Глава 17. Подумай об этом

— Сели, — сказал Нивен. — Сели оба. Будете говорить.

Рэй полоснул по нему тяжелым взглядом, медленно опустился на колено, так же медленно сел. Йен плавно сполз спиной по стволу ближайшего дерева. Нивен огляделся, будто ждал, что сейчас из-за кустов еще кто-нибудь выпрыгнет. Или куст сам выпрыгнет. Или…

“Риирдал… — вспомнил Йен. — Если выберется сейчас, если отвлечет эльфа… Я второй раз у Рэя меч не отберу. С другой стороны — меч пока у меня. И это еще Рэю нужно будет его отобрать”.

Сжал покрепче рукоять.

— Я знаю, как справляться со Зверем, — сказал Йен, и Рэй наконец, так же медленно, перевел на него убийственный взгляд. Нивен тоже покосился, коротко и бессмысленно, но хорошо, что Рэй этого не видел. Потому что неизвестно, что прочитал бы в безразличном взгляде Рэй, но Йен вполне четко увидел: “Неужели? Нет, это я знаю, как с ним справляться, это я придумал его напоить”.

— Ты и есть Зверь, — мрачно напомнил Рэй.

— Значит, с собой, — пожал плечами Йен. — Я знаю, как справляться с собой. Чтобы не превращаться в монстра. И не начинай, что я и есть монстр. Я, конечно, не слишком рад тебя видеть, но вот с ушастым, — кивнул на Нивена, — уже сколько дней общаюсь, и ничего, не съел. Я вообще никого не съел, это он всех убивать пытается. Хотя убийца из него… ну, как из меня монстр.

— Не ври мне, — предупредил Рэй.

“Ага, можно подумать, ты разбираешь, когда я вру, а когда нет”, — мысленно фыркнул Йен, но честно запротестовал:

— Да я не вру! Вон хоть ушастого спроси!

Рэй взгляда не отвел. Спросил:

— Чего ты хочешь?

— Чтоб меня оставили в покое, — пожал плечами Йен. — Эти все легенды… Это чушь, Рэй! Я не ненавижу людей, не собираюсь уничтожать мир и захватывать престолы, и… что я еще там должен делать? Ну ты же знаешь меня! Ты же знаешь!

Он не заметил, как перешел на крик. Остановился и с удивлением прислушался к себе. Где-то глубоко внутри ему было больно. До этого — нет, а сейчас, когда смотрел Рэю в глаза, когда Рэй смотрел в ответ вот так — мрачно и недоверчиво — сейчас было больно. Обидно. И ведь смотрел Рэй так не впервые, черт, да он всегда так смотрел, но именно сейчас этот взгляд стал важным.

Может, потому что именно сейчас Йен говорил правду.

Зверь шевельнулся изнутри.

Йен вдруг, совершенно не вовремя, понял: Зверь выходит всегда, когда ему больно. Когда по-настоящему больно. Не руку поцарапал, не об ветку лбом ударился — когда изнутри будто что-то кровоточит. Это же просто: ему не надо делать больно — и вопрос решен!

“Нет, только не сейчас, — устало попросил он себя. — Не сейчас, я же его почти убедил… Ну же, Рэй, давай! Убери этот чертов взгляд! Я твой брат!”

— Я не убил тебя, — схватился он за последний аргумент.

— Я знаю, — ответил Рэй, продолжая сверлить взглядом. — Но не знаю, почему.

И вдруг спросил:

— Где Риирдал?

— Там! — Йен честно ткнул пальцем в сторону дороги.

— Мертв? — спросил Рэй.

— Нет! — Йен снова рявкнул и сам услышал, как сквозь голос прорвался рык. Услышали ли они?

Выдохнул, отвел взгляд и очень тихо — чтобы ничего лишнего не прорвалось — добавил:

— Я от него убежал.

А потом вскочил, оставив к чертям меч валяться на земле, сделал стремительных два шага, оказываясь рядом с Рэем, присел напротив — тот не шелохнулся — и уставился в глаза. Заговорил быстро, тихо, чтоб успеть сказать до того, как окончательно перейдет на рык.

— Я просто убегаю от вас, понимаешь? Я никого не пытаюсь убить! Мне это не нужно. Мне не нужно никого свергать и уничтожать. К черту Даар, всех вас, к черту всех вокруг. Я никогда не претендовал ни на престол, ни на место за столом совещаний, ни на королевские палаты, ни на что! Я хотел жить. Это всё. Я до сих пор хочу. Я прошу слишком много, Рэй? За это вы пытаетесь меня убить? И кто тут звери?

Рэй еще мгновение смотрел в глаза, а потом — отвел взгляд.

Йен тихо выдохнул: монстр внутри, вроде как, унялся.

Вот и всё.

Всё, что ему было нужно: чтобы Рэй отвел взгляд.

— Я не могу оставить всё как есть, — тихо сказал Рэй. — Если я поверю тебе… А потом что-нибудь случится…

Он снова поднял глаза, но смотрел теперь совсем иначе. Смотрел так, что было ясно: если бы Зверь сидел в нем, именно сейчас он бы рванулся.

— Уже случилось, Шаайенн, — сказал он. — Оборотни напали на Даар. Многие погибли.

Да, вот и всё.

Рэй назвал его по имени.

— А тебя, небось, в подвале заперли, — хмыкнул Йен, ухмыльнувшись.

— Хватит… — еще тише попросил Рэй и закрыл глаза. Сжал ладонями виски, потер.

— Не думаю, что это поможет… — осторожно заметил Йен. — Если голова не работает, то три ее или не три…

— Хватит! — рявкнул на этот раз Рэй, толкнул его так, что Йен упал, вскочил, ткнул пальцем в сторону Нивена. — И тебе хватит! Хватит наставлять на меня оружие, либо стреляй, либо нет! Я тебя не боюсь, чем бы ты ни был! А ты, — теперь ткнул в Йена, который поднялся, старательно отряхивался и удивленно вскинулся, будто не ожидал, что его отвлекут от столь важного дела, — а ты отправишься со мной в Даар.

— Правда что ли? — оскалился Йен.

— Все, что сказал мне, скажешь остальным, и…

— Это ничего не изменит, — покачал головой Йен. — Сам же прекрасно знаешь.

— Но я не знаю, как поступить иначе, — Рэй пожал плечами. — Потому будете стрелять — стреляйте. Нет — ты уходишь со мной.

— А что ты сделаешь, — вкрадчиво заговорил Йен, — если я, предположим, и стрелять не буду, и с тобой не пойду?

— Шаайенн!

— Вот так, — Йен сделал шаг прочь, еще один, — и вот так, — подхватил меч, кивнул Нивену, бросил, — пойдем отсюда… И вот так, Рэй! Что ты сейчас сделаешь?

И крикнул уже через плечо, шагая прочь по тропинке

— Что ты сделаешь?

Нивен опустил лук и двинулся следом.

— Он пойдет за нами, — тихо сказал за спиной.

— Ага, — весело согласился Йен.

— Но не убьет.

— Ага.

— Помнишь, где оставил меч?

— Н-ну…

Йен огляделся. Ирхан сверкнул, протянул к нему лучи сквозь листву — и что-то блеснуло в кустах у дороги несколькими шагами правее. Опять пальцем ткнул: меч — там, не забудь.

— Ага! — радостно ответил Йен. Зашагал туда прямо по кустам, подхватил Весло и развернулся к Нивену. — Вот, нашел!

За спиной Нивена показался Рэй. Шел, слегка пошатываясь, совсем не так, как ходил обычно.  Может, потому что устал настолько сильно, а может, потому что впервые в жизни не был уверен в том, куда и зачем идет.

Нивен тоже оглянулся на Рэя.

Смерил того пристальным взглядом без выражения и неизвестно кому сказал:

— Ладно. Уже можно.

А потом упал.

— Да чтоб тебя! — процедил Йен и одним прыжком перемахнул кусты, мечи снова бросил, присел над Нивеном. Рэй все так же медленно и будто бы неуверенно опустился рядом на колено. Тихо спросил:

— Что с ним?

А Йен снова не вовремя подумал, что никогда в жизни Рэй не говорил так тихо. Орать что ли разучился за время пути? Или понял, что орать можно у себя во дворце на слуг, а с людьми надо разговаривать?

“С другой стороны… А людей ты тут где видишь?” — спросил сам у себя.

Рэй тем временем стащил перчатку, положил ладонь эльфу на грудь, определил:

— Он не дышит.

— С ним такое бывает… — неуверенно пробормотал Йен. — Он уже не дышал, и ничего… Ничего… Потом опять начал…

Рэй цыкнул и приложил пальцы к шее эльфа, прислушался, коротко кивнул себе. Сказал:

— Ему нужна помощь.

— Да неужели?! — прошипел Йен и оглянулся. — И где ее тут взять? У кустов спросим?

Рэй, наверное, и не понял про кусты. В этом-то лесу, по эту-то сторону дороги всё было тихо.

— Мирт, — сказал он. — Можно погрузить его на спину — и к порту, там наверняка есть лекари…

— Лекарей эльф не любит, — пробормотал Йен.

— Да? — Рэй решительно поднялся и так же решительно поднял эльфа, легко забросил на плечо. — Мне он об этом не говорил.

Он снова определил, что ему теперь делать. И снова двигался, как раньше, как всегда. Решительно, уверенно, твердо.

— А в порту не любят меня, — тихо добавил Йен.

— Где тебя любят? — мрачно спросил Рэй. Бросил. — Мечи. Не забудь.

И шагнул к дороге.

Йен нагнулся за мечами, потому увидел, что произошло, в последний момент. Рэй сделал еще шаг, взмахнул рукой, пытаясь то ли удержать равновесие, то ли за что-то схватиться, опустился на колено и осторожно уронил Нивена. Сам поднялся, но с видимым трудом.

Пошатнулся. И тихо выдохнул:

— Не могу… удержать…

— Не вздумай и ты падать! — потребовал Йен.

Он сжимал в обеих руках рукояти мечей, и думал, насколько они в принципе бесполезны. Только мешают. Он ведь только и делает, что швыряет их на землю, не успевая подхватить никого вокруг. Бесполезные железяки. Бесполезен он сам. Бессилен Зверь. Ему никто не делает больно сейчас, его никто не обижает, но никто и не поможет утащить два бесчувственных тела. Ему останется только сидеть и ждать.

— Нет! — рыкнул он на вновь пошатнувшегося Рэю. И ткнул в него пальцем. — Ты останешься на ногах. Ты останешься…

Рэй медленно завалился на землю.

— Да вы издеваетесь! — прошипел Йен куда-то вдаль, вверх, в леса и в небо. Чтобы хоть кто-то услышал, насколько он зол сейчас.

И кто-то услышал.

На тропу выпрыгнула большая черная кошка. Очень большая — стань она на задние лапы, передние могла бы положить Йену на плечи.

— Нет, вы серьезно? — все туда же, вдаль, обреченно спросил Йен. С животными умеет говорить Нивен, не он. А Нивен сейчас очевидно говорить не может.

Следом за кошкой вышла девушка. Высокая, стройная, совершенно некрасивая, но неправильные черты лица терялись на фоне ветвистых рогов, что росли у нее на голове. Фиолетовые глаза пристально уставились на Йена.

— Так… — кивнул он. — Уже лучше. Ты говорить умеешь?

— Тебе нужна помощь, — мягко сказала она.

Да, говорить умеет. Еще как умеет: голос — нежный, журчит-струится, как молодой ручей. Голос матери. Он помнил Тэхэ, и дитя было ее блеклой некрасивой копией. А глаза — яркие. Чужие. Таких глаз он не помнил ни у кого из них.

“Очи отца да любовь матери” — так пенек говорил?

И кто у нас папа?

— Ты тут главная? — спросил он и продолжил, не дожидаясь ответа. — Хорошо. Да, мне нужна помощь. Я их обоих не утащу… И я не знаю, куда тащить. И я не знаю… Помоги, а? Как тебя зовут, прекрасная дева?