напиток в кубке. Обычно его родители спрашивали бы у других домов, готовы ли они к союзу, а потом озвучили бы ему варианты, позволяя выбрать, оставляя место любви.

Но он был великим лордом дома Марис, и вес этого решения лежал только на его плечах. Это решение влияло не только на него, но и на его народ.

Он выдохнул и поднял взгляд.

— Я обдумаю этот вариант, — сказал он.

— Благодарю, лорд Дамиен. Прошу, проведите немного времени этим вечером с моей сестрой. Думаю, вы поймете, что она — добрая и красивая душа.

Он уже это знал, но промолчал.

Лорд Лео поклонился и ушел в другую часть комнаты, где стояли лорд Харук и леди Аяка Рафель. Отец и дочь были в изумрудных нарядах с золотой вышивкой. Длинные черные волосы леди Аяки ниспадали на спину, украшенные большим белым цветком. Дамиен прищурился, лорд Люцерас заговорил с леди Аякой. Может, Лео договаривался о своем браке.

— Поразительно, — сказал Коген рядом с ним.

— Что такого? — спросил Дамиен.

— Жизнь в аббатстве отличается от жизни великих домов.

— Там жить проще.

— Да. Я вам не завидую, лорд Дамиен, — Коген сделал паузу. — Ах, там священник из дома Люцерас. Думаю, я пойду к нему.

Коген пошел к низкому пухлому мужчине в белой робе, стоящему возле музыкантов. Он выглядел неуместно, лысая голова блестела от пота.

Дамиен покачал головой и улыбнулся. Бедняга. Может, Коген его успокоит.

Через миг он заметил леди Адалин с другим ее братом. Лорд Элрик был ниже и тоньше Лео, но был с такими же светлыми волосами и глазами. И он постоянно улыбался. Он стоял рядом с леди Адалин с очаровательной ухмылкой, пока они говорили с членами меньшего дома, прибывшими с ними.

Дамиен смотрел на леди Адалин. Она была в длинном белом платье с золотой вышивкой на корсете. Ее золотистые волосы были собраны гребнем с кристаллами, сияние свечей окутывало ее. Она была изящной и нежной. Ее улыбка была мягкой, а глаза — добрыми. Почти все в ней было исполнено качеств дома Люцерас: чистоты, скромности и света.