На третьем уровне ты сильнее, я знаю, я верю, в ниндзюцу его просто не существует. Даже если Сэймэй Нисея натаскивал, он не мог преуспеть в полной мере – у тебя бусидо в крови, а у Акаме прошлого нет.

Драконы схлёстываются в воздухе, молотят хвостами, лапы переплетаются, высекая искривлёнными когтями искры. Твой – ярко-голубой с золотыми глазами и гривой. У Нисея – исчерна-лиловый с белыми линиями. Длинные ресницы удивительно напоминают кого-то, когда он щурится, закрываясь от наших ударов.

Нисей вновь щупает не исчезнувший ошейник, его зверь с беззвучным рыком раз за разом бросается на нашего – и отскакивает от шипастого хвоста с билом на конце. Я поражённо разглядываю его, закусив костяшки пальцев. А мне казалось, что спарринг с Нулями был зрелищным…

Не сбить тебя с дыхания, только не сбить. Силой делюсь, давно открыв канал – не заметил, когда это сделал. Сегодня мне выход в амок не повторить, просто не на чем, но страх вроде отпустил. Хуже ошейника душил в начале боя. Что бы ни считал Сэймэй, а Нисей знает сегодня, за что бьётся, причём по-моему почти в одиночку. И нам его до сих пор ни разу зацепить по-настоящему не удалось… Я впервые сознаю не только умом, что он тебе равен. Был бы равен, с другой Жертвой.

Дракон Нисея щерится разверстой пастью – поднимается на дыбы – и с хрустом смыкает челюсти на не вовремя открывшемся плече нашего зверя. Ты сдавленно вскрикиваешь, хватаясь за левую руку. Я прижимаюсь щекой к твоему плечу:

- Я потом вылечу.

Мне фонит твоей болью, хочется, чтоб легче стало немедленно, но отвлечься нельзя…

- Всё нормально, – отзываешься ты вибрирующим голосом.

- А ты и впрямь безжалостный, Рицка, – заявляет Сэймэй, ждавший, предприму ли я что-нибудь. Он следит за схваткой, будто смотрит фильм. Напряжения в тоне, по крайней мере, столько же. – Не врали, значит, в Горе.

- Должны же там хоть изредка говорить правду, – отзываюсь я, не поворачиваясь. По голубой чешуе в несколько ручейков бежит кровь. Наша общая сила, но твоей там больше…

- Рицка, не траться на меня, – велишь ты напряжённо. – Отодвинься и отойди. Акаме не скрывается, так что…

- Так что продолжай, – перебиваю я. – Я в порядке.

Выступаю вперёд, встаю почти перед тобой. Ты, чуть помедлив, кладёшь ладони мне на плечи – и незаметно опираешься.

- Легче? – спрашиваю беззвучно.

Ты вздыхаешь у меня за спиной:

- Конечно.

Я киваю:

- Сразу бы так.

- Ты лжёшь, Рицка, – Сэймэй подходит поближе к своему Бойцу. – Нисей со мной по собственной воле. Я с ним ничего не делал!

Это для него, не для меня. Ладно, сам напросился.

Я накрываю твои ладони своими и откликаюсь, не отводя взгляда от драконов – оба устали и передыхают, тяжко водя боками. Чёрно-лиловый скалится на голубого с жгучей ненавистью, голубой медленно водит по земле кончиком хвоста, не пытаясь зализывать плечо. Правильно, иначе шею откроем…

- Ага. А болевые запреты часть воспитания, так, что ли? – Нисей не двигается, но прислушивается. Впервые. Даже моргать забывает. – Ну-ну. А чтоб касаться тебя не смел, ты ему почему не объяснил?

У тебя не вздрагивают пальцы. Я их сам сжимаю – и ты придвигаешься окончательно, так что я дыхание на щеке ощущаю.

- Не твоё дело, малыш, – Сэймэй поигрывает поводком, тот скользит вокруг руки, то затягиваясь, то ослабевая. На кожаном ремне проступили потёртости, в паре мест он уже ощутимо надорван. – Не твоё дело.

Отсветы со шкуры их дракона бросают блики на лицо, но глаза не освещают.

В прошлом бою он с Нисеем даже обнимался.

- Так не я же начал! Но раз ты заговорил… Ты делиться хочешь, Сэймэй. Очень хочешь, да? Потому и Соби не подпускал, и с Нисеем дерёшься! А всё равно тянет!

Возлюбленного всего передёргивает от моих слов – а чёрный дракон внезапно срывается с места. Акаме решил меня заткнуть?

Ты встречаешь его атаку раскрытым крылом, так что удар чужой лапы проходит скользом, и стремительно разворачиваешь нашего дракона для нового раунда.

- Я справлюсь, Рицка, – шепчешь почти неслышно. – Продолжай, ты сбиваешь их с толку.

Если б тебе ещё не было так больно. Я чувствую, каких усилий тебе стоит удерживать на весу левую руку. Осторожно снимаю её со своего плеча, отправляю к себе подмышку и плотно прижимаю. Хоть немножко облегчить.

- Спасибо, – отзываешься ты по-прежнему без голоса.

- Да что ты обо мне знаешь! – Сэймэй ожесточённо хмыкает. – Психолог выискался!

Теперь я смеюсь искренне:

- Сэймэй, я психологию ненавижу. Просто меня Бойцу не дарили!

Это тебя мне оставили «в завещание». Вот он.

Сэймэй, кажется, не сразу осмысливает, что я сказал:

- Что?

- Вы эксперимент, – объясняю я, следя, доходит ли до него. – Проверка первого чжана даосизма.

- Постой-постой, – Возлюбленный делает такое движение, словно отгоняет от лица какое-нибудь насекомое. Глаза становятся знакомо-цепкими: – С чего ты взял?

- Что? – возвращаю его же вопрос.

- Обо мне и Нисее! – ему не хватает воздуха. – Откуда информация?

- Ты же сам утверждал, что его дали на время, – напоминаю я как можно безразличней. – Забыл, что ли? Только перепутал: не его тебе, а тебя ему! И Имя у вас фальшивое.

А у нас с тобой обоюдный выбор.

Чёрный дракон немыслимо изворачивается и ещё раз вцепляется голубому зубами в то же место на лапе. У тебя вырывается приглушённый стон, и ты на секунду опускаешь голову мне на плечо. Вжимаешься лбом, переводишь сбитое дыхание:

- Рицка… Прикажи продолжать.

Ты уже как минимум дважды мог Нисея убить, я слежу за схваткой, я видел… У нашего дракона крылья с когтями, «Мизерикордия» – и конец. Что я делаю? Я уверен, что прав?

Не отпущу тебя. Не позволю.

- Продолжай, – я глажу твоё запястье. – Приказываю. Без убийства.

Ты тяжело киваешь и выпрямляешься:

- Повинуюсь.

- Но у Акаме оно проступило! – Сэймэй демонстрирует мне средний палец, игнорируя, что я отвернулся в другую сторону. – Само! Там же, где моё!

Я вновь отгоняю почти предобморочную слабость: не сейчас. Дышу как можно ровнее и поднимаю брови:

- Моё тоже светится, но расположение я выбрал удачнее.

- Выбрал? – он широко улыбается. – Рицка, и ты утверждаешь, что я псих! А сам рассуждаешь о выборе расположения! Ты ещё о выборе Имени заяви!

- Статус не тот.

Я добираю последние крохи силы. Что пойдёт в дело дальше? За здоровье ты меня точно не похвалишь, но какие варианты?

- В смысле? – Сэймэй проводит большим пальцем по отливающему рубиново-алым Имени. Должно быть, с тобой оно было, как у всех в Лунах – голубым. А в Листьях Имена светятся золотом…

- В смысле Имена дают сэнсеи, а не боги, – я гляжу ему в глаза. – А потом формируют пары. Тебя вот Акаме дали, проверить, как сработаетесь. На время, говоришь? – главное не спешить. Не спешить. Ни за что. – Тут ты прав. Только временем ведал не ты, а Нисей!

И никакой карьеры, никакой власти. Никакого обожания. Можно не озвучивать: Сэймэй не дурак, догадывается сам. Мгновение он смотрит на меня – я отвечаю прямым взглядом. Не умею врать, кто-кто, а он-то знает, и сейчас наверняка понимает, что у меня информации больше. Я же не скрываю, а Нисей не опроверг. Но Сэймэю от меня не теория нужна.

Если бросится на меня сейчас, нам не жить. Ты весь в поединке, отвлечёшься – дракон Возлюбленных сомнёт нашего, и конец. Не отвлечёшься – ещё неизвестно, выдержу ли я против Сэймэя в помрачённом рассудке. Так или иначе у тебя концентрация слетит, и…