— Да-да, заходите.

— Тави Беккенбергская, — в который уже раз представилась я. — По особому вопросу.

— Ко мне все по особому вопросу, — нервно сказал бургомистр. — Каждый! Понимаете? Я каждого отсюда не могу спровадить добрых полчаса, а то и больше. Хотя свои проблемы они могли бы решить в совершенно другом месте. Для этого не обязательно! Обращаться! Ко мне! Идо Вейсхаупу!

С этими словами бургомистр топнул необутой ногой по мягкому ковру. Получилось неслышно и совсем неубедительно.

— Но ведь существует городской совет…

— Вот! Где! У меня ваш совет! — выкрикнул он, приложив ребро ладони к шее. — Все такие вроде как занятые, сидят да прибыли подсчитывают. Пока не высидишь им все другие мысли, на город сдать и не подумают со своих гильдейских взносов! А что до работы… я один. Один, понимаете?

— Понимаем, — успокаивающе проговорила я и мило улыбнулась. Надеюсь, иллюзия скопировала улыбку с нужной харизмой. — Но мы к вам по действительно важному вопросу. Пропал человек. Все городские службы мы уже оббегали, побывали в больнице, даже у коронера. И след простыл. Все, что мы знаем — она въехала в ваш город одиннадцатого числа прошлого месяца.

— А ко мне вы зачем пришли? Я сыском людей не занимаюсь.

— Поверьте, меня тоже не интересовала работа сыщика до тех пор, пока не пропала родственница верного и достойного человека, — отметила я, проводя рукой по полированной крышке стола. — К вам не обращалась некая Узана Ягос?

— По какому вопросу? — тут же ощетинился Идо.

— Не знаю. И не могу знать. Для этого, скорее всего, понадобится проверить книги записи посетителей с одиннадцатого Зеленых Иггов. Сего года, — как могла, мягко и ненастойчиво, сказала я. Вместо очередной бурной тирады бургомистр вдруг улыбнулся:

— Да? Тогда это не ко мне.

— А к кому тогда? Весь Роксомм уже оббегали.

— В этот раз недалеко, не волнуйтесь. К моей помощнице, Эрсель, — он показал рукой на выход, пусть даже и не совсем учтиво, — у нее хранятся все книги прошедших месяцев. Так мы всегда можем посмотреть, кто и зачем обращался в Совет.

— А где остальной Совет? — с подозрением спросил Джад, обозревая небольшой, в общем-то, кабинет главы.

Бургомистр произнес, постепенно наращивая тембр, как хороший певец или актер бродячего театра:

— Молодой человек… все эти занятые люди, дельцы, торговые партнеры, владельцы кузниц, постоялых дворов… закоренелые лентяи! Я! Один! Понимаете? Нет никакого хваленого Совета. Совет — это я, господа!

Для полного счастья ему оставалось только вскарабкаться на стол, однако я схватила под локти спутников и, кратко поклонившись, утащила их отсюда. Впечатление, будто мы только что побывали именно в бродячем театре. Причем не в зрительских рядах, а почему-то на сцене.

Я потрогала за локоть женщину, которая склонилась над столом так, что Джад даже присвистнул. Эрсель взметнулась, словно подстреленное животное, затем схватилась за сердце, тяжело дыша и круглыми глазами смотря на нас. Интересно, в префектуре все такие, или только эти двое?

— Вы меня ужасно напугали! — заявила она, поправляя платье.

— Простите, — развела руками я, — но нам срочно нужно посмотреть на книги записи посетителей. У нас человек пропал. Идо сказал, что по вопросам просмотра книг следует обратиться к вам.

— М-м-м… да, это можно. Секрета не делаем. А допуск у вас есть? — с подозрением спросила Эрсель. Вместо ответа я вытащила из плоского кошеля на поясе бумагу, которую молча сунула ей. На бумаге красовалась подпись капитана Мерчизон.

— Такого хватит?

— Оу. Я сейчас. — И след простыл.

И только юбки взметнулись. Все тонкие, едва ли не прозрачные, но одна поверх другой. И все разных оттенков. А еще куча различных заколок, кружев, бахромы в самых неожиданных местах. М-да, чем больше смотрю, тем больше смиряюсь со своей дремучестью относительно моды.

— А ничего барышня, — явно ухмыляясь, вот спиной вижу, шепнул Джад сзади. Рыжий, судя по тишине, повисшей в воздухе, не ответил.

— Я все слышала! — гневной фурией ворвалась в небольшой холл Эрсель, неся с собой стопку фолиантов, обернутых дешевой кожей. С размаху опустила их на стол.

— Но чересчур энергичная, — прокомментировал старпом. Мне показалось, что сейчас ему прилетит либо книжками, либо самим столом, однако девушка удержала свой характер в узде и снова замолчала. Показала пальцем на книги, затем на крохотный столик в дальнем углу. Схватив тома под мышку, я поспешно удалилась. Джад порывался что-то сказать, но я позволила ему открыть рот только тогда, когда окружила нас звуконепроницаемым щитом.

— Хотел только спросить, почему так много книг.

— Какая разница… лучше сами разберемся, чем звать кого-то на помощь в этом бедламе. Я не знаю, чего я хочу больше — восхититься ее вкусом в одежде или выколоть ей глаз, — проворчала я, открывая книгу с пометкой МЗИ 5337.

По правде говоря, вспомнила родную Академию. Только там можно листать страницы часами, пытаясь постичь смысл причудливой вязи, которую по ошибке назвали рукописью. Так и здесь. К каждому посещению заботливо приписаны не только причины, но и последствия, например: «Направили к лекарю с соответствующими рекомендациями». Или: «Приняли меры по скорейшему сносу лачуги, загораживающей почтенному Вес Лебласу солнечный свет». Интересно, что насчет нас напишут?

«Выдали книги, в последней из которых позже сделали данную запись». Наверняка. Вот пари заключать готова.

— Ничего, — вздохнул Граф и отложил том. Я кивнула:

— У меня тоже ничего. Не ходила она сюда.

Ксам выругался, старпом похлопал его по плечу:

— Не сквернословь, брат. Пошли в гости к магу, возможно, он что-то видел или слышал. Если маг в городе один, обычно он пользуется уважением и обладает немалой сетью знакомств.

— Возможно, он даже сам приложил руку к спасению Узаны, — обнадеживающе сказала я. Мы отдали фолианты обратно, найдя их настолько же бесполезными, насколько тяжелыми, с опаской попрощались и покинули здание, населенное чересчур подвижными и крикливыми людьми. С другой стороны, было бы ничуть не легче, если бы все они двигались, как сонные мухи.

В общем, загребли мы Ажоя на пару со слугой и отправились к серой башне.

Почти сизая, на первый взгляд она сложена из неровных камней, набранных как попало. Это уже потом становится понятно, что верноподданный империи укрепил свое жилище, как мог, и то, что мы видим — результат его непрестанных усилий по увеличению своей мощи. Вход открыт, внутри — нечто, похожее на подвесной подъемник. Но движется не за счет веревок и барабанов, а с помощью четырех тускло мерцающих камней розовато-белого цвета, расставленных по углам огражденной платформы.

Наверху нас встретила закрытая, однако, не запертая дверь. Я постучала, к нам степенно вышел пожилой мужчина в три обхвата, неожиданно тонким голосом заявил:

— Уважаемые, сейчас у меня занятие! Если не сочтете за дерзость, подождите либо внизу, либо в самом классе. При условии, что не будете мне мешать!

— Мы не будем, — нашелся Ксам, проскальзывая в дверь раньше хозяина башни.

И это — маг?

Спору нет, от него явно тянет тем неуловимым дуновением силы, сокрытой в разуме каждой Искры. А вот выглядеть сей мастер предпочитает вполне обыденно — простой кафтан непонятно-серого цвета, подпоясанный тонким ремешком поверх необъятного брюха, зеленые лосины и обувь, больше похожая на стянутый в узел кожаный мешок. Что ж, по одежке встречают. Я не раз видела существ, неадекватно выглядящих и в то же время проявляющих исключительное мастерство в своем деле.

Шагнув внутрь, я нашла там целый зал, посреди которого стояли четыре стола. За каждым ютилось несколько ребятишек возраста от восьми до двенадцати лет, зачарованно взирающих на наставника. И «зачарованно» здесь — не фигура речи, потому что кудесник творил с тиглями и ретортами самые настоящие чудеса.

— Все поняли? Еще раз — добавляем экстракт муриса, он содержит синие частицы, название которых вам пока знать не обязательно, в количестве исключительно пятидесяти ас, то есть, десятой части унции. Если дома нет аптечных весов, не пытайтесь отмерить на глаз, все равно ничего не получится! После муриса — порошок белого олова, две унции, и все это залить половиной стакана обычного цветочного меда. Внимательно проследите, чтоб остатки меда стекли внутрь колбы, иначе реакция не произойдет.