Клара хотела что-то прокомментировать, но, заметив, что Женя смотрит на циферблат часов, спохватилась и потребовала от мужа отчета о выполнении задания.

Задание оказалось выполненным.

- Есть тут один авторитетный врач из России…

- Еще один! – взвилась Женя.

- Мне его порекомендовал дядя. Сказал, что очень ответственный специалист. Нейрохирург.

Клара с удивлением посмотрела на мужа.

- Ты что, уже связался со своими?

- Да, а что было делать? Позвонил. Он в свое время заведовал здравоохранением. Объяснил ему ситуацию. Он знает и того, прежнего... В общем-то, он был неплохим врачом, но на какой-то почве сбрендил. Может быть, из-за нетрадиционной ориентации. Его еще в России лишали лечебной практики.

- Вот пусть в тюряге и оказывает услуги! – жестко отреагировала Женя. - Возомнил себя вершителем судеб. Еще под русского косит.

- Да он просто женщин не любит. Может, сказывались еще какие-то обиды.

- Какие уж тут обиды?! Здесь ненавидеть надо…

- Может, националисты достали.

- Какие националисты?! – недопоняла Женя.

- Ну, у нас с этим никогда не было мирно. От нас поотстали, принялись за хохлов, хотя тех голыми руками не возьмешь.

- То-то в России от них ступить ногой некуда, - съязвила Евгения.

- А со Стасовым я уже договорился. Стасов это нейрохирург.

- Хорошо не патологоанатом, - вздохнула Женя.

- Он к вечеру ждет вас. А я должен немного поработать.

- Надеешься выиграть? – рассеянно поинтересовалась Женя.

- Добиться справедливости в этом мире не просто, когда природа сама изначально несправедлива.

После завтрака Женя, по долгу принимающей стороны, предложила прокатиться по окрестностям. Тем более, что эти края пара рассматривала как один из вариантов, где можно бросить якорь.

Маршрут она, намеренно, выбрала через горное плато. Хоть и чужая сторона, а показать экзотику, на правах старожила, соблазнительно, словно сам являешься соавтором этих красот. А что ей остается – гордость за окружающую среду, в которой удалось закрепиться по воле случая… Полный отстой!

Обязанности гида отвлекали Женю недолго – в сознании назревало жгучее нетерпение скорее встретиться с новым лекарем. Почему-то зарождалась уверенность, что на этот раз произойдет чудо, хотя из не очень богатого опыта Евгения знала, что именно восторженная уверенность в благополучном исходе чаще всего оказывается провальной. Да и что там «чаще всего»? Сто процентов! Потому Женя прикусила язык, стараясь не выдать своей необъяснимой эйфории.

- Машинка-то у тебя классная, - покрутив головой заметил Ося.

Женя не сразу поняла, о чем он, потом отмахнулась. Не до мелочей!

- А я свою продала. Жалею, - вздохнула Клара.

- Купим другую, - пообещал Ося и протянул с заднего сидения бумажку.

- Это вам адрес Стасова.

- Хочу такую же, как была. Нашенскую.

Женя, выруливая на загородное шоссе, мельком взглянула на нее.

- С такими настроениями тебе туго придется за бугром.

- А мне уже давно туго. Я, наверное, не привыкну жить за границей…

Женя увидела в зеркало, как Ося одной рукой притянул к себе Клару и сунулся носом в ее волосы.

- Ты моя великомученица!

Та же интонация, с какой совсем недавно обнимал Василий ее …

Когда подъехали к дому, Клара возмутилась вопросом Жени, останется она с мужем или поедет с ней. Конечно с ней! Ося покосился на жену, но промолчал. Наверное мужику кроме научных изысканий надо еще что-то.

- Вы и так утомились с дороги. Отдохнули бы, - пробормотала Женя на всякий случай.

Забота подруги вызывала у Жени признательность, хотя она уже отвыкла, чтобы ее опекали.

Не въезжая в ворота она развернула автомобиль, и, выпустив научного сотрудника, направила машину по адресу клиники.

- Ты зря держишь его в черном теле, - заметила она Кларе.

- Да он у меня не привередливый!

- Смотри, доиграешься! Учись на чужих ошибках. У старших.

Клара рассмеялась.

- Ой уж, старушка ты наша! Ладно, приму во внимание.

Когда доехали до места, Женя полуобернулась к подруге.

- Наверное, ты права, мне, действительно, надо родить. На что я еще способна? Хочу попробовать искусственным.

Клара последней фразе Жени удивилась.

- Ты хочешь … через пробирку?

- Ну да. Ведь так делают. Только позволит ли здоровье Василия…Мне придется вывести на такой разговор Стасова. Я его еще не знаю, но рассчитывать мне больше не на кого. Может, выведаешь у Оси, есть ли смысл затевать это при таком диагнозе? Ничего не рассказывай ему лишнего, хотя он у тебя умный, все равно поймет. Да это и не имеет никакого значения. Я, правда, до сих пор не знаю, на чем он специализируется. Еще в Питере спрашивала его.

- И что он ответил?

- Что он еврей.

Клара рассмеялась.

- Узнаю остряка. Я думаю, он в этом должен смыслить. Конечно, я все узнаю, но сейчас главное, вытащить твоего мужа.

- Да, да, конечно, - согласилась Евгения и взглянула на подругу. Лицо Клары выражало какую-то недоговоренность.

- Что? – подтолкнула она вопросом собеседницу.

- Как же ты без этого…интима? Ведь для тебя это так важно.

Женя рассеянно посмотрела куда-то в сторону.

- Эти страсти уже в прошлом, сейчас я об этом и не думаю. А когда не думаешь, вроде и проблемы нет.

Отловить Стасова в кабинетах клиники оказалось делом не простым. Женя даже попыталась выйти на него по телефону, но номер не отвечал. В каждом кабинете на ее вопросительную интонацию, сотрудники бегали глазами по углам, словно он мог завалиться за какой-нибудь стойкой, и недоуменно пожимали плечами.

Он и в самом деле оказался незаметным мужичком - небольшим, немного полноватым. Женя не сразу обратила на него внимание, представляя себе крупного специалиста соответственно и крупных размеров. Клара тоже видимо пребывала в подобном заблуждении, потому что потом, покаялась, что они не делают выводов из истории – почти все великие были мелких размеров. Разве что Маяковский, так тот исключение.

У Жени еще оставались сомнения, и она спросила, на самом ли деле он тот самый известный нейрохирург? Вместо ответа Стасов, хитро блеснув глазами, распахнул перед ними дверь без таблички.

Кабинетик был маленький, с компьютером в углу и несколькими стульями.

- И что вы от меня хотите? – спросил он, приглашая их сесть.

Женя объяснила суть проблемы.

- И что, вы не доверяете тем врачам, у которых он сейчас лечится? – с любопытством перебил он ее.

Женя в растерянности пожала плечами.

- Мы не так давно уехали из России и…

- И не преодолели синдром недоверия, - догадался Стасов. - Я вас понимаю. Учите язык, вникайте в жизнь этого народа и все пройдет. Мы же дети одной природы и наше внутреннее устройство одинаково, соответственно все рефлексы и инстинкты...

- А вы?! – притормозила неожиданную лекцию Стасова Женя.

- А я из тех русских немцев, которые когда-то освоили Поволжье, - заулыбался Стасов. – Конечно, у каждой нации есть какие-то особенности, но это уже наработки. У нас, у русских преобладает чувственность. Когда нас захватывает желание, мы отказываемся просчитывать, к чему оно приведет и разумно ли все это…

- И…и вы осуждаете эту особенность? – пробормотала Женя.

- Да я такой же. Хотя порой виню и себя за непрактичность, но это всегда намного красивее и естественнее того, что считается разумным. Хотя и приводит, иногда, к плачевному результату… Среди одного племени встречаются, конечно, исключения. Я знал одного умницу еврея, который за день спустил в компании солидный гонорар за научную статью, когда встретился с друзьями. Правда, на другой день он провернул аферу, которая покрыла его потери, но это уже другое…Но мы увлеклись … Простите. Я оперирую и в той клинике, где лежит ваш муж, так что, конечно, если смогу окажу помощь нашему соотечественнику.

- Я хотела, чтобы вы забрали его оттуда вообще. К себе.

Стасов с любопытством посмотрел ей в лицо и согласно кивнул.

- Хорошо. Мне, само собой, придется что-то сочинить. Совру что это мой родственник, что ли… Как я могу отказать своим соотечественницам. Да еще таким красавицам. Скажу вам по секрету красивее наших женщин нет ни в одной стране.

- Ну, это давно и не секрет, - брякнула Клара и порозовела лицом.

Стасов рассмеялся, но согласно кивнул. У двери он пообещал познакомиться с историей болезни сегодня же и попросил Женю задержаться.

- А что послужило причиной обострения в последний раз? – понизив голос, словно их кто-то мог подслушать, спросил он.

Женя попыталась что-то сказать, но хирург, поняв ее замешательство, коснулся ее плеча.

- С этим хоть и следует быть осторожным, но и исключать нельзя. Это жизнь. Немало мужчин хотели бы проститься с нею в объятиях любимой женщины.

- И наоборот тоже, - запальчиво заявила Женя.

- Наоборот вряд ли, - усомнился Стасов, вглядываясь в ее лицо.

- А почему вряд ли? Женщина, по-вашему, не способна к такому?

- Не потому. У нее иначе сориентирован инстинкт.

- Ничего вы не понимаете! – вспылила Женя, но опомнилась и извинилась.

Она уже шагнула к двери, но обернулась.

- Скажите, а такое состояние, в каком он находится… Не повлияет на результат? Ну, какая-нибудь патология…

Стасов, вероятно, не сразу понял вопрос.

- Имеется ввиду естественный процесс?

- Не совсем, - замялась Женя.

- Вы хотели бы попытаться зачать искусственным путем?

- Да…, - пробормотала Женя. – Я понимаю, - и уже в голос добавила она. – Такие просьбы…

- Не такая уж редкость, - закончил за нее Стасов. – Здесь нет ничего предосудительного. Более оправданных желаний у человечества нет. Так диктует природа. А мы ее рабы. Надо будет все предварительно исследовать. Прежде всего, состояние больного. Может быть, это еще возможно и обычным путем. Позвоните мне после обследования. Правда, я не большой специалист в этой области. Но, приму самое деятельное участие…- При последних словах хирург растерялся и забормотал что-то невразумительное.