А сделать я хочу вот что. Если даже в мардских законах находится не одна лазейка, то в человеческих очень легко найти большую дырищу, через которую тащи хоть баллисту, хоть целую армию. Поскольку она разобрана на части, то и отправится не в одном ящике, а в целых трех. И значиться на каждом будет — запасные части к защитному устройству.

Никому нет дела, что устройство на самом деле исключительно призрачное, и существовать будет только тогда, когда его соберут на месте. И что оно вовсе не защитное, а очень даже атакующее. Однако запасные части не проверяют, поскольку ими никого нельзя убить.

И четвертым ящиком отправится груз стрел, на всякий случай для него укажу другого получателя. Мне не составит труда зайти за угол и выйти оттуда в ином образе, таком же фальшивом, как и предыдущий.

Но сначала нужно сделать очень важную вещь.

«Джад, толстая ты морда».

«Кто… Тави! Черт, мы уже думали сами за тобой ехать».

«Ага, с фанфарами и гиканьем через всю империю мчится пиратская команда. Вызволять любимого капитана от злых мардов, так и поверила».

«Ты слишком долго там задержалась», упрекнул старпом.

«Как вышло, Джад. Хотя у мардов довольно тепло, все расскажу по приезду. Вы там не замерзли?».

«Не-а. Перебрались в Жумейжик, корабль приковали на оба якоря, а там его лед схватил прибрежный. Корпус, конечно, жаль, но за одну зиму с ним ничего серьезного не случится. А так, после ремонта как новенький».

«Лед?», недоуменно спросила я. Он объяснил:

«Ну да, берега Зиммерстанда на зиму крепко промерзают».

«Странное море».

«Какое есть. Когда ты до нас доберешься?».

«Думаю, на второй декаде прибуду, еще в Телмьюн надо попасть по дороге, забрать у Ажоя артефакт и дождаться, пока он обнюхает мой со всех сторон».

«Тави», проговорил он мысленно, и сделал такую паузу, что мне показалось — оборвалась Нить. «Скажи мне, что у тебя что-то есть».

«Да. Вы ждали не зря. У мардов я обрела особую мудрость — мы можем оставить морское дело и зажить спокойной жизнью в своих землях. Собирать налоги с крестьян и мещан, завести виноградники, выращивать ца-си…»

«Что?», недоуменно переспросил он.

«Поверил? Ха! Я везу с собой баллисту и рунические копья, что способны пробивать несколько слоев металла на огромном расстоянии. Мы пустим этих ублюдков на дно».

«Опять шутишь», укоризненно сказал старпом.

«Прости, воспользовалась случаем. Невозможно было удержаться. Погоняй там ребят по мачтам, небось, забыли уже, с какого конца за гардель браться».

«Сделаю, капитан. Будем ждать в полной готовности, только еду в последний момент погрузим, чтоб не простаивала».

«Тогда — до встречи».

То ли я была в чересчур приподнятом и слишком игривом для воина-сарруса настроении, то ли служащие компании чересчур убоялись именно моей иллюзии, но посылки отправились в два счета. Еще и расписку о стоимости мне выдали, сверив с актом оплаты, выданным мардами.

Если не ошибаюсь, такой груз Торговая Гильдия обычно отправляет снаряженным конвоем и только по основным дорогам, дабы не рисковать, выплачивая клиенту довольно крупные суммы. Правда, какими бы эти суммы ни были, для меня все равно важнее сохранность поклажи. Лучше не думать о том, что приеду на место — а там пусто.

Отправила, конечно же, в Жумейжик, да еще и на свое имя. Брег Зордан, саррус, получатель. Он же и отправитель.

Самую драгоценную часть снаряжения повезу с собой. В Ластрале я неплохо научилась править тирренами, добродушными и пушистыми собаками-увальнями размером с лошадь, а здесь, в городе, нашла хорошую псарню. Выбор очевиден — тиррены умеют не только мчаться по заснеженным путям с большой скоростью, но и охранять имущество путника.

Южный тракт, вероятно, очищен от снега, так что с выбором повозки пришлось поломать голову. Наконец, приобрела шаткую и легкую конструкцию, способную ехать как на полозьях, так и, после небольшой возни с осями, на среднего размера деревянных колесах, покрытых резиной. Был соблазн взять одноколку, но вовремя вспомнила, что тирренам жесткая упряжь не полагается, а посему передвигаться я подобным образом никак не смогу.

Копья, отощавший дорожный мешок, немного еды, инструменты и другие припасы надежно затянуты поверх двумя слоями парусины. Больше тысячи миль по землям империи в одиночку, через Рименкройц и Телмьюн. Задача интересная и, благодаря крайне высокой награде за мою голову, все еще опасная. Однако мысленно я уже на берегу океана Оси, рядом со своей командой и кораблем.

В Телмьюне под покровом ночи еще раз наведалась к родителям, понимая, что потом еще нескоро их увижу. Даже роман в домашнюю библиотеку вернула, такой порядочности ранее за мной не водилось. Наверняка заразилась от подгорного народца.

С Ажоем пришлось повозиться дольше. Несмотря на все предостережения, он разобрал Глаз Овеам на мельчайшие части, правда, ни единой при этом не сломав, затем в течение двух мучительных и бессонных суток провел подробную опись каждого фрагмента. Кроме того, темный жрец записал с моих слов все особенности его работы, которые я только могла припомнить.

Если раньше я была не слишком уверена, что, исследовав Глаз, он сможет его воспроизвести заново, то сейчас последние сомнения исчезли. Этот человек умел чувствовать каждую особенность составных частей, предугадывать роль некоторых из них, а с остальными знал если не функцию, то хотя бы материал или происхождение. После обратной сборки Ажой сам почтительно закрепил артефакт на зеленом мече из йрвайского стекла.

Я щелчком проверила исправность Глаза Овеам, и оружие послушно переместилось в руку. Вот что оно такое — поклоняться Лежизалю? Поглощенному, но все еще живому и знающему…

Мне бережно передали не один, а целых два Танцора. Продолговатый предмет с ребрами из той самой бретценской стали, немного желтоватой и холодной на ощупь, увенчан вдоль «спины» многогранным кристаллом, в который словно впились тончайшие волоски металла. Я медленно потянула меч из ножен, затем поднесла награду к нему.

Ребра тут же превратились в паучьи лапки, которые неторопливо вонзились в мардский прямой клинок — Призрачный Танцор как будто сжался немного, прилипнув к лезвию, а потом и вовсе слился с ним.

Словно вплавили. На пробу несколько раз взмахнула мечом, однако разницы в балансе так и не почувствовала.

— Работает, — кивнул Ажой, на несколько секунд отодвинув сложный окуляр. — Ваш силуэт словно расплывается при каждом движении, делая попытки предугадать следующую атаку весьма затруднительными. Если будете сражаться с большей скоростью, эффект станет куда заметнее.

— Следует потренироваться, — усмехнулась я, скептически оглядывая тот не слишком выступающий барельеф, что остался от артефакта. — Да и все же, как ни крути, это та же иллюзия.

— Да, но на ее поддержание не нужно тратить часть внимания, — возразил темный жрец.

— А второй?

— Хотите — продайте, хотите — подарите одному из самых верных людей, — пожал плечами он. — Мне как-то без разницы. Призма, что вы украли у Короля, оказалась слишком большой, поэтому пришлось разрядить ее силу двумя экземплярами. Что у вас с руками, Тави?

— Э-э… последствия чересчур усердного обучения. Которое, вероятно, больше никогда не пригодится.

— Бесспорно, разумное занятие, — с легким ехидством заметил Ажой Бо Скаррав.

Этим же вечером, оставшись в теплых отношениях с одним практикующим, однако, в целом, добрым некромантом и тщательно избегая малейших контактов со стражей, я покинула столицу.

За день пути до Жумейжика я повторно связалась с Джадом, выяснив, где именно они остановились. Старпом привычно поворчал, но серьезной обиды я в его мысленном голосе не нашла. Было б чего обижаться. Наконец-то они проснутся от зимней спячки, и снова в море.

Означенный трактир я, побродив по кривым улочкам, нашла на самых задворках. Тем не менее, на двери красовалась красноречивая деревянная табличка с небрежной надписью «Закрыто». Одно из двух — или не ждут никого, или…