— Что ты делаешь? — спросила она.

Я так и смотрела на дверь. Краска просвечивала деревянные узоры. Мой взгляд обвел каждый из них, впитывая каждую черточку.

— Кит?

Закрыла глаза.

Пора.

Я запомнила каждый миллиметр этой двери. А затем заставила себя забыть их, забыть обо всем. И только после этого я стала кем-то другим.

Выдохнула и улыбнулась морозному воздуху.

Что-то внутри забурлило, заставляя полыхать изнутри.

Гореть.

Я открыла глаза.

— Нет, — ответила я. — Меня не так зовут.

— Но это же твое имя, — настаивала Мэгги. Будто она знала все на свете. Она шагнула ко мне.

Я обернулась.

Пора с этим заканчивать.

— Нет, — произнесла я. — Меня зовут не Кит.

Она непонимающе уставилась на меня.

Я улыбнулась.

Внутри горело, полыхало и пылало.

— Меня зовут Диана, — сказала я.

Диана.

Улыбаясь, я подошла к двери. Перчатки я спрятала в соседском саду, предварительно тщательно протерев их о штаны, чтобы никто точно не смог обнаружить отпечатков. Надо зайти на огонек; наверняка я попала на какую-нибудь камеру, как и попаду на обратном пути, и будет крайне подозрительно, если потом окажется, что на вечеринке меня не было. Как бы там ни было, мое присутствие здесь вполне естественно. Мэгги же моя подруга. Ничего подозрительного.

Я не могла вернуться домой. Не могла просто сбежать. Это было бы слишком просто. Предпочтительнее более сложный путь. Надо это принять.

Верно?

Хотя я и сама не знаю точного ответа. В мыслях воцарился полный хаос.

Надо превратиться в сейф. Запертый и совершенно пустой.

Как можно естественней я прошла в комнату, попивая холодную воду. Вскоре ее найдут. Это лишь вопрос времени.

Я опустилась в красное кресло и стала наблюдать за окружающими меня людьми. Она смеялись, переговаривались, танцевали.

И тут крик.

Я устроилась поудобнее.

Нашли.

Господи, никак не могу отделаться от ощущений.

Удар, хруст, кровь и в конце смерть.

Боже, это так завораживает.

Чистейший гипнотизм, беспощадная бойня.

И тяжесть от бремени, что это нельзя делать так часто...

Господи, даже во рту этот привкус: волнение от преследования, удовлетворение от убийства. Как когда лев гонится за газелью...

Боже.

И радость, мрачная радость от того, насколько далеко я зашла, что позволяю себе наслаждаться своими действиями. Но нельзя этого показывать. Нужно держаться на расстоянии. Смотреть как на произведение искусства, издалека.

Потому что.

Господи.

Это райское ощущение буквально сжигает изнутри.

Изумительное чувство.

Я растворяюсь в нем и одновременно ощущаю себя как никогда живой.

Потому что я — убийца.

Я — Диана, и мне есть чем насладиться.