- С двадцать шестого, – я отворачиваюсь от тебя, а Яёи обескураженно спрашивает:

- А почему не предупредили, что прилетите? Встретились бы пораньше!

Мы однажды предупреждали, вместе. О другом. Разные доводы приводили…

Я прогоняю эту мысль.

- Я ещё в июле рассчитывал пересечься, – продолжает Яёи. Хорошо, что в кафе играет музыка и народу довольно много. Не так слышно, как мы молчим. – А вы в Италию уехали.

- Я писал, что скорее всего так получится, – я пожимаю плечами. – Яёи…

У него такой вид, словно он догадывается, о чём пойдёт речь. Неужели?

- Я тебя поблагодарить хотел, – произношу я, глядя ему прямо в глаза. – Ты нам очень помог.

По незнанию, правда… Но я в самом деле признателен. Если б Нисей его разговор с Юйко тогда не перехватил, мы бы, пожалуй, до сих пор жили в ожидании, что на горизонте в любой момент объявятся Возлюбленные.

Яёи кажется искренне растерянным:

- Помог? В чём?

- Мы с Сэймэем разобрались, – я усмехаюсь, мельком замечая, как ты сжимаешь губы. Ты не любишь, когда у меня такое лицо делается, я знаю. – Чтоб не лез больше.

- Встретились, что ли? И врезали наконец? – Яёи оживляется, наваливается на столешницу, глядя на меня загоревшимися глазами. – Правильно, сколько можно было от него прятаться!

Я умудряюсь не дёрнуться. Ты тоже, только сдавливаешь палочки так, что костяшки пальцев белеют. Я тут же накрываю ладонью твой кулак:

«Спокойно, Соби».

«Как скажешь», – отзываешься ты с заметным усилием.

- Не прячемся уже, – я мерно глажу подушечкой большого пальца твоё запястье. У тебя нервы не железные. Они мне целыми нужны.

- Ну и круто, – Яёи никак не может оторвать взгляд от наших рук. Странно, я вроде ничего особенного не делаю. – Только я-то здесь при чём?

- Если б ты по осени не упомянул в разговоре с Юйко, что мы в Париже, Сэймэй с Нисеем нас ещё несколько лет искали бы, – я отрепетировал интонации. Сами по себе они у меня такими вежливыми не бывают. – А теперь больше не станут. Так что спасибо.

Возлюбленных, как ты точно заметил, больше нет. Есть Акаме Нисей и Аояги Сэймэй.

А ещё они чуть не убили Клер.

У Яёи медленно вытягивается лицо. Улыбка блёкнет, в глазах проступает испуг:

- Ты что, Рицка… Ты намекаешь, что я вас подставил? Когда? Я… я никому не говорил!

- Разумеется, – негромко хмыкаешь ты, щурясь в пространство за его плечом. И просишь, оборачиваясь ко мне: – Рицка, я возьму твои сигареты? Кажется, мои кончились.

- Не вопрос, – я выдёргиваю из заднего кармана джинсов початую пачку. – Зажигалку не забыл?

- Нет. Спасибо.

Вид у Яёи сейчас глупый и совершенно пришибленный:

- Вы серьёзно? Поэтому и встречаться летом не стали? Рицка, а где твой брат теперь? Хоть расскажите!

Я в упор смотрю на него:

- Он не брат мне, если ты забыл. Где-то в Токио. Мне всё равно где!

Лишь бы от тебя подальше.

- А как вы его… их… убедили отстать?

Я хмурюсь. Что-то мне не нравится в его вопросах, не могу уловить, что.

- Ты вообще помнишь, о чём мы с Соби просили, пока я в школе учился?

У меня есть ощущение, что я знаю ответ. И он слишком странный, чтоб не проверить.

- Ага, – Яёи подзывает официанта, заказывает фруктовое «Асахи» и ассорти из тёплых роллов. Я радуюсь, что ему хватает ума сделать паузу, пока рядом стоит посторонний. Впрочем…

Я кошусь на тебя сбоку. Лицо у тебя ничего не выражает, взгляд безразличный. Интересно, хоть кто-нибудь запомнит, что мы входили в это кафе?

Яёи дёргает себя за висящий на кожаном шнурке осколок вулканического стекла. Обсидиан почти не отшлифован, разве что грани сглажены, чтоб невзначай не порезаться.

- Только, честно говоря, я надеялся, что вы… ну… преувеличиваете немножко. Чтоб жить было интереснее.

Я так и предчувствовал, но всё равно смеюсь: на слух его слова кажутся не то дичью, не то оскорблением. Больше ничем.

- А какой я после боёв в школу являлся, ты забыл? – Можно не уточнять, но я не могу остановиться. Прояснять, так уж до конца.

Ты перехватываешь мою левую ладонь, соединяешь со своей.

- Да нет, - Яёи обескураженно переводит плечами. – Помню. И Соби помню, как выглядел – он иногда чуть с ног не валился, когда за тобой приезжал… Рицка, я вам верил, честно!

Но при этом всё равно не воспринимал всерьёз? Не совмещается. Разве что…

У меня внезапно рождается новое подозрение – такое, что хочется схватиться рукой за горло.

- А беседу, в которой ты обсуждал с Юйко-тян Париж, ты помнишь? – спрашиваешь ты. Голос безразличный, зато ты наклоняешь голову, словно прислушиваясь. Я отрывисто киваю:

«Точно».

«Проверим», – ты откладываешь палочки, так аккуратно, словно они стеклянные.

Похоже, горячее мы будем есть не здесь: я тоже больше ни куска не проглочу.

- Н-нет, – Яёи трёт ребром ладони лоб. – Соби, ты это… не злись, но я и правда не помню. Не такое я трепло! Вы ж велели молчать, я и молчал как рыба!

Я вдруг почти вижу перед собой Клер, её опустошённый взгляд. «Рицка, кто вы?!» Я чуть не брякнул ей тогда вслух на автомате, что Нелюбимые. Потом только дошло, что она не о нас с тобой, а про паранормов в целом. Я так и не ответил…

- Нисей, – вырывается у меня.

- Акаме, – одновременно соглашаешься ты.

- В каком смысле? – Яёи приносят пиво, но он не отхлёбывая отставляет высокий запотевший стакан подальше. – Вы о чём? При чём тут этот?

Мы переглядываемся. Ты не задаёшь вопросов – просто ждёшь моих указаний.

Сейчас.

У него останется в памяти вся встреча до последней пары минут. Это не стирание памяти, а переключение внимания, ты так всегда делал, когда мама начинала на меня сердиться… И она потом считала, что мы отлично провели вместе время.

Юйко мы объяснили бы, она не из боязливых и способна разобраться. А Яёи испугается. Я не забыл его реакцию, он всегда опасался, что его в наши… приключения втянет. Но оставался другом.

А я его в худшем заподозрил.

- Действуй, – обращаюсь к тебе. – Как с мамой.

- Я понимаю, – ты концентрируешься и проводишь перед лицом Яёи развёрнутой ладонью.

Я прикрываю глаза.

- Он не помнит, что проговорился о Париже, – подтверждаешь ты спустя десяток бесконечных секунд. Просканировал? – В самом деле не помнит. И забудет о том, что мы его обвинили, – отчитываешься после ещё одной паузы. – Всё хорошо, Рицка. Вы… гм… Мы друзья. – Я судорожно вздыхаю, ощущая, как твои пальцы гладят меня по виску: – Открой глаза.

Я видел твой гипноз. Я тебе доверяю, я и себя одному тебе доверил в транс вводить… Дело не в тебе, не в твоих умениях. Мне просто горько.

Я поднимаю ресницы.

Яёи сидит, замерев на середине жеста – будто в фильме, когда нажат стоп-кадр. Он собирался что-то сказать, взгляд виноватый и растерянный. Я всматриваюсь в его лицо, чувствуя то ли жалость, то ли облегчение.

Дружить как прежде мы уже в любом случае не будем. Но он, по крайней мере, не предатель.

Они могли полезть к Юйко. А выбрали его. Видно, сочли, что с ним проще окажется… и не ошиблись. Нисей вообще ошибался мало. Если б не Сэймэй, он бы, наверное, высоко шагнул.

Когда он Яёи подловил?

Последний вопрос я, не заметив, задаю вслух – осознаю это, когда ты отвечаешь.