Он выносит меня из торгового центра на Найтсбридж, ставит на ноги, и я, поправив платье, беру его протянутую руку, и мы идем обратно к машине. Я даже с ним не связываюсь. Такое быстро стало обыденностью, будь то наедине или в публичном месте.

— Мы пообедаем в «Поместье», — говорит он, укладывая пакеты с покупками в багажник, а затем усаживает меня в машину. Присоединяется ко мне на водительском кресле и одаривает улыбкой, прежде чем надеть очки. — Получаешь удовольствие от сегодняшнего дня?

Так и было, пока он не напомнил о необходимости ехать в «Поместье». А мне еще предстоит провести там целый вечер.

— Безусловно. — Но пока я с ним, не могу жаловаться.

— Я тоже. Пристегни ремень. — Он заводит машину и с ревом врывается в обеденный поток машин, включает стерео и опускает стекло, чтобы весь Найтсбридж мог услышать «Dakota» в исполнении The Stereophonics.