Несмотря на стекло, кабинет был уютным, домашним, с организованными стопками пергамента на дубовом столе. Огонь пылал в камине, мерцал на больших темных окнах стены напротив. Стук дождя и гул грома вернулись, у нее был вид на земли днем.

- Прошу, присядьте, - сказала она, подвела меня к стулу у стола. Ее материнский голос вернулся, ведь мы были защищены тут от опасности в замке. Я опустился, радуясь шансу присесть, но хотел быть ближе к огню. – Теперь, - сказала Фала, - скажите, Солнечный Щит встретилась с принцем и ашоки?

- Да, - сказал я. – Но мы снова разлучились, когда Ларк поймали – он остался искать ее. Боюсь, она могла пострадать или…задержаться. Я не знаю, где…

- Ашоки жива, - уверенно перебила она. – Она в замке.

Я моргнул.

- Вы про Тамзин? Не Кимелу? Откуда вы знаете?

Она развернула на столе лист бумаги, который лежал отдельно от остальных, и подвинула ко мне. Я посмотрел туда, узнал название.

- Путь потока… это сочинение Тамзин, - сказал я. – Она написала это для Кимелы. Как вы… это было в карете ашоки?

- Нет, - сказала она. – Это одно из пяти десятков, рассеянных по перекресткам Берберри. Один из моих кучеров привез мне это вечером. Сказали, схожие памфлеты распространяли по северно-южной дороге.

- Свет, - выдохнул я, глядя на бумагу. – Она сделала это. Сработало. Я про ее пресс. Тамзин. Она сделала копии одного сочинения, - я покачал головой, понимая, что лепетал. – Но… откуда вы знаете, что она в замке?

- Мне сообщили, - просто сказала Фала. А потом… - Вы сказали, что только подруга Тамзин знает об этом?

- Соэ? Думаю, да, кроме принца Яно, - сказал я.

- Тамзин знает, кто напал на нее у Виттенты?

- Нет, - голова кружилась от смены темы. – Она знает только, что это была не Солнечный Щит.

- Что-то еще? – спросила она. – Она вспомнила что-то еще?

- Вряд ли. Они убили ее служанку, - сказал я. – Кроме этого она вряд ли что-то помнит.

- Она сказала, что они убили ее служанку? – резко спросила Фала.

- Да… простите, я не помню ее имя.

- Симея.

- Да! Это оно.

- Она была уверена, что служанку убили?

- Д-да, так она нам сказала, - я покачал головой, пытаясь успокоить тревогу внутри. Была убита служанка Тамзин или нет месяцы назад, это было не самой срочной проблемой сейчас, если только Фала не знала девушку лично. И все же будет время для скорби, как только опасность пройдет. – Госпожа Фала, прошу… вы сказали, что пошлете кого-то остановит стражей. Мы не можем позволить им найти Ларк, и если Тамзин тут, она тоже может быть в опасности.

- Да. Конечно, - Фала отошла от стола к окнам с видом на рабочую комнату. Она закрыла за собой дверь и спустилась по лестнице. Я смотрел сквозь стекло, как она пропала в коридоре, откуда мы пришли. Я использовал шанс, чтобы встать и пройти ближе к камину, дрожа, протянул онемевшие пальцы к огню.

Тревога не унималась во мне. Я представлял, что приду в Толукум и все остановлю, но пока что я едва смог сделать вмятину. Я был тут, но… королева знала? Стражи обнаружили, что я пропал? Или они охотились на Ларк?

Если Ларк сбежала из камеры – сбежала! Я был в восторге - она вряд ли останется в замке. Зачем? Она была умной. Она убежит.

Но… Фала была уверена, что она все еще была в Толукуме.

«Важное и срочное», - сказала мама.

Я прикусил губу.

Важно было не погибнуть в замке.

Но…

Было важно и чтобы Ларк и Тамзин не погибли.

Может, я мог написать послание и попросить Фалу послать его королеве Исме. Может, стоило с самого начала так сделать, пока у меня не забрали кольцо с печатью. Я отвернулся от камина к столу Фалы, где были аккуратные стопки бумаг и свечи из пчелиного воска. На ее столе была промокашка, но не было письменных принадлежностей. Я взглянул на стекло, пытаясь стряхнуть ощущение, что я рыскал тут. Я выдвинул верхний ящик стола. Там были печати со словами «Одобрено» и «Отклонено», коллекция названий си и дат. Была даже маленькая печать, похожая на шишку секвойи, но с кругом за ней. Я поежился. Эта печать напоминала клеймо на руке Ларк. А потом я понял, что это и была метка рабства, но в печати в замке. Я быстро задвинул ящик, вспомнил с тревогой о Наймах, и как они использовали такой круг и как свою метку.

Фала возглавляла практически двор внутри двора, там была своя иерархия и законы. От королевских слуг, которым платили больше всего, до рабов.

Я выдвинул следующий ящик и обрадовался чернилам и перьям. За ними странно была запихана бумага, вся была сложенной. Я стал вытаскивать верхний лист и понял, что он не был пустым. Ой. Я стал задвигать его обратно, когда уголок зацепился за флаконы чернил, и я увидел написанное внутри.

М с завитком, похожим на летучую мышь.

Петли стеклянной двери скрипнули. Я закрыл ящик и выпрямился, сердце колотилось. Фала стояла на пороге с кружкой в руке.

Мгновение был лишь шум дождя по стеклу, мы смотрели друг на друга.

- Я… - начал я, разум кипел. – Простите, я искал пергамент. Я думал написать королеве Исме послание.

Она посмотрела на стол, и я заставил себя не смотреть на второй выдвижной ящик. Скрыв ладонь в складках мокрой одежды, я потер пальцы, узнав грубую бумагу из травы пустыни, отличающуюся от гладкого пергамента Моквайи.

Фала улыбнулась мне, она уже много раз смотрела на меня так тепло – пока лечила мои ноги, объясняла мне двор, направляла меня прочь от опасности.

Она закрыла за собой стеклянную дверь. Она вытащила ключ на связке и заперла дверь.

Она указала на кружку в своей руке. Я пригляделся, и понял, что следы средства для окон на ее руках выглядели как-то странно.

- Чаю? – спросила она.

46

Тамзин

Мы с Ларк остановились у угла, где коридоры слуг переходили в общие коридоры.

- Проклятье, - шепнула она.

Хоть Зал Ашоки был напротив за открытым атриумом, у входа была группа стражей, ещё больше бегало мимо с заряженными арбалетами. Слишком много, чтобы отвлечь или сражаться.

Ларк взволнованно стала показывать знаки:

«Другой вход есть?» - спросила она.

Я прикусила губу.

«Есть террасы. Но они могут быть заперты».

Она быстро оглядела атриум, посмотрела на стеклянные двери за кедрами. Она кивнула туда.

«Мы можем использовать их?».

Я неуверенно махнула ладонью.

«Они не связаны напрямую. Придется использовать стремянки слуг».

Она скривилась, но снова кивнула. Мы пошли к деревьям, скользя на влажной земле. Атриум был тускло освещен, многие лампы не зажгли, когда слуг резко заставили отступить. Вспыхнула молния, озаряя дождь на стеклянных стенах. Мы добрались до внешних террас, и Ларк нажала на ручку.

- Заперто, – прошептала она. – Конечно, они закрыли замок, - она вытащила из кармана кольцо с ключами – наверное, она забрала их у стражницы. Она проверила несколько, но это не работало – все ключи были вдвое больше скважины. – Проклятье, - буркнула она.

Я прикусила губу.

«Есть входы для слуг, но я не знаю, как туда пройти».

Из-за деревьев донесся вопль:

- Трое за мной! В кабинетах шум!

Мы вздрогнули от голоса и грома оружия, последовавшего за ним. Молния снова вспыхнула, и я посмотрела в глаза Ларк.

«Думаю, это Соэ».

- Ирена, - пробормотала она.

- Эй! – крикнул другой голос. – Там следы. На плитке.

Мы посмотрели друг на друга, наши грязные сапоги оставили линию следов.

- Иди, - Ларк толкнула меня вдоль стеклянной стены. Она вытащила меч из ножен и пошла следом, пока я спешила вдоль изогнутой стены, прижимая ладонь к стеклу. За нами шуршали листья, трещали ветки, солдаты проверяли сад, искали наши следы на мягкой почве, кричали, когда находили их.

Впереди стекло заканчивалось у твердой стены, где была приоткрытой дверь для слуг. Мы добрались до нее, и стражи вырвались из листвы за нами. Они закричали нам остановиться, защелкал арбалет. Мы прошли в дверь, и Ларк захлопнула ее, но внутри не было засова, только узкая лестница вела во тьму. Других вариантов не было, и мы побежали наверх, я слышала, как шумно дышала Ларк, да и я не была лучше. Нас преследовали крики стражей.

Наверху лестницы была площадка, которая тянулась в две стороны – мы не знали, куда идти, я повернула налево, потому что там было темнее. Ларк последовала, мы побежали. Мы завернули за угол, еще раз, и я остановилась вовремя, чуть не врезалась в дверь. Ларк замедлилась в последний миг, вытянула руку с мечом, чтобы не пронзить меня им. Меч оставил след в стене. За углом звучал грохот шагов и голоса.

Дверь была с засовом, я сдвинула его и толкнула дверь. Мы столкнулись со стеной ледяного дождя. Он бил по стенам замка, хлюпал об брусчатку длинной террасы. Ларк толкнула меня в дверь и захлопнула ее за нами, сжала ручку. Щурясь от дождя, мы безумно озирались, глядя на террасу, искали, чем подпереть дверь. Это, видимо, была площадка для слуг, стремянки тянулись на стенах через промежутки, в нишах лежали инструменты для ухода за садом.

В дверь ударили, и рука Ларк дрогнула, она не давала ручке повернуться. Она стиснула зубы и кивнула на ближайшую нишу, вода лилась с ее шляпы.

- Там, - сказала она.

Я убрала брезент с коллекции пустых каменных горшков. Я подкатила их по одному и подперла ими дверь. Я закончила граблями, прижала их к ручке, уперла в брусчатку. Это не было крепостью, но могло продержаться минуту или две. Ларк отошла от двери, смотрела, как она дергалась, а потом кивнула.

- Сойдет, - сказала она, а потом посмотрела на террасу.

- Ах, - я указала на конец платформы.

«Там еще дверь».

Мы поспешили к ней, и я сжала ручку. Я застонала.

- Заперто? – спросила Ларк.

Я кивнула, и мы посмотрели на стремянки, тянущиеся во тьму, мокрые от дождя.

Мы не смогли выбрать одну из них. Ручка двери гремела под моей ладонью, и я отдернула пальцы. Послышался звук засова.

Ларк сжала мою руку и потянула меня в ближайшую нишу. Мы споткнулись об лопаты и битые кирпичи, неуклюже прислонились к стене ниши. Я слышала, как Ларк зашипела от боли, когда я поскользнулась и прижалась к ее ребрам, но она сжала мою руку и не дала мне упасть.