- Рицка! – вслушивающаяся в объявления Юйко гордо поднимает палец. – Следующая наша!

- Ага, – отзываюсь я, так и не решив, с какой стороны выходить к университету. – Посмотрим, как ты историческую географию знаешь.

- Хм? – Юйко озадаченно хмурится. – А что?

- Ты сообразила, на какой станции мы выходим? – уточняю я менторским тоном.

- На… Кр’юни р’я Сорбонн, – по складам вчитывается Юйко в мелкие буквы. – О-о! Это Сорбонна, да? – Она обводит нас сияющими глазами. – Ты мне после вчерашнего разговора решил её показать?

- Ну… и поэтому тоже. – Чем не причина.

- Я понимаю, – Юйко вынимает из смешного рюкзака берет, встряхивает перед тем, как надеть. – Для меня тоже важно представлять, где ты учишься. Увидеть бы ещё, где вы живёте…

Я уже открываю рот втолковать, почему не можем пригласить, но она торопливо мотает головой:

- Нет-нет, что ты! К вам в любом случае не пойдём, я же не дурочка!

- Уж точно нет! – мы с ней переглядываемся, и я смеюсь. Она всегда такая была, а я забыл, или теперь стала?

- Приехали, – напоминаешь ты негромко. Пропускаешь на выходе, отстаёшь и как бы между делом окидываешь взглядом перрон.

«Что?!»

Ты даже вздрагиваешь и торопливо качаешь головой:

«Чисто».

«Т-так пугать…» – я выдыхаю, хорошо, что Юйко не слышит: она увлечённо пытается выговорить «La Sorbonne» с французским прононсом.

- Правильно? – интересуется она после третьей попытки.

- Не совсем, – признаюсь я рассеянно. С чего я взял, что готов? От испуга даже пальцы похолодели.

- А скажи, как нужно?

- Я не смогу. – Точно не сейчас. Помолчать бы минут десять. – Лучше Соби попроси, у него, конечно, не совсем местный выговор, но…

- Точнее, совсем не местный, – вставляешь ты самокритично, но исполняешь просьбу. – Примерно так.

- Красивый язык, – Юйко наконец отпускает меня и опирается на перила эскалатора. – Мне Милен Фармер очень нравится. Я ничегошеньки не понимаю, но поёт она так мелодично! Рицка, а ты кого из французских певцов и групп слушаешь?

У меня в плеере мешанина из английских, французских и немецких песен. Я тексты выбираю, а не исполнителей. А Гару, которого ты иногда мне включаешь как будто случайно, я ей назвать не готов. Ещё заинтересуется.

- «Quand Je Manque De Toi», – беззвучно произносишь ты за её спиной. И хитро улыбаешься. Ну спасибо.

- Никого, – я сердито смотрю на твои губы.

- А почему? – Юйко растерянно хмурится, но я торопливо мотаю головой:

- Потому, – и обхожу её, поднимаясь на пару ступенек вверх.

Мысли Юйко читать не умеет, зато её наблюдательность я помню. Не отобьёшься потом.

- Мы рады, что ты приехала, Юйко-тян, – очень вовремя спасаешь меня ты.

- Ага, я тоже, – Юйко тут же забывает о французской эстраде, прекращает смотреть мне в спину и детективным шёпотом спрашивает: – Только вам хуже от нашей встречи не станет?

Наверное, она хочет, чтоб я не услышал – но тебя я же слышу. А значит, разбираю и реплики любого твоего собеседника.

Хороший вопрос. Знать бы на него ответ. Но не Юйко же по телефону проговорилась! Если проблемы и будут, то не по её вине.

- Нет, – у тебя абсолютно стальная интонация. По-моему, Юйко должна от неё онеметь.

Не тут-то было:

- Я думаю, Рицке повезло, что у него есть ты, Соби! – её возглас даже эхом от стен отдаётся.

- Это мне повезло, – возражаешь ты очень серьёзно.

А вот теперь Юйко почему-то вздыхает и умолкает. Странная у девчонок логика всё-таки.

Я разворачиваюсь на эскалаторе, спускаюсь вниз и решительно засовываю руку тебе в карман. Твоя ладонь немедленно оказывается там же:

- Что-то ищешь? – спрашиваешь так, будто я в свою сумку залез.

- Перчатки, – я забираюсь поглубже.

- Они в другом кармане, – ты гладишь мои пальцы.

- Уже понял!

Руку я не вынимаю до самого выхода из метро.

- Мы направимся сразу к Сорбонне или сперва покажем Юйко район? – осведомляешься ты на улице.

- Только, пожалуйста, без риска для вас! – Юйко хрустко застегивает крупную пластиковую молнию на пуховике и поглубже натягивает берет.

- Без, – отвечаю ей и киваю на твоё предложение. – Это всё равно историческая достопримечательность.

Бульвар выметен дочиста, асфальт даже местами сухой, а газоны белые. В воздухе кружатся редкие снежинки – по сравнению с ночным снегопадом их почти нет. И солнце выглядывает постоянно – облака рваные, светлые и несутся быстро. До весны ещё календарный месяц, а ощущение, что уже март.

Наверное, стоит провести Юйко по Бульмиш. Мы с тобой обычно срезаем дворами, но сейчас я чувствую себя гидом.

Когда она вытягивает из кармана белый кожаный портсигар, я давлюсь всеми приготовленными словами:

- Юйко, с каких пор ты куришь?!

- С недавних, – она безуспешно пытается встать так, чтобы ветер не мог добраться до зажигалки. Ты молча подносишь свою – с раскалённой решёткой вместо пламени, я тебе к Новому году купил. – Спасибо!

Я набрасываю на голову капюшон куртки, отвожу назад меховую опушку. Кого-кого, но Юйко с сигаретой вообразить не мог. Мне… не нравится!

- Это Латинский квартал, – сообщаю, пройдя шагов пять. Ты тоже закурил и идёшь слева от меня, как всегда – со стороны силовой руки. А Юйко справа пританцовывает то ли от хорошего настроения, то ли от ветра.

- А почему латинский? – перебивает она, извлекая из рюкзака зеркалку, судя по виду – полупроф. Надо же. – Тут живут латиноамериканцы?

Ты смотришь на неё с интересом, а я с недоумением:

- Нет… Почему?

- Ну, у нас есть Китайский район, есть Итальянский, – перечисляет она географию Токио. – А корень «лат» означает Латинскую Америку… Ой, не только…

- Эх ты, биолог! – Мне и в голову бы не пришло так спутать.

- Название «Латинский» происходит от слова «латынь», – объясняешь ты, выдохнув дым. – Это не географический район, Юйко-тян, скорее определение, исторически закрепившееся за несколькими кварталами. Здесь живут учёные, преподаватели, студенты. Латынь – главный научный язык, отсюда и прозвище.

- Поня-атно, – она поправляет капюшон, чтоб защищал шею от порывистого ветра. – Вы столько знаете!

- Мы здесь живём, – откликаешься ты просто. А я добавляю:

- Мне полчаса до аудитории.

- Завидую, – Юйко выкидывает в урну окурок, достаёт из карманов чёрные вязаные перчатки. – А у меня больше часа дороги каждое утро. В транспорте досыпаю.

- В метро? – спрашиваешь ты сочувственно. Она мотает головой:

- Если бы! В автобусе. Вечная давка.

- Представляю.

Да, у тебя тоже был не короткий маршрут – я ездил к Уэно тебя встречать, когда у тебя вечерние занятия были, и путь от дома до университета помню. Пока доберёшься, можно книжку прочитать. А чтоб меня из школы встретить, ты вообще полдня пропускал. Уходил с пар после обеденной перемены…

- Я ещё ничего, – Юйко пристукивает одним унтом о другой, выбивая из рифлёной подошвы застрявший камушек. – Вот Яёи с его рекламным колледжем по два с лишним часа в каждую сторону мотается ежедневно! По-моему, он дома только ночует.

- Из нашего района куда угодно далеко, – я рассматриваю витрину небольшой булочной. Здесь до сих пор не сняли новогодние украшения. О Яёи я сегодня вспоминать не стану. – Я всегда говорил, что это уже деревня!

- Ничего подобного! – Юйко почти взаправду оскорбляется. – Даже не пригород!

- Ага, – нарочно усугубляю я, – жёлуди можно собирать! В центре и деревьев-то нет!

- Неправда! Есть!

- Ну да, аллейки с насаженными кустиками!

- Ладно, – сдаётся Юйко. – Сам же знаешь, спорщик из меня никакой!

Теперь я смеюсь искренне:

- Это у тебя со мной не получается! Вспомни, как одноклассников доставала!