Действие второе

Квартира Ларисы.

Начало зимы, вечер, темень за окном.

Л а р и с а, при свете настольной лампы, проверяет ученические тетради. Другая лампа освещает стол  П е т р а — он копается в деталях транзистора.

Пауза.

Л а р и с а (не отрываясь от работы). Кончай, одиннадцатый час.

П е т р (не оборачиваясь). Детское время.

Л а р и с а. Вот дадут нам двухкомнатную, тогда ты в своей хоть до утра глаза порти.

П е т р. Как же, дадут, держи карман шире!

Л а р и с а. Я своего добьюсь, не беспокойтесь!

П е т р (машинально). Это уж точно…

Л а р и с а. В школу молодых специалистов распределили, одиноких, а однокомнатные квартиры — дефицит. Вот я и отдаю нашу, а мне, на троих, — двухкомнатную. Трое нас теперь, пропишу отца, как раз санитарная норма и получится.

П е т р (поднял на нее глаза). Пропишешь, а — дальше?

Л а р и с а (отбросила тетрадку). Я его пять лет ждала!..

П е т р. Так он же тебе — муж…

Л а р и с а (в сердцах). Что такое муж в наше время?! — умная женщина, самостоятельная, уж не говоря — с образованием, сама распрекрасно проживет! И родит, и воспитает, и дом обставит — все сама! Вот тебе и весь муж!

П е т р. Зачем же ты его ждала?!

Л а р и с а. Вернулся — с утра уходит, к ночи заявляется. С работы придет — слова от него не дождешься. Как чужой. Будто на вокзале поезда дожидается! Господи!.. (Встала, подошла к сыну, обняла его.) Может, лучше бы ему и не возвращаться. Жили мы вдвоем, и училище я закончила, и преподаю в школе, и ты уже в седьмом, совсем взрослый, и ни в чем у нас недостатка, и квартира отдельная… разве нам было плохо вдвоем? Ты скажи — разве тебе со мной плохо было?!

П е т р (освобождаясь от ее объятий). Ему было плохо…

Л а р и с а (горько). И вот вернулся, дождались — а кому от этого стало лучше?..

Вошел с улицы  С н е г и р е в, разделся в передней, прошел в комнату.

С н е г и р е в. Метет…

Л а р и с а. Поздоровался бы с отцом, Петя.

П е т р (пожал плечами). Привет.

С н е г и р е в. Ужинали уже?

Л а р и с а. Одиннадцать часов! — давно спать пора.

С н е г и р е в (покорно). Я сейчас принесу раскладушку.

П е т р (ему). Ты-то чай не пил еще. Я поставлю. (Встал из-за стола.)

Л а р и с а (ему). Ты всегда — плиту погасишь, а баллон забываешь. (Ушла на кухню.)

Пауза.

С н е г и р е в (чтоб прервать молчание — о транзисторе сына). Не собрал еще?

П е т р. Деталей не хватает.

С н е г и р е в. Купил бы.

П е т р. А — деньги?

С н е г и р е в (смутился). Верно… подожди малость. (Пауза.) Промерз я что-то… (Греет руки у радиатора.) Гололед, прямо стекло под колесами, автобус тяжелый, львовский, под конец смены так намотаешься — баранку в руках не удержишь… (Помолчал; затем — о транзисторе.) Это хорошо, что ты этим делом увлекаешься…

П е т р (великодушно). А шофер чем хуже?

С н е г и р е в. Городской-то маршрут?! — по кругу да по кругу… хоть с закрытыми глазами езди. (Усмехнулся.) Я и так пять лет по кругу ходил… а жизнь-то — за кругом как раз, по ту сторону…

П е т р (смутился). Я понимаю…

С н е г и р е в (устало). А понимаешь — так и говорить не о чем…

П е т р (не сразу). Опять уедешь?..

С н е г и р е в (поднял на него глаза, отвел их). Без пощады ты у меня…

П е т р. Я — спрашиваю.

С н е г и р е в (неожиданно). Раньше-то, до всего до этого… сто рельсов перед тобой, выбирай любую колею!

П е т р (не понимая, о чем он). Ну?..

С н е г и р е в. А потом вдруг… и сам не заметил — а уже по одноколейке катишь, и не куда сам хочешь, а куда она тебя ведет… И как ты на ней очутился — и не вспомнить уже…

П е т р (с интересом). Ты — о себе?..

С н е г и р е в. В техникум собирался, в строительный, — не попал, хотел на другой год опять — а тут как раз новый клуб у нас открыли, танцы каждый вечер, я и то, что раньше помнил, за этот год перезабыл… (Удивился сам себе.) С чего это я тебе?..

П е т р. Я про тебя вообще мало что знаю.

С н е г и р е в. Ну, а после армии… молодой я еще был, ветер в голове — куда вечером-то денешься? — те же танцы, телевизоров и тех у нас тогда в городе еще не было… Ну, и женился… Я с матерью-то как раз на танцах и познакомился… А ведь я тогда мог — кем хочешь, после армии! В тот же техникум опять, демобилизованным — льготы, или в летное училище мысль была — мне врач в части говорил: «По твоему пульсу, Снегирев, хоть кремлевские куранты сверяй!..»

П е т р. Ну, а мать? — она-то что?!

С н е г и р е в (без упрека). Так она тоже молодая была, самолюбивая… этим я, может, ее и взял, что — первый плясун, первый заводила, что входил в клуб — все дорогу давали… я-то думал — уважают, а они просто сторонились, просто опасались… Ей перед подругами было лестно — первый парень, ничего не боюсь, всех сильнее, всех ловчее… а что из этого дальше — мы об этом не думали… Один копеечный гонор… А тут еще — водка… Водка дешевая у нас, Петька, вот в чем беда! — и ходить далеко не надо, сбегал за угол… а дни — длинные… (Спохватился.) Что это я — ни к селу ни к городу?!

П е т р (с сочувствием). Значит — надо тебе…

С н е г и р е в. Надо… Ну, и дружки попались — пьянь подворотная… и голова потом не своя… (С горечью.) Надо, если к слову пришлось!.. Все по новой начинать надо, с самого начала, никуда не денешься! Не по кругу же! Мне б только — из круга вон!.. (Помолчал.) Ведь был же такой когда-то на свете — Снегирь… Колька Снегирь — все мог, выбирай — не хочу!.. Не Колька Снегирев со сроком пять лет, не тот, что с Федькой и Генкой за угол бегал… а тот, другой, раньше… Мне б только его отыскать, с ним — море по колено, ничего не страшно, ничего не поздно с ним… (Перевел дух; с горечью.) И мать вот — ждала, а понять… (Неожиданно.) Ты мать никогда не бросай, Петух, понял? — никогда. Она правильная женщина. У нее-то, видишь сам, хватило сил все переиначить, устоять на ногах. Она тебя вырастила, выкормила… ты мать не бросай.

П е т р. Значит — уедешь?..

С н е г и р е в (с глубоким чувством). И если мать замуж захочет — не мешай. Полное ее право. И чем скорей, тем лучше. Ты ей — ни слова, понял?!

П е т р. А ты?!

С н е г и р е в (обнял его крепко). Сын за отца не ответчик, сын за отца — заступник… Заступишься за меня, в случае чего?..

П е т р (засмущался, освободился от его объятий). Что нам стоит дом построить!..

С н е г и р е в. Ты только не торопи меня… все у нас с тобой еще будет, все! — мое слово крепкое…

С кухни вошла  Л а р и с а, с чаем и едой для мужа.

Л а р и с а (Снегиреву). Каша гречневая с творогом. (Сыну.) Может, и нам, Петушок, по второму разу?.. (Накрывает на стол.) Зимой, да в метель, — чай, да теплый дом, да чтобы вся семья за столом — конец света! (Сыну.) Хватит тебе. Садись, каша горячая!

П е т р (сел за стол). Завтра городская по геометрии.

Л а р и с а. Подготовился?

П е т р. Спишу, в случае чего.

Л а р и с а (ударила ладонью по столу). Петр!.. Положить тебе каши?

П е т р. Нет.

Л а р и с а. Надо сказать — спасибо, не хочу.

П е т р (машинально). Спасибо, не хочу. (Отцу.) Ты прямо завтра уедешь?

Л а р и с а (встрепенулась). Что значит — завтра?!

С н е г и р е в (уклончиво). Не завтра.

Л а р и с а (властно). Петр, поди на кухню. Возьми раскладушку, время, иди!

П е т р. Я чай пью.

Л а р и с а. Иди, сказано!

С н е г и р е в (ему). Иди. Мы сами.

П е т р (встал). А еще говорила — вся семья за столом… (Ушел.)

Л а р и с а (сразу). Ты думаешь — я удивляюсь? Не ожидала? — пожалуйста, никто не держит!

С н е г и р е в (вынув из кармана паспорт, положил на стол). На. Пропишешь.

Л а р и с а. Петька сказал?

С н е г и р е в. Пропишешь, получишь квартиру, — мне не к спеху.

Л а р и с а (с жалостью). Коля… зачем тебе? — все известно, все было, все прошло…

С н е г и р е в. Петька — тот понимает…

Л а р и с а. Ребенок!..

С н е г и р е в (мягко). Ждала — спасибо, а приехал…

Л а р и с а. А ты-то чего ищешь-рыщешь?!

С н е г и р е в (без упрека). То-то и оно, что если б было между нами что-то, так и объяснять не надо было бы, без слов ясно… А не понимаешь — нету, стало быть…

Л а р и с а (мягко). Где ты жить-то будешь, Коля? Как?!

С н е г и р е в (спокойно). Где — неважно… а как… я ведь ради этого — как?! — и бьюсь рыбой об лед… (Помолчал.) Не хмель страшен. Похмелье. Бери паспорт. У тебя Петр есть, мужик уже. Не одну оставляю. Ты не мешай ему. Из него человек уже вылупляется, не мешай.

Л а р и с а (с печальной гордостью). А кто его воспитал?!

С н е г и р е в (с нежностью). Ты ему воли давай побольше. Человека — воля делает. В неволе и мартышка за человека сойдет… а человека — не корми, не пои, а дай волю. По себе знаю.

Л а р и с а. Вроде бы — прощаемся?..

С н е г и р е в (взял ее руку в свою). Я тебе благодарен, Лариса… и что ждала, и что пустила в дом, и что отпускаешь… спасибо.

Л а р и с а. Заедешь — Петькина комната будущая всегда за тобой… (Высвободила руку, встала.) Когда надумаешь ехать — скажи, соберу.

Издали, приближаясь сквозь метель, — шум поезда.

(Услышала его.) Московский! — первый час уже, а у меня завтра нулевой урок!..

С н е г и р е в (усмехнулся). С нуля начинать приходится…

Шум поезда ближе.

Тот же, дальнего следования — только идущий в обратном направлении — поезд, тот же плацкартный вагон: коридорчик, титан, купе проводника.

А н г е л и н а (в купе, взяла с верхней полки несколько комплектов белья, пересчитала их). Раз, два, три, четыре, пять, шесть… (Ушла с ними в вагон.)

Стук колес.

Из тамбура, с тем же большим чемоданом в руке, вошел в коридорчик  С н е г и р е в. Заглянул в пустое купе, поставил чемодан на пол у окна, рядом с титаном. Через некоторое время из вагона вернулась  А н г е л и н а.

А н г е л и н а (дверью уперлась в спину Снегирева, раздраженно). Что это вы встали поперек?! Билет есть? — так в вагон пройдите. Вы где сели?

С н е г и р е в (обернулся к ней). А нет билета — высадишь?

А н г е л и н а (узнала его). Откуда вы взялись-то?!

С н е г и р е в (весело). На станций за пивом вышел — ты у вагона…

А н г е л и н а (мягко). Туда-сюда, туда-сюда?..

С н е г и р е в (широко улыбаясь). Рыба ищет, где глубже…

А н г е л и н а. Входите. Напарница в мягкий пошла отсыпаться, в мягком пусто…

Снегирев вошел в купе.

(Села рядом.) Как сын-то?

С н е г и р е в (неохотно). Сын в порядке.

А н г е л и н а (пожала плечами). Чего в дороге не случается… общий плацкартный… Гора с горой, не то что…

С н е г и р е в. Чаем напоишь?

А н г е л и н а. Титан холодный, только растопила. (Подняла на него глаза.) А почему вы… почему вы именно ко мне? (Поправилась.) В смысле, из своего вагона — сюда?