Сэймэй, кажется, даже вздрагивает от твоего голоса, произносящего его Имя на английском: видно, последний раз слышал ещё в Горе.

Интонации у тебя светски-ровные. Я секунду думаю и усиливаю связь. Пока не для боя, просто чтоб ты притяжение иероглифов ощущал. Ты улыбаешься в ответ – неуловимо, разве что прищур чуть меняется – а Нисей переводит взгляд с неподвижно стоящей Эби на тебя:

- Твоя работа, Агацума?

- Нет, – протяжно произносит справа Нацуо, – моя, Акаме. Салют, как тут приветствуют.

Он обнимает Йоджи за талию и смотрит прямо перед собой – только на Возлюбленных. На нас не глянул ни разу… Но они с Йоджи здесь, и я им признателен.

- Рицка свистнул – а вы примчались, как собачонки, – Сэймэй сухо сплёвывает. – Самим не противно?

- Они наши друзья, – перебиваю я зло. – Не слышал о таком явлении как дружба?

- Сэймэй, – быстрый полушёпот Нисея почти неразличим, но я его полминуты ждал. Я видел, как он пробует – раз за разом, безрезультатно. – Сэймэй, Система не сворачивается, чувствуешь? Запуск не отменить!

- Рехнулся – отменять? – он небрежно отмахивается. – Грузи к бою, и дело с концом! У тебя умений больше, чем у всей этой мелюзги вместе взятой!

- Повинуюсь, – Нисей щёлкает пальцами, но хмурится. Похоже, беззаботность Жертвы его не радует. – Вызов!

Чёрно-алое пятно загруженного поля, в котором они стоят, как в гроте, стремительно расширяется, расходится вперёд, вверх и вширь.

- Принимаю, – на три голоса отзываетесь ты, Эби и Нацуо. У Эби второй цвет Системы – золото, я при знакомстве не обратил внимания, а сейчас, при боевой загрузке, у неё даже концы волос отливают жёлтым.

Уши от четверного запуска закладывает, как при резком самолетном старте, мир заливает прозрачной тьмой. Я поспешно сглатываю, второй раз, третий, прежде чем удаётся прогнать из слуха тонкий писк.

Нули и Отпускающие договаривают объединяющие формулы, а ты взглядом спрашиваешь меня о самочувствии.

- Нормально, – успокаиваю я и указываю на более важное: – Соби, у них за спиной озеро.

С любовью Нисея к цунами… Ждать можно всего.

- Это мой любимый парк, – напоминаешь ты вместо ответа, не отводя глаз. – Мне нравится бывать с тобой здесь.

В последний раз мы догулялись до того, что простыли. Ты и правда Бют Шомон знаешь как свои пять пальцев. Это наша территория.

Я киваю, показывая, что понял намёк, отворачиваюсь – и замечаю, что поле под ногами у каждой пары сохранило исходный цвет. У нас, как всегда, чернильно-синее, у Зеро исчерна-зеленоватое…

На рукав толстовки садится яркая бабочка. Я выпускаю твою ладонь и отступаю на полшага назад, а Сэймэй с резким выдохом роняет руку на плечо Нисею:

- Сперва по французам. Вышиби их отсюда.

Могли быть мы или Зеро. Мы любой вариант из трёх предусмотрели, Эби в курсе, что нужно делать…

- Степень окончательности? – уточняет Акаме скороговоркой. Возлюбленный впивается пальцами ему в плечо:

- Финальная!

Я не смотрю на тебя. И так ощущаю, что ты невозмутим.

Нисей сощуривается, резко выкидывая прямо перед собой напряжённые запястья:

- Урановые копи под ногами, секунда за пять лет, умри легко!

- Ноль пораженья, – Эби стукает друг об друга сжатыми кулаками. – Жертва не задета. Неотвратимый ветер перемен!

Ведущая рука у нее левая. И судя по тому, как быстро она контратакует – я в Себастьяне ошибся.

- Защита, – Нисей усмехается, небрежно отводя раздувающий волосы шквал в сторону. – Разворот. Гори, сам воздух!

Стена огня с рёвом устремляется к Эби, но она не отшатывается – лишь повторно пристукивает одним кулаком об другой:

- Огонь угас. Свободен только пепел – лететь в глаза, слепить, сбивать расчет!

- Отражай следующее и атакуй коронным, не траться зря, – тихо советует стоящий позади неё Себастьян.

Он страхует каждый вдох своего Бойца. И не кажется ни напуганным, ни разозлённым. Эби отказалась его сменить… и сейчас подбирается и кивает.

Я тоже напрягаюсь. Всё оговорено, но мало ли!

- Защита! – Акаме смеётся, точь-в-точь как Сэймэй. – Ты лезешь не в свою разборку. Уйди, пока цела!

- Благодарю за совет, – Эби выглядит равнодушной, но тон у неё враждебный. – Не трать время.

- Как хочешь, – он проводит одной раскрытой ладонью над другой – и между ними закручивается песчаный смерч. – У меня сегодня творческое настроение. Пустыня после атомного взрыва, нет жизни, радиация и смерть!

Торнадо. Высотой до потолка слившихся Систем. Я слежу за его приближением. Не к нам… Но ты наготове.

И Эби тоже:

- Я отпускаю, – она на ощупь протягивает Себастьяну руку, он сразу ловит её ладонь в свою. – Я не принимаю. Я отвергаю все твои дары. Все заклинанья боя, от начала – стократно будут вам возвращены!

- Мать твою! – Нисей торопливо выставляет сферу, обхватывает Сэймэя за талию – тот не протестует. – Защита! Блок! Защита на три слоя!

- Перестраиваемся, – командую я быстро. – Скорей!

Урановые копи, пепел, ветер, торнадо… Пока Нисей их нейтрализует, у нас есть секунд пять-шесть. Я встаю тебе за спину, по обе стороны от тебя тут же возникают Нацуо и Эби. Справа за мою руку берётся Йоджи, левую забирает Себастьян.

- Рицка, готовы? – спрашиваешь ты, не оборачиваясь.

- Да, – я делаю шаг вперёд, чтоб упираться лбом тебе в плечо. На касании держать канал открытым легче, а ничего простого не предвидится. Я подстраховываюсь. – Действуйте.

- Связь меж Бойцом и Жертвой – уничтожить, – начинает Нацуо, направляя на Возлюбленных ладонь. Замечаю краем глаза его мудру: большой, указательный и средний пальцы сложены вместе, безымянный и мизинец широко раздвинуты. – Сломать, взорвать, разбить и разметать!

Им не успеть отразить. Не тройную атаку.

- Нет воли приказать. Нет сил исполнить, – твой голос я всем телом слышу, так прижимаюсь. Себастьян с Йоджи вроде тоже последовали моему примеру. – Нет пары и нет Имени. Нет слов.

- Восстановленья нет. Утрата знаний, утрата понимания основ, – завершает Эби. Ты проводил по воздуху горизонтальную черту, как линию на кардиографе. Эби стремительно обозначает солнцеворот. – Умения уйдут в воспоминанья, о силе память сделается сном.

У Нулей очень крепкая связь, почти как наша, только канал из-за всяких доводок сбоит. Выбор у них был добровольный, но они Зеро. Себастьяна с Эби связывало лишь Имя – до этой ночи. Теперь наверняка будут перемены.

Мы отдаём всё что есть. Заклинания сильны настолько, что от накатывающей слабости к горлу подступает тошнота. Вслушиваюсь в твои слова и очень стараюсь остаться на ногах. Поднять голову и взглянуть, что происходит с Возлюбленными, невозможно.

Я выстою. Я удержусь.

Систему заливает цветным светом – даже под сомкнутыми веками делается ярко. Ответного выпада не раздаётся, но я напряжённо жду. Нисея натаскивали на победу в любых обстоятельствах. И он заподозрил наши планы ещё до боя, значит, сейчас сконцентрируется и попробует отыграть назад. Он пока действия заклинания не ощущает. Оно его даже не ослабило.

Обратного хода нет, но я бы на его месте точно не сдался…

- Вода, до капли обернись металлом! На части режь, метеоритный дождь!

Именно.

Озеро.

Я стремительно вскидываюсь:

- Соби, защиту! – но ты уже выставляешь сферу:

- Да, Рицка. Я помню их атаки.

- Нас не пробьёшь, – шепчу сзади тебе в ухо, – я в тебя верю.

- Спасибо, – отзываешься ты так же беззвучно – и резко разворачиваешься, в голос восклицая: – Нацуо!

…Он медленно оседает на пол Системы. Раскинутые в стороны руки подрагивают, на губах улыбка: