Он слабо улыбается, пускай не радостно, но хотя бы удовлетворенно.

— А до завтра это никак не подождет? Час ночи все-таки, — возникает мама. Алекс колеблется.

— Простите за позднее время, миссис Уорд, — говорит он, — но нам с Кит очень надо побеседовать.

Мама уже открывает рот, чтобы ответить, но я качаю головой, прерывая ее.

— Все хорошо, — мягко уговариваю я. — Он мой друг, тебе не о чем переживать.

Я понимаю, что нам надо уезжать, что наше такси вот-вот припаркуется перед домом, что мы рискуем опоздать на паром — но я не могу отказать себе в последних нескольких минутах с Алексом.

Машина уже совсем близко; надо поспешить, пока еще есть возможность.

У мамы вид такой, словно она готова заорать. Я игнорирую ее. Она больше не может меня контролировать, как бы ни хотела. Да и не могла никогда. Я подхожу к Алексу, ничего плохого он мне не сделает. Его присутствие даже как-то успокаивает.

Он отпустил меня. С ним я в безопасности.

— Спасибо, — шепчет он, а я так и не могу понять эмоций, мелькающих в его глазах.

Следующие несколько минут проходят в полной забытье. Кажется, мы с Алексом пошли вдоль улицы, выискивая подходящее место для разговора, а такси подъехало почти сразу после нашего ухода и осталось незамеченным. Я просто шла за Алексом как марионетка и ни на что не обращала внимания. Не смотрела ни себе под ноги, ни на рождественские украшения близстоящих домов, ни на тени покрытых снежным одеялом деревьев. Только спокойствие, тишина и мы с Алексом.