- Сучонок, а о ее ребенке ты тогда подумал?

- А как же, детишек таких мамаш-одиночек Татьяна Андреевна пристраивала лично, это и в контракте записано. Правда, только на первое время. О дальнейшей же их судьбе молоденькие мамы должны заботиться сами.

- Это каким же образом?

- Ну, я не знаю, например, переводить деньги на их содержание.

- А они у них есть? Эти самые деньги? - неожиданно вызверился Ухов, очевидно не иначе как представив себе парижскую жизнь своей непутевой племянницы.

- Должны быть, - неуверенно проблеял Алик и поспешил уйти от опасной темы. - Ну, так вот, решил я Раису сразу же трайлеровать к Клыковой. А только когда они пришли из магазина, такое желание у меня сразу отпало, зато появилось другое. Я на нее смотрел и глазам своим не верил. Шибко клевой биксой она оказалась. Нет, думаю, Алик, ты не прав. Сначала погуляю-ка я с ней недельку-другую, а там посмотрим. Ну, растянулась та неделька черт знает на сколько. Вот так я и начал с ней жить, а после втянул ее в свой подпольный бизнес. Баба она оказалась не только красивая, а еще и толковая. Скотинку на прилавок стала поставлять получше моего. Какая только тварь на нее руку подняла?!

- Не знаем, но возможно, скоро эта тварь явится и к тебе, - на прощанье обнадежил я брюнета и вышел вслед за Уховым.

- Куда теперь? - поглядев на часы, спросил он. - До начала работы у меня еще сорок пять минут. Что мы можем за это время сделать?

- Ровным счетом ничего. Отправляйся на службу и понюхай, чем там пахнут наши убийства, и узнай домашний адрес Николая Худиша. Это последняя нить, связывающая нас с убийцами. Скорее всего, в картотеке он не числится, но все же попробуй. Про заразу эту, Татьяну Андреевну, тоже справки наведи, может, что интересное выкопаешь. Как только освободишься, позвони, буду ждать. А я тем временем смотаюсь по ее адресу. Посмотрю хотя бы издали, чем она дышит.

- Может быть, дождешься меня, посмотрим вместе? А то опять чего-нибудь учудишь.

- Некогда нам ждать и чудить, а если что, ее адрес ты знаешь.

- Будь осторожней, Иваныч, похоже, баба она действительно опасная, недаром этот козел ее боится. Будь поаккуратней.

- Не каркай! - Резко захлопнув дверцу, я зашагал к остановке.

* * *

Это был не просто особняк. Палаты, которые занимала Татьяна Андреевна Клыкова, больше походили на средневековый замок, выстроенный в постперестроечный период на берегах Рейна. Впрочем, если бы мы не так старательно загаживали берега Волги, то наш ландшафт смотрелся бы не хуже. Однако вопросы экологии в данное время меня занимали меньше всего. Нависший надо мной трехэтажный бетонно-кирпичный монстр угрожающе щурился на зимний лес и реку своими узкими окнами-бойницами. От главной дороги он отстоял особняком и был огражден мощной кирпичной кладкой толщиною в полметра. О высоте говорить не приходилось, преодолеть ее без спецснаряжения было невозможно. Тем более к этому не располагала черно-рыжая стая злющих псов и смертоносная проволока, натянутая поверх стены. Попасть вовнутрь было делом нелегким, почти невозможным. А если добавить сюда охранную роту, наверняка засевшую во дворце, и батарею невидимых видеокамер, то наши шансы равнялись нулю. Плюнув и грязно выругавшись, я собрался уходить. Подъехавший к парадному входу автомобиль меня остановил. Вытащив бинокль, я приблизил картинку.

Словно по моему заказу, тонированное стекло "БМВ" опустилось, и передо мной, как на витрине, открылась рыжая ряха шофера. Выходить он не думал. Просто, кого-то ожидая, сидел на своем месте и перетирал бычьими челюстями жвачку. Минут через пять открывшаяся парадная дверь выпустила корявую бабу, упакованную в шубу из черно-бурой лисицы. Я непроизвольно заржал, настолько комичным и жалким было это зрелище. Оплывшая и рябая, с картофельным носом и вульгарно намазанными губами, она никак не смотрелась в своем сверхдорогом наряде. Казалось, что кухарка баба Дуня в отсутствие барыни тайно прикинула ее гардероб. Выскочивший следом шут, вихляя хвостом камуфляжной куртки, предупредительно рванул заднюю дверцу машины. Еще два лося в такой же униформе кинулись распахивать чугунные ворота, только непонятно - зачем? Открывались ведь они автоматически. Наверное, для большей помпезности. Торжественный отъезд кухарки во дворянстве состоялся. Плюнув еще раз, я поплелся домой, на ходу истекая проклятиями и бессильной злобой. Эта крепость оказалась нам не по зубам. Нужно было предпринимать что-то более остроумное, нежели лобовой штурм этого мерзостного гнезда. Наверное, опять придется воспользоваться услугами Алика, принудить его вызвать эту сволочь в контору и уже там познакомиться с ней поближе. Иного выхода просто нет. Подождем, что скажет на это товарищ Ухов.

Товарищ Ухов, проигнорировав телефонную связь, явился после обеда сам. По его озадаченной физиономии я догадался, что не все у него сложилось ладно. Выпив чашку горячего чая, он выдернул из носа волос и спросил:

- Ну, как там? Что дало твое наблюдение?

- Ничего утешительного, - сразу пришлось огорчить его. - Легче выкрасть английскую королеву, чем эту сволочугу Татьяну Андреевну. У нее охранных быков больше, чем у нашего президента. И укреплена ее свинячья яма лучше правительственного бункера. Оттуда силой нам ее не выцарапать. Нужно выманивать хитростью. Что нового у тебя в ментовке? Что говорят относительно наших трупов?

- Особо ничего, похоже, заранее планируют глухаря. Благодаря твоему анонимному звонку Мокшин связал два убийства воедино и выяснил личность Раисы Кох. Но это пока все. Номера красных "Жигулей", как ты и предполагал, оказались липовыми. Они принадлежат какому-то шлангу, который зимой машиной не пользуется и держит ее на стоянке, где у него эти номера и сняли. Ребята там пытаются что-то откопать, но без особой надежды на успех. А вот в отношении бандерши узнать кое-что удалось. Бабу эту у нас знают. Но по порядку: ей больше полусотни лет.

- Про ее возраст, телосложение и корявую рожу можешь не говорить, я прекрасно видел ее сам и лишний раз вспоминать ее одиозное мурло не имею никакого желания.

- Понятно, тогда к делу. До перестройки она работала санитаркой во второй больнице и, воспитывая малолетнюю дочь, вела скромную советскую жизнь одинокой матери. Бушующий вал перестроечного моря выкинул бедную женщину в черные бездны полной нищеты. Покрутившись в этой пучине, она вскоре прибилась к берегам бизнеса и коммерции. Сперва шелушила на рынке сигаретами, водочкой, а потом занялась и шмотьем. Именно тогда она впервые познакомилась с нашей организацией. Отделалась, правда, легким испугом. В то время толком никто не знал, что можно, а чего нельзя. В общем, отряхнула она перышки и посвятила себя перепродаже автомобилей, и здесь преуспела немало. Судя по всему, так продолжалось не меньше года, и продолжалось бы дальше, но, видимо, она очень сильно полюбила деньги, а от них, как известно, все беды. Обуяла ее такая страсть, что кинула она азиатских клиентов ни мало ни много, а аж на тридцать автомобилей. Опустила она их и, как планировала, собралась в бега, да только просчиталась бабонька. Азиаты те умными оказались, не захотели быть обманутыми и накрыли санитарку прямо на выезде. Что там было, Шурик Мокшин толком не помнит, а только она сама орала и вопила: "Хочу в милицию!" Видимо, они ее так запрессовали, что наши органы показались ей раем. В общем, аферистка и потерпевшие от нее были доставлены в отделение, и на нее завели дело уже серьезно. Однако уже через два дня азиаты пошли в отказ и написали заявление о том, что к гражданке Клыковой никаких претензий не имеют. Более того, заявили, что произошло недоразумение и они неправильно истолковали поведение санитарки. В общем, и на этот раз она вышла из воды сухой, отряхнулась и продолжала заниматься своими прежними делами. Когда автомобильная волна пошла на убыль, она вовремя перестроилась и переквалифицировалась. Теперь ее интересовали квартиры. Надо сказать, спекуляция недвижимостью принесла ей баснословные барыши. Такие, что она смогла построить себе виллу и открыть собственную газету "Вечерок на часок". Причем сама же оказалась в ней главным редактором. Каково, Иваныч, неплохая у нас духовная кормилица?!


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: