В лаборатории он плюхнулся в кресло и закрыл глаза. Вариантов было два: еще раз покумекать, как можно было увеличить импульс, или найти Борьку. Тот мог укатить, куда угодно. Хоть в Крым, хоть к тетке в Красный Холм. Но в Крыму ему было бы скучно, и он туда не захотел бы. Тетку пришло бы развлекать разговорами. Все друзья у Борьки – шумные, как на подбор. К ним он тоже не захочет. Остается одно – заперся в квартире. А за опохмелкой надо по утрам шлепать в магазин. Но не поджидать же его по утрам во дворе?

Медлить Олегу не захотелось. Добрался до «Шоссе Энтузиастов» и в раскаленном, как и накануне, троллейбусе поехал к Борькиному дому. На третьем этаже он позвонил в восемнадцатую квартиру. Светловолосая девчонка приоткрыла дверь на золотистой цепочке и посмотрела очень недовольно.

– Шеф велел Мешкову очень срочно письмо передать, – сообщил Олег тихо, как по секрету. – А я с ним не разговариваю. Уж будьте так любезны, передайте вы!

Девчонка подумала и нехотя ответила:

– Ну, давайте.

– Лучше прямо сейчас. Очень срочно.

Она сняла с двери цепочку, прошлепала в большущих стоптанных тапочках к двери Борькиной квартиры и позвонила. Олег встал у стены подальше от глазка.

Никто не отозвался.

– Вроде дома был, – сказала девчонка.

Дверь заерзала и приоткрылась. Борька спросил:

– Ты чего?

Олег поставил ногу между дверью и косяком и посмотрел на девчонку:

– Нам с ним надо помириться перед отъездом! Не век же не разговаривать. Спасибо! – И пролез в прихожую.

Борька был взъерошенным, с помятой, сонной физиономией. На кухне он заправил майку с пятнами на груди в трикотажные спортивные штаны и зло спросил:

– Ну, и какого...?

– Знаешь, что! Без истерик! – оборвал его Олег.

– Я сейчас в таком состоянии, что мой жалкий вид меня нисколько не волнует. – Борька сел на табуретку, облокотился о стол и закрыл глаза. Сидеть так ему скоро надоело. Он полез в холодильник, достал початую бутылку пива и налил в грязный стакан.

– Чего надо? – спросил он, глотнув пива.

– Как дело было?

– Тебя не касается.

– Кто-нибудь что-нибудь понял?

– Не-а. – Борька опять хлебнул пива.

– А кто еще знает?

– С ума спятил! Кто может знать!

– Значит, никто тебе не помогал!

– Не-а.

– Тогда у тебя ничего не могло бы получиться. А голубь погиб, потому что излучение к проволоке на заборе притянуло.

– Иди ты, знаешь, куда? – мирно отозвался Борька. Обхватил голову руками и громко произнес: – Ой!

– Почему все так вышло? – спросил Олег.

– Откуда я знаю, – процедил Борька.

– Врешь! Почему же тогда тот человек... Ведь ты там был!

– Ух, и скучный ты какой..., – оборвал его Борька. Помолчал и сказал: – Ну, все. Пойдем, провожу тебя.

Ирина позвонила в конце зимы. Спросила о делах и стала рассказывать, что из прошлогоднего кошмара кое-как выбралась, хотя и не без потерь, и сейчас переезжает в новый офис на Беговой улице. Олег ждал, что она вспомнит о Борьке. Но Ирина заговорила о командировке и попросила:

– Слушай, проводи меня в аэропорт. Терпеть не могу одной улетать. Вот дожила! Хоть какого мальчишку из офиса с собой бери. Представляешь сцену в аэропорту – я и мальчик! Шофер есть, но он мою машину сломал, паразит! Мне знакомые свою дают. Но какого фига я буду таскаться по аэропорту с чужим мужиком!

– А когда? – спросил Олег.

– Сегодня! Ну, что? Заеду за тобой? От вас до «Шереметьево» почти по прямой.

Была пятница. Олег с тоской представил забитый транспортом Ленинградский проспект. Ехать жуть как не хотелось. Он соображал, что бы ответить, а Ирина постаралась закончить разговор:

– Как подъеду, по мобильнику тебе наберу! Через час примерно. Ну, пока!

Как назло, секретарша шефа прибежала за какими-то бумагами, и их пришлось искать на столе среди папок и книг. В этой суматохе позвонила Ирина.

Олег шагнул с тротуара через узкий газон, а Ирина распахнула заднюю дверцу машины, ласково и весело взглянула на него своими большущими глазами с подведенными веками и, растягивая слова, сказала:

– Привет! Садись же! Поехали!

Он плюхнулся на сидение рядом с ней, отметил про себя ее новую прическу, подумал, что она мало изменилась.

Ирина расстегнула строгое черное пальто, достала из сумочки сигарету и щелкнула зажигалкой.

– Ты вроде бы в порядке. – Она взглянула на Олега. – Хотя мог бы быть и получше. Я тебе очень благодарна, что не оказался поехать. А как Борька? Он, наверное, злится, что мы с ним кое какие дела не закончили?

– Борька уволился, – ответил Олег.

– Правда? – Ирина явно обрадовалась. – Ну и хорошо! Он – парень хваткий. Чего ему у вас сидеть? А чем он занялся?

– Что-то нашел.

– Надо ему позвонить. Я с ним всегда болтать любила. Он ведь чудило такой. А тебя он к себе не звал?

– Я бы не пошел.

– Да, он слишком заводной для дел.

Машина постояла в пробке на мосту через канал, выскочила на Ленинградское шоссе и понеслась в крайнем левом ряду, обгоняя плотный поток из чумазых трейлеров и грузовиков.

– Ты куда собралась? – спросил Олег.

– Всё по делам. – Ирина выбросила в окошко окурок и подняла стекло. – Сначала – во Франкфурт, а оттуда, наверное, в Берн. Может, на поезде, а может – за мной на машине приедут. У меня там дружественная фирма с некоторых пор объявилась. Очень солидный дядюшка. Только боюсь, что вороват.

– Слушай, у тебя не работала в бухгалтерии Юля?

– Что? – Ирина взглянула на него удивленно. – У меня таких Юль! Я их всех в лицо не помню. А откуда ты ее знаешь?

– В кафе напротив института обедали. Мы – с Борькой, а она – с приятельницей.

– И кто из вас с ней шашни завел?

– Вот ты сразу... О таких почтенных людях! А помнишь, был поэт, он еще у тебя помещение арендовал? Забыл фамилию.

– Давно ничего о нем не слышала. – Ирина расправила складки фиолетового платья на коленях. – Но всякие мелкие неприятности у меня из-за него постоянно были. То не заплатит, то кто-нибудь на него жаловаться припрется. Ему что ни скажи – сразу скандалить. Хорошо, что они от меня куда-то съехали.

– Странный он был какой-то.

– Ничего в нем странного не было, – ответила Ирина, подумав. – Всегда старался ко времени подстраиваться. Нормальный человек! Сначала выбирает приемлемый уровень жизни, а потом подбирает себе под него подходящие принципы.

Подъехали к зданию аэропорта. Шофер выскочил из машины и распахнул для Ирины дверцу. Стал вытаскивать из багажника вещи. Олег перетащил здоровенный чемодан на тротуар.

– Вы моего спутника на стоянке подождите, – сказала Ирина шоферу. – Домой его отвезете.

– Мне велено сразу ехать.

– Это недолго. – Ирина ответила, не оборачиваясь.

В зале они остановились у табло. Ирина подняла голову и проговорила:

– Вот! Начинается! Рейс на сорок минут задерживают. Ей позвонили по мобильнику. Вынула телефончик из сумки, радушно поздоровалась, сообщила, что уже в аэропорту.

– Хорошо! Договорились. – Убрала телефончик и посмотрела на Олега. – Вот, хамы! Машина им понадобилась! Ждать не могут. Единственный раз о чем-то их попросила. Сквалыги! Но ведь отсюда транспорт в центр идет?

– Доеду, – ответил Олег.

В кафе Ирина выбрала место на диванчике.

– Я летать всегда боялась. Куплю в duty-free бутылку виски, чтобы время незаметно прошло. А ты хочешь пиво? А то – давай! – И подошедшему официанту: – Тогда два черных чая!

Возле стойки остановился человек в синем костюме в полоску. Сунул руки в карманы, чуть приподнялся на носках и стал разглядывать бутылки на витрине. Оглянулся к двери, услышав объявление по радио, и затеребил пальцами ворот кремовой водолазки. Олег узнал Пашкиного приятеля.

Объявили посадку на франкфуртский рейс. Они спустились на первый этаж и прошли к таможенному посту. Была небольшая очередь. Одним из первых стоял тот самый человек в синем костюме.