Я впервые вижу, как они друг друга касаются – обычно всегда рядом держались, и невольно задерживаю взгляд дольше, чем собирался.

Ты кладёшь руку мне на плечо, я смаргиваю и отворачиваюсь. Вчерашняя ссора оживает в памяти как наяву, опять забыть удалось не больше чем на полчаса. Ты проводишь пальцами мне по щеке, прорисовываешь указательным отметину от лезвия:

- Рицка, перестань.

Конечно, ты понял.

Я вздыхаю. Крайне увлекательный газон: сперва ты его рассматривал, теперь я. Как ещё цветы не вянут.

- Ты же знаешь, я не могу на тебя сердиться, – продолжаешь ты негромко.

- А стоило бы, – я кусаю губы. – За глупость.

- За страх? – поправляешь ты полушёпотом, а я вздрагиваю. – Не могу. Я тебя понимаю.

- Я не коснулся бы связи, – выталкиваю я хрипло. – Ни за что.

Даже если бы выяснилось…

Я зажмуриваюсь, низко опускаю голову, а ты до хруста меня обнимаешь:

- Давай забудем.

Обнимаю тебя тоже и несколько раз торопливо киваю.

*

- Значит, они здесь ошивались с февраля, – Нацуо постукивает пальцами по щеке, я эту привычку все годы за ним помню. – Итого почти четыре месяца.

- Если верить словам Клер, – подтверждаю я. Она мне вчера много наговорила, я до сих пор не всё в голове упорядочил.

- И что, спрашивается, можно было столько времени делать?

- Сначала они меня искали, – я хмыкаю. – Соби ментальные щиты раз в неделю обновляет. Нам обоим.

- Гм, – Нацуо прочёсывает пальцами чёлку, – а ведь верно. Тебя в толпе не найти, пока не столкнёшься. Соби, ты крут! Меня научишь?

Ты взвешиваешь его слова:

- Почему нет. Но с вас поединок.

- Условились ведь уже, – скучно тянет Йоджи. И улыбается: – Стало быть, узрим-таки вас расчётом. Почти семь лет ждали!

- Чур, без снега, – тут же добавляет Нацуо. Я кошусь на него:

- Я найду, чем тебя порадовать.

Он чуть приоткрывает рот и забывает рассмеяться:

- Ого. Звучит обнадеживающе.

- На-цу-о, – повторяет Йоджи в четвёртый, кажется, раз. У него титаническое терпение, я бы не выдержал. – Прекрати трёп, давай к делу.

- К делу так к делу, – Боец Зеро подпирает кулаком подбородок. Мы сидим в летнем кафе, ты и он оградили столик Зеркалом, чтоб не было лишних ушей, а мы с Йоджи по чуть-чуть подпитываем экран. Я обещал тебе сказать, если почувствую, что слишком сильно трачусь.

Никогда не видел, чтоб ты работал с кем-то в тандеме. Перспективы вырисовываются интересные.

- Ладно, предположим, твоя девочка заметила Сэймэя в начале февраля, – подсчитывает Нацуо, игнорируя мой выразительный взгляд. – А потом он объявился в конце апреля. Долгонько же город шерстил! Так… а теперь конец мая. Соби, у тебя есть версии, чем они занимались?

- Нисей учится, – отзываешься ты незамедлительно. – Здесь он стажируется.

Ты не называешь источник информации, но Зеро принимают к сведению.

- Учебные командировки? – вслух задумывается Йоджи. – Языковой гипнокурс, кстати, сразу в схему вписывается. А вы как приятный бонус. Не иначе Акаме на стране настоял.

Да, ты тоже предположил гипноз, так просто французский не учится. Но это совсем не то, что знать речь изнутри: глаголы, падежи, спряжения… Мы на совесть правила затверживали, чтоб не забывались.

- А до Нового года в Японию, родину Жертвы повидать, – подхватываю я рассуждение. – Учитывая, что Нисей в Выжженном Поле, у них нечасто получалось.

Но в Токио они всё же всех наших друзей проверили. И Гору тоже посетили.

- Соби, а ты не жалеешь, что в Морскую Гладь не попал? – Нацуо с повышенным вниманием изучает свои короткие ногти. – Я вот хотел бы.

- Нет.

Я передёргиваюсь и как бы между прочим кладу на стол левую руку, прижимаю к столешнице ладонь. Ты тут же накрываешь её своей и переплетаешь наши пальцы. Нули переглядываются, а потом без понуканий продолжают с нужного места:

- Командировки отчётов требуют. Следовательно, ночевать они скорее всего обратно возвращались. И бывали тут чаще в будни: в выходные ты не учишься, а искать по всему Парижу…

- А сфера поражения? – перебиваю я. В выходные мы порознь не бываем. И вообще, засечь тебя значит засечь и меня. – У Соби она огромная!

- Ну и что, – Нацуо надкусывает круассан. – С щитами без знания, где вас искать, можно было и больше времени потратить. Как там эта переводная пословица звучит?

- Игла в стоге сена, – Йоджи рассматривает тент над нами. Невидимые стены Зеркала отгораживают его вместе со столиком. – А что, логично. Сперва они вас искали, потом нашли и решили собрать сведения. Твоя девчонка как нельзя лучше подходила.

- Она не моя, – я всё-таки не выдерживаю. – Называй ее Клер.

Йоджи щурится, а затем бросает на тебя любопытный взгляд. Я его перехватываю:

- Клер.

- Да как скажешь, – вклинивается Нацуо. – Хоть «эклер», есть такое пирожное. Ты не полюбил сладкое, Рицка?

- Прекрати, – я сейчас разозлюсь. В переписке мне с ним общаться явно легче. – По существу, а?

- Так по существу ясно уже, – Нацуо откидывается на лёгком соломенном стуле. – Всё, что твой братец мог, он выспросил и, видать, понял, что не преуспел. Он же с тобой не знаком, не в курсе, какой ты скрытный! Ну а… Клер надо было или убирать, или память стирать, тут всего два варианта. Рицка?

Я, наверное, пошатнулся на стуле.

С усилием выпрямляюсь, ощущая, какое тёплое у тебя прикосновение:

- Угу. А ты утверждал, что они не станут брать заложников.

Нацуо виновато разводит руками:

- Ну прости, у меня-то с мозгами всё в порядке. Кто мог ожидать, что Возлюбленный настолько сдвинется? Смерть в Системе не убийство, конечно, но только там!

- И там тоже, – перебиваю я сквозь зубы. Пусть только заикнётся про другую логику!

Теперь Зеро молчат вдвоём, глядя на меня так, что поневоле вспоминается начало нашей дружбы.

- Соби, – осведомляется Йоджи, многозначительно покашляв, – а как ты с Рицкой ладишь?

- Отлично, – ты совершенно искренне улыбаешься. – Он моя Жертва.

- Вот это да. Все правила побоку, – бормочет Нацуо.

Я выдыхаю – и смеюсь.

Мы двадцать минут назад обсуждали с тобой правила. И между прочим Нацуо был первым, от кого я услышал, что они существуют, чтоб нарушаться! От него, не от Моник! Тоже мне поборник дисциплины.

- Не побоку, – замечаешь ты сдержанно. – Но без возведения в абсолют.

- Минами-сэнсея хватил бы инфаркт, – Йоджи косится на Нацуо, и они дружно хмыкают. – Люди, вы чудовищны!

- Кто бы говорил, – парирую я. Подколки оживают в памяти, будто мы не расставались. Без Йоджи Нацуо был серьёзнее и собраннее, а вместе они прежние. Во всяком случае, кажется, что изменились не больше нас.

- Но почему Шанз-Элизе? – обрывает смех Нацуо. – Почему там?

- Пространство и фонари, – я тщательно разламываю шпажку от твоего тоста. – Нисей в половине парка освещение и подсветку вырубил.

Освещённых парков в Париже десятки: мы могли и на колесе обозрения сражаться. Но Елисейские поля как площадка удобнее. Как ты говорил, земля, металл и камни. А для Акаме ещё электричество важно, я помню.

Зачем ему столько внешней энергии? Разве что…

От внезапной догадки я чуть не шиплю сквозь сжатые зубы. Если Нисей это делает, чтобы силы прибыло – то Сэймэй так толком делиться и не выучился. Ты тоже знаешь, как из окружающей среды черпать и местность учитываешь, но это тяжелее – в бою для иного концентрация нужна. Поэтому ты к седьмому классу без разговоров у меня брать научился…

- А-а, – Йоджи раз за разом щёлкает пальцами, силясь поймать какую-то мысль, – он атаковал изначальной силой, как в прошлый раз?