Сжав зубы, Ева задержала дыхание, наконец-то унимая бушующий в груди кашель, и села. Обернувшись на спинку кровати, на которой были закреплены наручники, девушка дёрнула раз, затем второй. Постепенно движения превратились в какую-то ожесточенную борьбу с бездушным деревом и металлом. Борьбу, в которой Ева вновь проиграла...

Упав на кровать, выбившись из остатков сил, девушка лежала лицом в матрас, тяжело дыша, ощущая, как паника начинает всё ближе подбираться к ней, обдувать своим ледяным и колким дыханием затылок.

- Неужели он решил бросить меня так и дождаться, пока я умру естественной смертью? - произнесла Ева, приподнимая голову, смотря на прямоугольник запертой двери.

Постепенно мысль о том, чтобы отпилить себе руку ради свободы, переставала казаться девушке такой уж и дикой. Вот только пилы или ножа у неё не было, а для того, чтобы отгрызть себе кисть, она ещё не настолько сошла с ума.

Глава 28

Глава 28

Проснувшись новым утром, Ева не могла вспомнить о том, как засыпала. Она не была уверена, что не теряла сознания. В голове была полная каша. Состояние было такое, словно она умирает или вот-вот начнёт умирать.

Перевернувшись на спину, девушка закрыла ладонями лицо, надавливая на кожу, оставляя на ней следы от ногтей, что исчезнут через несколько минут. Полежав так какое-то время, Ева отняла руки от лица. Что-то изменилось... Но что?

Наручники, их не было! Радость от этого была столь велика, что девушка широко улыбнулась и села, тут же натыкаясь взглядом на столик, что стоял около самой кровати, и которого раньше не было. На нём стояла двухлитровая бутылка чистой питьевой воды. Эта забота о пленнице казалась странной, но Еве было плевать.

Схватив бутыль, она открутила пробку и припала к горлышку, жадно глотая её содержимое. Она остановилась только в тот момент, когда тара опустела наполовину. Остановилась и ощутила нечто странное...

От желудка вверх начала подниматься волна, которая обещала закончиться самым неприятным образом. Ева едва успела добежать до унитаза, чтобы не вырвать прямо себе в кровать, что сделало бы её существование ещё менее приятным. Она не могла вспомнить, когда её так долго и болезненно тошнило, что казалось странным с учётом того, что в её желудок не попадало еды уже почти неделю. Её скручивало и сгибало раз за разом, пока вода не закончилась и ей на смену не пришла чистая желчь с примесью желудочного сока. Когда же иссяк и этот «коктейль», она ещё несколько минут отплёвывалась горько-кислой слюной.

Вот и всё. Финал. Либо она сейчас даст своему организму пищу, либо голод погубит сперва её разум, а затем и тело. Когда в голове крутятся такие мысли, а ноги ощущаются ватными, становится не до гордости.

Прополоскав рот, Ева перекрыла воду и покинула ванную комнату. Примерно минуту она стояла, смотря на дверь, ведущую в остальной дом. Выход был отвратительным и унизительным. Но иного выхода не было, помимо смерти. А, если неделя без еды столь мучительна, то Ева даже представить себе боялась, что будет дальше. Если она хочет жить, она должна есть, чтобы есть, она должна переступить через себя.

Вздохнув, девушка подошла к двери и постучала в неё.

- Блейд? - не слишком громко позвала она. - Блейд, ты здесь?

Чёрт, она ведь даже не знала, дома ли парень...

- Блейд? - она позвала уже громче и сильнее застучала. - Блейд, пожалуйста, открой дверь! Блейд...

Она даже не заметила, как слова прошения сорвались с её губ.

- Блейд?...

Она ещё долго звала, стучала в дверь, пыталась привлечь к себе внимание того, в чём присутствии в доме она даже не была уверена. Через какое-то время она в последний раз ударила ладонью по дереву двери и, прислонившись к ней спиной, съехала вниз, обнимая голову руками, словно пытаясь спрятаться от реальности.

- Ты меня звала? - как ни в чём небывало поинтересовался Блейд спустя минуты две-три после того, как Ева замолчала.

Девушка подняла голову и перестала сжимать свои виски, чем причиняла себе ещё большие страдания.

- Да... - не слишком уверено ответила Ева.

- Я тебя слушаю, Ева.

Девушка нервно сглотнула, готовясь к унижению, но совершенно не представляя, что нужно сказать, чтобы её услышали. Жилы на ставшей ещё более тонкой шее вздрогнули, натянулись под кожей. Она тянула с ответом...

А Блейд молчал: не помогая пленнице, но и не добивая её, не пытаясь ещё больше унизить, растоптать. Собравшись с духом, Ева произнесла:

- Блейд, я плохо себя чувствую...

- В этом нет ничего удивительного, - спокойно ответил блондин из-за двери. - Я же говорил, что голодная смерть - далеко не самая завидная и приятная.

- Я об этом и говорю, - совсем тихо произнесла девушка, опуская взгляд. - Я... Я хочу есть.

- Поздравляю.

- Ты... можешь меня покормить?

Слова никогда ещё не давались ей так тяжело, как сейчас. Никогда...

Как назло, Блейд не спешил отвечать. Как видно, она неправильно просила. Вздохнув, Ева вновь заговорила:

- Блейд, я ужасно хочу есть и очень плохо себя чувствую. Пожалуйста, покорми меня.

Она чувствовала, с какой стремительной скоростью её самоуважение падает на самое дно. Но ей казалось, что лучше проиграть одну эту битву, чем всю войну за себя и свою жизнь, потому унижение не казалось сейчас настолько большой проблемой...

- Блейд, мне на колени встать?! - отчаявшись, воскликнула Ева, услышав лишь молчание на все предыдущие свои попытки добиться своего.

- Вставай.

Сжав зубы, девушка отползла от двери и, повернувшись к ней лицом, встала на колени.

- Я стою на коленях и прошу, чтобы ты дал мне поесть, - произнесла девушка. Ей самой сейчас было противно от себя.

Примерно две секунды ничего не происходило, затем дверь открылась, и в комнату заглянул Блейд. Ева слегка нахмурилась, удивляясь тому, что не услышала, как он открывал замок. Она не могла этого пропустить. Получается, что он открыл её ещё во время предыдущих её просьб, будучи уверенным, что девушка сделает всё, чего он пожелает. Ему даже не нужно было озвучивать свои пожелания.

Посмотрев на Еву несколько секунд, блондин произнёс:

- Хорошо. Я дам тебе поесть, но тебе придётся подождать, пока еда приготовится, - Ева согласно кивнула.

Вновь шагнув за порог, парень прикрыл дверь и, оставив небольшую щель, обратился к пленнице:

- Заметь, Ева, это вновь было твоей инициативой...

- Ты о чём? - несколько напряжённо уточнила девушка, ожидая нового и очередного подвоха.

- О том, что я не просил тебя вставать на колени. Мне это было не нужно. Но ты прямо жаждала это сделать, - после этих слов Блейд закрыл дверь и запер её.

Ева сжала зубы так, что заболели челюсти, чтобы не высказаться совершенно нелестно о своём похитителе и не лишиться пока ещё эфемерного обеда.

- Почему же ты молчишь, Ева? - поинтересовался блондин, верно, издеваясь над девушкой.

Ева прикрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь унять скачущие внутри нервы и уязвленную гордость.

- Ты прав, - ответила девушка и добавила, с неимоверным усилием выдавливая эти слова из себя: - Я хотела встать перед тобой на колени.

Она услышала, как Блейд усмехнулся. Парень спросил:

- Зачем же вы врёте, мисс Сарториус?

- А как бы вы поступили на моём месте, мистер Билоу? - вздохнув, в его же духе ответила блондину Ева.

Она почти смирилась с тем, что вновь завяжется странный извращенный диалог, который закончится для неё плачевно. Но промолчать она не могла, это было выше её сил.

- Я не окажусь на твоём месте, - ответил Блейд и прежде, чем Ева успела ответить, добавил: - Пойду, займусь твоим обедом. Или ты уже не голодна?

- Голодна.

- Отлично. Жди.

- Можно подумать, у меня есть выбор, - едва слышно прошептала Ева, садясь прямо на пол.

«Выбор есть всегда», - шепнул внутренний голос, продолжая мысль девушки.

- Есть, - кивнула Ева и поползла в сторону кровати, забралась на неё и уже мысленно продолжила: