— А-а-а…, ну, если не догонит, вечерком заходите, у нас тут очень даже симпатичные девочки, бывает, отдыхают. Вы пока салатиком закусите, я сразу соляночку подам, а мясо минут через двадцать будет, нормально? Вон и друг твой возвращается, не догнал видать, — помахивая опустевшим подносом, гарсон Коля отошел от столика.

— Я добежал, видел её — как за угол зашла, метров пять до нее оставалось, и…, нету, пропала. Погоди, погоди…, а ты ее, откуда знаешь? — подозрительно воззрился на друга Алекс.

— Я не знаю, и про что ты спрашиваешь, не знаю. Просто, смотрю, девушка очень красивая на нас смотрит, ну, и, обалдел маленько, — сбиваясь, промямлил Сергей.

— Врешь! Ты их тоже видел, да? Когда? У тебя было время, пока я с крыши спускался у Софи, или наоборот, когда туда лез. Времени достаточно было. Что они тебе говорили? Они…, - тут Алекс почувствовал сильную нарастающую боль в голове, как будто весь его череп превратился в огромный ноющий острой болью зуб. «Молчать. Говорить нельзя», — он нарушил их приказ. С трудом найдя в себе силы, на фоне, уже становившейся истинной пыткой состоянием, он с усилием выдавил: — Что я несу? Мне показалось, что это моя соседка по подъезду. Обознался. Тут, немудрено, если крыша поедет, с нашими-то приключениями, — боль сразу отступила и прошла. Алекс устало брякнулся на стул: «Значит и Сергей их видел, и, тогда…, остальные наверно тоже. Но теперь они знают, что мы с Сергеем знаем, и друг про друга тоже, почему же…?» — вслух произнести свои размышления он страшился.

Сергей испуганно молчал, глядя на товарища:

— Знаешь, что мне напоминают события последних дней? Мы как будто…, - он тут же осекся.

— Тебе больно? — осторожно спросил Алекс.

— Нет, Эл, просто чего зря болтать, давай пообедаем без рассуждений. Вон, Коля, суп нам таранит. Посмотрим, что мы имеем с твоих купеческих замашек, — болевой удар у него всё же был, но он предпочел не говорить. А ещё пришло четкое понимание, что больше предупреждений не будет — как будто кто в мозг четкий месседж послал.

Обед был хорош: густая солянка превосходила все аналоги их мира; помидоры с огурцами были явно с грядки, а не из парника; отбивная сочная говядина в меру прожарена и порция о-го-го — Николай снова шепнул, что повар чуток лишнего отрезал и мясо на антрекот пустил парное, а не размороженное какое-нибудь. Мороженое на десерт было просто что-то — такого дома они точно не пробовали! В счете, поданном в конце, красовалась сумма 17р. 75к. Алекс с улыбкой и благодарностью подал Николаю две красных червонца с лысым дядькой. Судя по ответной улыбке гарсона, сдачи ожидать, не стоило. Мало того, официант Коля, получив деньги, топтался на месте как конь, улыбаясь всё шире и дружелюбней. Выругавшись про себя, Алекс добавил к уже уплаченному еще пятерку — теперь по мимике Коли стало понятно, что это наконец-то всё.

— Заходите еще. На этой неделе я в дневную смену, на следующей в вечернюю. Местечко для вас всегда найдем, и приготовим из свежего, — гарсон улыбался им как ближайшим, давно потерянным, но неожиданно объявившимся родственникам.

— Мы немножко посидим тут, переварим? — задал Алекс вопрос официанту. — Можно еще пару бутылок минералки?

— Конечно ребята, сидите, только мы через полчаса закроемся, к банкету готовиться, извините. Сейчас водички принесу, за счет фирмы, — подмигнув насытившимся друзьям, Коля своей непередаваемой лошадиной походкой сквозанул в служебные помещения.

— Да, Эл, на красивую жизнь нам ненадолго хватит. Еще не одну такую сумочку найти придётся в ближайшее время, — экономный Сергей, несмотря на сдерживаемую приятную отрыжку, переживал по поводу потраченных денег.

— Зато поели от души. Я такого мяса, да так приготовленного, и не помню, когда ел. Такая здесь жизнь, дружище, всем правит блат и чаевые. Прямо, как у нас! — Алекс после вкусного обеда впал в благодушное состояние. Заморачиваться же, по поводу финансовых дел — вообще было не в его правилах. Есть деньги — хорошо, нет — ну что же, как-нибудь перекантуемся. Многие, за это его качество, держали Алекса, за безалаберного молодого человека, но сам он считал, что пребывать в спокойствии и гармонии с самим собой много важнее. При этом часто мог погундеть, такой вот парадокс.

Коля принес минералку. Разлили, выпили, снова долили стаканы, принялись любоваться на припаркованные, на площади машины.

— Эл, ты заметил, машины на две трети наши, на треть реплики фирменных, с китайскими значками, тойот, рено, не говоря уж о «мерсах» — просто нет. А нет, вру, вон как раз «мерс» стоит — это даже страшно представить, какая крутота местная на нём ездит, — Сергей, потягивая из стакана, с мальчишеским любопытством любовался машинопарком аборигенов.

— Я вот что думаю, Серега, дело к вечеру, давай погуляем немного после ресторана расстрясемся, да поехали-ка мы домой.

— В смысле, домой, ты о чем Эл?

— Ключи у нас от квартиры есть, где мы, типа, ремонт делаем, до завтра эта тетка всяко не появится. Ночевать нам где-то надо, и, потом, в этот мир нас вышвырнуло там, может там же что-то опять подобное произойдет — назад всосет.

— А если настоящие владельцы сумки появились и нас уже ищут? Угодим прямым путем в участок.

— Думаю, стоит рискнуть, Серега. Эта их толстенная «Экономическая газета» в основном состоит из рекламных объявлений, ну, ты видел, вроде нашей старой бумажной «Из рук в руки». Квартиры и комнаты здесь сдают и немало, но везде, почти, уточняется — паспорт обязательно. В нашем мире так же — не видя паспорта, кто сдаст? В отели, тем более, нам соваться нечего. И загуливаться, на девушек любоваться, особо не стоит — читал же газеты?

— Да, читал, помню: «В целях обеспечения правопорядка и соблюдения социалистической законности, всем гражданам, рекомендуется после 10 часов вечера, иметь при себе документы удостоверяющие личность,» — как-то так. Что-то у них не ладно…

— Хорошо, что мы пушки наши, в междумирье том оставили. Без документов под проверку попадем, еще, куда ни шло, авось отболтаемся, а вот если со стволами…

— Мы не, как ты выразился, в «междумирье» оставили. Мы их с собой приволокли. Я их, пока ты в отключке лежал, под диван, вместе с кобурами, запихал подальше к стенке.

— Тогда, Серый, вернуться придется обязательно.

После прогулки, по такому знакомому, и, одновременно, совершенно иному проспекту, съев по несколько мороженых, и выпив по несколько банок прохладительных напитков, а также зайдя в универсам и прикупив немного еды, той, что можно было приобрести без талонов, ура! — чай и кофе были в свободной продаже, друзья вернулись к знакомому дому. Их обоих пробирал нешуточный мандраж (а вдруг поджидают), но литры лимонада, колы, а в случае с Алексом еще и пара пива в каком-то павильончике (ну не смог он удержаться, чтоб не попробовать!), отодвинули испуг на второй план — зайдя в квартиру, они наперегонки бросились к спасительному туалету. Победила молодость и легкоатлетическая подготовка. Пока Сергей жизнерадостно журчал за дверью тесного клозета, Алекс нетерпеливо переминался в коридоре. Завершив неотложные дела, друзья прошлись по комнатам. Не похоже, что здесь кто-то был после их ухода — они немного успокоились.

— До завтра, мы в относительной безопасности здесь. Колян нас до отвала накормил, купленным вполне обойдемся: хлеб, сыр, печенье, чай с кофе — хорошо! Спокойный ленивый вечер без происшествий, о лучшем нам и мечтать грешно, — «Главное не ляпнуть что-нибудь не то в разговоре Сергеем, а теперь еще и за ним следить придется. В следующий раз эти «боги» вполне могут голову разорвать за непослушание,» — последних фраз Алекс, разумеется, вслух не произносил.