– Значит, вы чувствовали себя плохо, – с мрачным выражением лица констатировал герцог.

Она сердито на него посмотрела, он же сам практически вынудил её заболеть своим роковым пророчеством вчера на полях.

– Со мной всё в порядке, ваша светлость.

Он опустился на одно колено рядом с ней и окинул тяжёлым взглядом.

– Вы бы разбили голову об пол, если бы я вас не поймал.

Сначала девица на коне, теперь девица в обмороке, упавшая в его объятия. Аннабель охватило безумное желание рассмеяться, но вместо смеха она издала отвратительный сдавленный звук. Миссис Бичем озабоченно прикрыла рот рукой.

– Скоро прибудет мой врач, – сказал Монтгомери.

Доктор? Она попыталась сесть.

– Я не могу...

Он мягко, но настойчиво положил ей руку на плечо и не дал подняться с дивана.

– Она, наверное, бредит, – обратился дворецкий к миссис Бичем, словно Аннабель их не слышала.

– Вы не понимаете, – проговорила она. Ей претило слышать нотки отчаяния в своём голосе. Аннабель не болела с детства. Этого просто не могло произойти сейчас. У неё ведь всегда было столько дел. Сейчас ей нужно делать курсовую работу... а как же её ученики...

– Кого следует уведомить? – спросил Монтгомери.

Аннабель с трудом попыталась сформулировать ответ.

– Профессора Дженкинса, – проговорила она. – Не думаю, что закончу перевод вовремя.

– Определённо бредит, – сказала миссис Бичем, – бедняжка.

– Я имел в виду из ближайших родственников, мисс, – нетерпеливо уточнил Монтгомери.

– О, – сказала она. – У меня никого нет.

Что толку сообщать Гилберту? Это ведь она заботилась о его семье, он только разнервничается. От подступающих слёз защипало в носу. Если она не справится с курсовой, то поставит под угрозу свою стипендию... своё будущее...

– У меня никого нет, – повторила Аннабель, – поэтому я не могу... не могу заболеть.

Последовала пауза.

– Понятно, – сказал Монтгомери. Она взглянула на него, потому что тон герцога подозрительно смягчился.

– Здесь вы будете в надёжных руках, – пообещал он. Аннабель поняла, что его рука всё ещё лежит на её плече, словно якорь, удерживая её тело на месте, которое, казалось, находилось в огне.

– Я не могу позволить себе... – Она хотела сказать "врача", но герцог покачал головой.

– Здесь о вас позаботятся.

Позаботятся.

Какое громкое обещание. Но голос герцога звучал так спокойно, что не возникало сомнения в правдивости его слов. На некоторое время вполне можно положиться на этого человека. Очевидно, необязательно испытывать симпатию к мужчине, чтобы ему доверять.

Себастьян расхаживал перед дверью спальни мисс Арчер, хмуро поглядывая на карманные часы. Судя по всему, когда доктор Бервальд, наконец, приедет, он уже будет на пути в Лондон, придётся положиться на дворецкого, что тот даст все необходимые инструкции.

Она, как бревно, свалилась в обморок, едва встав со стула. А потом в её глазах блеснула такая паника... Нет, он не станет испытывать чувство вины. Мисс Арчер была взрослой женщиной в здравом рассудке и светлой памяти. Она сама приняла решение отправиться на мороз в поношенном пальто.

Он засунул часы обратно в карман и повернулся к Бонвилю.

– Если её состояние ухудшится, пока я буду в Лондоне, пошли телеграмму в резиденцию в Белгравии.

Дворецкий удивлённо поджал губы.

– Да, ваша светлость.

– И, Бонвиль?

Дворецкий подошёл ближе.

– Ваша светлость?

– Скажи моему доверенному человеку, чтобы он разузнал о мисс Арчер.