— Теперь понятно, почему ты так сильно обозлён на Медею, — сделав выводы из услышанного, сказал Малитил, понимая, что под более могущественным колдуном может быть лишь Кровавый Альдор. — Она предала тебя, зная о твоём страшном горе. Скажи, что тебе известно об их местонахождении?

— Они должны были спрятаться на вашей же земле. Дайте мне подробную карту местности, и я покажу, хотя бы примерно, где они могли бы обосноваться.

— Скажи, зачем им вообще оставаться на Равнине? — задал напрашивающийся вопрос, Морт Лори.

— Чем ближе ведьма к королю, тем сильнее действует её проклятие, если она заберёт вашего принца слишком далеко, то толку вообще не будет, так она говорила нам, когда мы наши делишки проворачивали с одним беднягой.

— Насколько близко она должна находиться к жертве?

— Не дальше трёх дней пути на корабле, этого вполне достаточно. Я повторяю: найдите карту, и я помогу отыскать ведьму и её команду.

— Хорошо, — согласился Малитил, — будет у тебя карта. Ты останешься здесь, Аффи. Обещаю, что никто не будет следить за тобой. Завтра за час до полудня я жду тебя в порту Тааффеита, мы поплывём на поиски принца.

— Смотри не проспи, а не то... — не договаривая угроз, обозначил их позицию Морт. — Начиная с семи утра, каждый час служители храма бьют в большой колокол! Посчитав удары, ты поймёшь который сейчас час.

— Значит, доверяете мне? — усмехнулся седой пират, показав золотой зуб.

— Нет, но если ты действительно хочешь добраться до Медеи и Вилаша, а потом и к основному заказчику, как я, то ты не ослушаешься. Если же нет, то я, рано или поздно, разыщу тебя и буду последним, кого ты увидишь, — произнося эти слова, Малитил начал меняться в лице, его зрачки залила тьма, вокруг ладоней заиграл черно-серый вихрь энергии.

— Договорились! — без страха в глазах вымолвил Аффи и небрежно протянул руку.

***

Лишь один факел освещал подземную пещеру, в которую вёл длинный тоннель с извилистыми и довольно узкими поворотами. В конце этой мрачной пещеры восседал молодой наследник престола королевства Пяти Камней, правда не на троне. Эгиль был прикован к добротному деревянному стулу для пыток, прижимавшего принца железными прутьями на ногах, голове, груди и руках. Измученный вид юноши вызвал бы у любого нормального человека жалость, ведь он очень похудел и побледнел за текущую неделю, превратившись в живого мертвеца. На запястье у Эгиля находилась испачканная кровью повязка, плотно перетягивающая рану от недавнего укуса. Кроме принца в пещере находились и его мучители, их было трое, красивая девушка и двое мужчин, один из них выделялся огромным ростом и широкими плечами. Все они были одеты в свободные дорожные костюмы, особо не сковывающие движений. Тот, что был пониже, держал на плече кожаную сумку, он подошёл к принцу и достал из неё маленький кусочек жареной рыбы, обёрнутый в хлопковую ткань желтого цвета.

— Ну, давай-ка поешь, парень, а то сдохнешь скоро с голодухи, — попросил один из мужчин Эгиля, засовывая ему в рот кусок жареного филе речной рыбы, принц отвернулся в сторону, сжав зубы, — давай по-хорошему, а то я её тебе в глотку силой затолкаю! Ты же не хочешь как в прошлый раз, а?

— Корвек, он и так скоро умрёт, хватит его доставать своими нелепыми кормежками, — усмехнулся, стоявший сзади псевдоростовщика высокий мужчина.

— Вилаш, зачем же ты портишь нашему перепуганному малышу настроение? Скоро он останется без сил и крови, а король Сигурд Эллингтон всё ещё будет дышать! И, прошу тебя, хватит называть меня Корвеком, для вас я Порсум, сколько раз говорить об этом.

— Не нервничай, маг, мы лишь по-дружески шутим, — успокаивающе улыбнулась Медея, обнажив белые словно мел зубы, — тебе не стоит переживать о короле, я не думаю, что он в состоянии продержаться ещё пару дней, каким бы сильным ни был. Всё-таки он обычный человек из плоти и крови, а не могущественный колдун, так что его исход предрешён.

— Сами вы умрёте, мерзавцы! — храбро подал голос Эгиль. — Мой отец найдёт вас, и тогда вы все пожалеете о содеянном! Заплатите за каждого убитого вами солдата на моём корабле! Нет человека во всём мире более мстительного и опасного, чем он.

— Ты угрожаешь нам, сопляк? — засмеялся Вилаш, приблизившись к принцу. — Я пережил твоего непобедимого прадеда, неужто ты считаешь нас такими глупыми, что мы не узнали, с кем предстоит столкнуться лоб о лоб? В ближайшее время моя дочь избавит тебя от этих страданий, а твой папаша встретит тебя у входа в царство мёртвых, а потом возьмётесь за руки и вприпрыжку побежите к Тенебрису.

— Оставь его, отец, он не достоин твоего внимания, — беря за руку разошедшегося Вилаша, произнесла Медея. Она продолжила, повернувшись к магу гильдии, — скажи-ка мне, Порсум, а когда мы свяжемся с твоим хозяином? Хотелось бы потолковать с ним кое о чем важном.

— Когда пожелаем, — ответил Порсум, доставая из висевшей на плече дорожной сумки сферу, — магический шар у меня всегда с собой, так что можно хоть сейчас. Думаю, он будет не против увидеть нас с желанной добычей. Заткните только ему рот, чтобы не раздражать повелителя.

Услышав последнее слово, Вилаш усмехнулся, о чём он подумал, осталось для присутствующих тайной, но было понятно, что он относился к Кровавому Адьдору с меньшим трепетом, чем член гильдии. Порсум недовольно взглянул на высокого обладателя топора за спиной и, увидев выемку в каменной стене пещеры, разместил в ней волшебную сферу. В это же время Медея больно надавила на рану принца Эгиля, так чтобы он вскрикнул, и сунула ему в рот грязный платок, исполняя просьбу Порсума. Колдун начал вызывать своего покровителя, направив магическую энергию болотно-зелёного цвета на шар. Спустя всего лишь несколько мгновений перед ними появился сидящий в черном кресле Альдор, рядом с ним находились Карнал Берч, один из сильнейших магов гильдии, и Кая Дент, хитрая красавица, сумевшая сбежать от правосудия наместника Сарипа, они являлись бывшими дворцовыми магами и советниками Изумруда и Сапфира. Лидер гильдии вернулся в мир живых, поселившись в теле молодого чародея, обладавшего красивым лицом и сине-голубыми глазами, теперь же его черты начали обретать суровость и властность. За последний месяц это была всего лишь вторая беседа Альдора с пиратами, правда в первый раз лидер гильдии общался без своих помощников.

— Приветствую тебя, о, повелитель, — низко поклонился Порсум, выказывая почтение.

— Зачем тревожишь меня, маг? — спросил Альдор недовольным тоном. — Разве мой враг король Сигурд Эллингтон уже мёртв?

— Ещё нет, но скоро умрёт, вот его сын Эгиль, правнук твоего старого противника короля Вильмара, осмелившегося кинуть тебе вызов, — ответил за Порсума Вилаш, указывая на пленённого юношу, — как видишь, мы скоро выполним свою часть договорённости, а что с нашим вознаграждением?

— Как ты смеешь так разговаривать с повелителем? — возмутился Карнал, гневно изогнув брови по подобию молний.

— Не переживай, Карнал, мы старые знакомые с Вилашем, я использовал его и в прошлой войне, — успокаивая подопечного, произнёс Кровавый Альдор, — если я правильно понял, то Равсу обещал вам сорок эльфиек и вы их получите, кровопийцы. А теперь ответьте мне, когда же всё-таки не станет проклятого Сигурда?

— Три дня максимум, — пообещала Медея, — только хотелось бы получить не сорок, а хотя бы шестьдесят сладких эльфиек. Слишком много людей мы потеряли в бою с солдатами Тааффеита.

— Наглая девица, — улыбнулась Кая Дент, — такого уговора между нами не было.

— Но мы и не с вами договаривались, — оскалившись, возразил Вилаш, — решайте, думаю, за жизнь короля некоторые на Равнине предложат и большую цену, чем жизни девиц.

— Я согласен, — не раздумывая, кивнул Альдор, — вы получите то, что обещано и сможете ещё на много лет вперёд продлить свои жизни.

На этом связь прервалась, Кровавый маг сидел, задумавшись. Кая Дент и всегда осторожный и предусмотрительный Карнал Берч не смели его тревожить, они стояли, затаив дыхание.