Жене его реакция показалась странноватой, но она предпочла не развивать дальше эту тему.
Клара ждала подругу на скамейке в скверике клиники. Увидев ее, поднялась, но поняв, что та намерена сесть, опустилась на прежнее место..
- Ну, что? Что-то новое?
Женя кивнула.
-. Он обещал изучить это.
- Что это?
- О чем мы с тобой только что говорили…
- Да?! – удивилась Клара. – До чего ж ты решительная Женька!
Женя хмыкнула.
- Торопыга, ты хочешь сказать. Иногда эта решительность сажает меня же в лужу известным местом.
Подруга махнула рукой.
- Ну, рассказывай! – распорядилась она.
- Все будет зависеть от показателей. Главное его состояние. Правда как получится, он не больно…Короче, как и что там дальше… Он практик в другой области, понимаешь?
- Я думаю, Стасов с охотой проштудирует ради тебя все энциклопедии. Ты заметила, как он на тебя смотрел?!
Женя с изумлением округлила глаза.
- Да ты что?! У тебя галлюцинации. Это ты в его присутствии что-то больно уж разволновалась. Раскраснелась вся, - напомнила Женя.
- Подумаешь, просто рассудительный, интеллигентный. Мне такие нравятся. Что не может просто понравиться человек?
- Просто, не может. Если нравится, это уже первый шаг к постели.
- Теперь я верю в твои таланты! – засмеялась Клара. – Фантазер! А тебе он как?
- Да я сейчас вообще мужиков не воспринимаю…Хотя, если бы от него реально зависела жизнь Василия, я, пожалуй, согласилась бы…Но это уже другое. Вообще-то, Клара, ты меня удивляешь. Темнишь что-то. Что-то не так с Осей?
Подруга ответила не сразу.
- Я сама не понимаю, наверное, его история с этой бабенкой, ты же, наверное, ее знаешь, соседка, вдова ювелира,. Ну та, от которой я его отбила, слово какое-то дурацкое… Он же с ней всерьез собирался устроиться. Она стопроцентная еврейка ее признали его родственники в Израиле, благословили… Она им уж очень понравилась… Вот почему у него с ними разлад. А я…Я себя не узнавала, полетела вслед за ними. Достала…И вроде как-то нелогично, говорят, что если трудно достался, то особенно и ценишь. А тут… Надорвалась наверное. То ли запоздалое самолюбие, то ли еще что … А после операции мне даже интим с ним стал не в радость…Я ведь даже один раз изменила ему.
- Клара, ты?! Да быть такого не может!
Клара, не поднимая головы, кивнула.
- Думала, что-то изменится.
- И ничего? А ведь говорят, что это идет на пользу… И кто он?
Клара вначале не поняла вопроса, потом досадливо поморщилась.
- Просто никто. Да и было все, как наваждение. Неприятно даже вспоминать… Почему мы бабы такие?! Все у нас какие-то сомнения и страдания. Я и детей от него больше не хочу… Ты, что, меня не слышишь?!
Женя вздрогнула и растерянно посмотрела на подругу.
- Пройдет,…может быть.
- Не знаю… А ты говоришь, что у меня все ясно и просто.
- В этой жизни все непросто, - пробормотала Женя.
По дороге в аэропорт Клара допросила мужа по интересующей подругу теме. Тот сначала решил, что речь идет о нем самом, но. Клара, терпеливо объяснила, что нисколько не сомневается в его способностях производить детей. Наконец до Оси дошло, каких разъяснений от него ждут, но оказалось, что в проблемах селекции он не силен.
- Из наблюдений известно, что на гибнущем растении плоды созревают значительно быстрее, а семена, взятые от них, произрастают с такой же интенсивностью и результатом, как и те, что сняты с благополучно завершившего вегетативный цикл…
- Ты что у меня, ботаник?! – оборвала его Клара.
- В природе все подчинено единым законам.
Клара безнадежно махнула рукой.
- Ну вот, видишь! – глядя вслед взмывшему самолету посетовала Клара. – Разве нормальный человек брякнул бы такое? Ни чувства такта, ни жалости… Гибнущее растение…
- Молодой еще, - задумчиво отозвалась Женя.
- Это же надо, брякнуть такое…, -никак не могла успокоиться Клара. – Поедем к тебе, выпьем что ли…
Женя, несмотря на подавленное состояние, еще раз удивилась метаморфозам, происходящим с подругой.
- Да, пожалуй…, -согласилась она.
Алкоголь поднял настроение подруг ненадолго, и Женя заказала на другой день два билета на оперу. Она знала, что Клара обожает классику. Самой ей в этой области не удалось подтянуться до уровня подруги, и выдержать заунывные песнопения Женя смогла только до антракта. Попросив у Клары прощения, она сослалась на головную боль, и сказала, что дождется ее в машине.
За рулем, Женя тотчас же связалась по телефону с реанимацией, где ее, наконец, успокоили тем, что, похоже, уже есть положительные симптомы. Женя, хотела, было, на радостях, включить музыку, но, задержалась взглядом на знакомом автомобиле. Ягуар Ивана. Скорее всего, он тоже в опере, но, ей показалась, что в салоне автомобиля кто-то есть. Еще раз окинула взглядом знакомую технику, сверила номер. Совершенно точно – это машина Ивана, но фигура в ней какая-то странная … Женя вышла из своего автомобиля и подкралась к заинтересовавшему ее субъекту. Когда она распахнула дверь, на нее уставились глазенки перепуганного мальчишки, державшего в руках какие-то проводки. Застигнутый врасплох он лишь секунду был в оцепенении, потом с неожиданной силой оттолкнул Женю, выпрыгнул из машины, но цепкая рука Жени успела ухватить его за ворот. Подросток попытался вырваться, укусил ее, но физическая подготовка на рыбных промыслах помогла Жене успешно скрутить преступника.
Поняв, что удрать не удается, мальчишка принялся канючить и шмыгать носом. Женя, захлопнув дверь «Ягуара», поволокла разбойника в свою машину и, усадив рядом, рассмотрела его как следует. Натуральный цыганенок. Она задала ему несколько вопросов, на испанском, на русском, но тот только косился на нее и продолжал ныть, и шмыгать носом. Лет ему было, на вид не больше восьми. Наконец он промямлил несколько фраз на каком-то диалекте, но догадаться о смысле защитной речи Жене удалось. Мальчишка из многодетной семьи, денег на всех не хватает, приходится промышлять. Попытался сегодня угнать машину по заказу. Просит не сдавать его в полицию, иначе в семье вообще все перемрут с голода. Женя хотя и сознавала, что в разыгранном представлении больше лапши, не смогла удержаться, достала из сумочки стодолларовую купюру и сунула мальчугану. Тот соответственно просиял и, наклонившись, неожиданно поцеловал укушенную руку благодетельнице. После чего исчез. Только тогда Женя вспомнила, что уже видела этого разбойника раньше. Конечно, это один из сыновей цыганки, которая продала им дом! Хотя все дети улицы как близнецы. Уточнить подозрение уже не было возможности, и Евгения откинулась на сидении и включила приемник.
Иван, в самом деле, был в опере с какой-то дамой. Она заметила их среди народа, толпой повалившего из театра. Женя с удивлением почувствовала, что ей не очень приятно видеть его в обществе женщины, похоже молодой и похоже поэффектней, чем она сама. Она даже рассердилась на себя. Ей то, какое дело?! Иван, заметив Хонду и саму Женю за рулем, сменил курс и подошел к машине. Представил и спутницу как родственницу, которая осталась стоять в сторонке, но Женя тут же забыла ее имя. Дама дежурно улыбалась, но близко не подходила, потому разглядеть ее толком, Жене не удалось. Однако то, что они не были похожи, она умудрилась определить. Правда, женщины способны менять свою внешность до неузнаваемости, да и далеко не все родственники внешне схожи…
- Как дела у Василия? Нет изменений? – спросил Иван, даже не поинтересовавшись, почему она здесь дежурит.
Женя отрицательно качнула головой.
- Все кончится хорошо, - дежурно пообещал Иван и, кивнув ей на прощанье, направился к своей явно липовой сестричке. Хотя, что это меняет? Разве родственницы не могут любить по той же программе? Да и какое ей дело, еще раз одернула себя Евгения и только тогда вспомнила о подруге. Она выскочила из машины и увидела отделившуюся от толпы Клару.
- Прости, я немного задумалась, - забормотала Женя.
Клара рассмеялась.
- Видела я твою задумчивость! С кем это он?
- Понятия не имею. Я ее толком и не рассмотрела.
- А я столкнулась с ними, когда выходили из театра. Чем-то напоминает твоего Василия. И она…Не сказать чтобы очень уж красива, но…Такая, характерная испаночка. Черноглазая, стройненькая… Да ты напрасно и выскакивала. Твоя машина очень заметна.
- Должно же быть у женщины хоть что-то заметное, хотя бы машина. С какого боку он напоминает тебе Василия? Одна знакомая меня тоже к Василию примеряла. Тень на плетень навела. Физиономисты!
- Да просто он как-то держится, похоже. Так показалось.
– Ну и как тебе опера?
- Восторг. Удовольствие получила под завязку.
Женя, несмотря на то, что слушала подругу не очень внимательно, при этих словах покосилась на нее.
- Что-то ты стала говорить в последнее время на каком-то полу жаргоне…
- Так, с кем поведешься…, - засмеялась Клара.
- Меня, имеешь в виду?
- Кого же еще.
Женя хмыкнула.
- Я тут пыжусь, отфильтровываю слова. Ну, да, дурное прилипает быстрее …
- Ну, отчего же дурное. Мне кажется, твоя речь выразительнее.
- Да ладно!…Разве что местами, А Ося, как?
- Ну, тот на людях, словно книжку читает, а разозлится – тоже загибает не хуже сапожника.
- Вот в этом-то все и дело, - заметила Евгения. – Это сама жизнь корректирует наш лексикон. Я, тоже, когда небо было в алмазах, ворковала, пока не стало доставать.
- Что? – попыталась уточнить Клара.
- А, хрен его знает, что…Все! – махнула рукой Евгения.
- Ладно, не хандри! – прервала ее Клара. – Давай покатаемся немного по городу. Такой интересный город. Поедем на Кафедральную площадь, мне хочется посмотреть собор. Заодно оценим памятник Колумбу…
Женя бросила не нее быстрый взгляд.
- Здесь что, есть такой памятник?
- Да ты что, Женя?! Столько живешь здесь… Памятник такой высокий, метров пятьдесят и фигура Колумба наверху …Это на улице, что по старому руслу реки… или канала.