К а р л (потрясенный). Ну и девчонка! Ну и нахалка!..
Ж а н н а (ему, тихо). Не говори так, Шарло… ты же видишь, она — Жанна.
Л ж е - Ж а н н а. Спасибо, мадам. Я не забуду вас.
Ж а н н а (Карлу). Что с ней будет?..
К а р л (с искренним сожалением). Ее, вернее всего, повесят. Или сожгут — как самозванку, вводящую в соблазн моих добрых французов.
Ж а н н а (с мольбой). Отпустите ее, сир!..
К а р л. Мне это не под силу, Жанна.
Ж а н н а. Отпусти ее, Шарло!
К а р л (пожал плечами). Тогда вместо нее придется казнить другую. Ты ведь знаешь сама — со святым трибуналом шутки плохи. Сожгут опять другую, Жанна… (Девушке.) Иди.
Л ж е - Ж а н н а (ему). Но ты все-таки вели вернуть мне мой меч и мое знамя. (Жанне.) До свидания, Жанна. Ты была добра ко мне, я этого не забуду. (Ушла.)
К а р л. Не опоздайте к мессе, господа. (Пошел к двери.)
Ж а н н а (вдруг решившись; сильно и твердо). Ты отпустишь ее, Шарло!
К а р л (круто повернулся к ней). Никогда, мадам!
Ж а н н а. Ты отпустишь ее — или я не пойду к мессе!
Д’ А р м у а з (испуганно — ей). Сударыня!..
Ж а н. Жаннетта!..
Ж а н н а (Карлу). Ты ведь знаешь меня, Шарло, ты ведь помнишь — я не отступаюсь от своего.
К а р л (резко). Вы забываетесь, мадам!
Ж а н н а (властно). Ты ее отпустишь!
К а р л (дрогнув). Кого — ее?! Эту грязную деревенскую девчонку? Самозванку, сеющую в народе сомнения и смуту? Этого перевертыша?!
Ж а н н а. Жанну д’Арк, сир. Деву Франции. Или я не пойду к мессе, и тогда…
П ь е р (в ярости). Ты что надумала, бешеная?!
Ж а н н а (Карлу). …и тогда мне придется самой…
К а р л (растерялся). Но ты ведь согласилась, Жанна, ты же мне обещала!..
Ж а н н а. Да. Но отпусти ее.
К а р л (не решаясь). Но я тебе, уже говорил — придется сжечь другую… Как тогда, Жанна! — другую!
Ж а н н а (не сразу). Ну что ж…
К а р л. Ты хочешь сказать, что ты…
Ж а н н а (глядя ему в глаза). Если надо будет, сир.
К а р л (в порыве искренности). Даже если на этот раз я буду бессилен?..
Ж а н н а (оглянулась на куклу; не сразу). Ты ведь слышал — у Франции всегда пребудет ее Дева.
Снова зазвонили зовуще колокола.
Спешите, сир, мы опоздаем к мессе.
К а р л (решился). Хорошо. Будь по-твоему… Ты не изменилась, Жанна, — железа в тебе больше, чем воска. (Усмехнулся.) И я всегда думаю о Франции, мадам.
Ж а н н а (с печалью прощания). Спасибо, Шарло… спасибо, мой милый дофин…
Карл резко повернулся, ушел за дверь.
Братья дю Ли бросились было за ним.
Т е л о х р а н и т е л ь (преградил им дорогу). Ваши шпаги, господа. (Отдал им шпаги; д’Армуазу.) Ваша шпага, сударь.
Д’ А р м у а з (пристегивая шпагу, с самодовольной надменностью). Благодарю вас, милейший.
Т е л о х р а н и т е л ь (подошел к Жанне, протянул ей меч). Ваш меч, сударыня… Я помню его. На нем высечено пять крестов… говорили, что это меч самого Мартелла… (С волнением.) Я брал с тобой Турель, Жанна. Я сражался с тобой под Божанси и Патэ, я был рядом с тобой под Компьеном!..
Ж а н н а (подошла и поцеловала его). Я узнала тебя, Бертран. Я тебя узнала.
Т е л о х р а н и т е л ь (пятясь к двери; сквозь слезы счастья). Вперед, за Францию! Вперед, за Деву! Вперед, кто любит тебя!.. (Вышел.)
Ж а н (кричит от радости). Я при дворе! Я допущен ко двору, Жаннетта!..
П ь е р (топая ногами от счастья). Вокулерский капитан! Вокулер — мой, братцы!..
Ж а н. За королем! Да здравствует король!..
Братья выбежали наружу.
Д’ А р м у а з (потирая радостно руки). Барон д’Армуаз и де Тиммон будет охотиться рядом с королем! Уж я покажу им, на что способен!.. Ну и денек, Жаннетта!..
Ж а н н а (отсутствующе). Выйдите, Робер, я должна переодеться к мессе.
Д’ А р м у а з (сияя от счастья, целует ее). Госпожа баронесса! Моя баронессочка! Моя Жаннетточка!..
Ж а н н а. Я хочу переодеться, Робер, подите наверх. Мари!..
Из-за полога вышла к о р м и л и ц а.
Мари, найдите в большом сундуке мое черное бархатное платье… Мы идем к мессе. Возьмите свечи, в темноте вам не найти его.
Мари взяла один из подсвечников с горящими свечами, ушла в сени.
Д’ А р м у а з. К мессе так к мессе! — хоть, на мой вкус, оно бы сейчас куда уместнее выпить за нашу баронскую корону! (Взял второй шандал, пошел к лестнице.) Я тоже надену что-нибудь поскромнее… теперь я могу себе это позволить. (Ушел наверх.)
Лунный свет из окна падает на восковую Жанну, освещая ее с головы до ног светло и ясно.
Пламя камина пляшущими красными языками освещает Жанну. Над Орлеаном плывет скорбный звон колоколов заупокойной мессы.
Жанна медленно снимает с себя корсаж, платье, нижние юбки, одну за другой, и остается в белой рубахе, с голыми плечами, шеей, лицом, руками и грудью, в красном и желтом пламени огня.
Ж а н н а (кукле — просто и без жалобы). Я ухожу, Жанна. Ты им нужнее. И все-таки ты — это всего лишь я. Я! Я! — хоть ты-то не забудь!.. И сердце мое тогда не сгорело, его бросили в воды Сены, это правда!..
1972