— Запретная литература? — округлила глаза Хемена. — Он хочет с помощью этого разобраться с Кеем?

— Байониса больше интересует его преемник, — качнул головой Толл. — У него какие-то там непонятности-странности с даром, хотя тот вроде как иссяк, вот Маршал и старается как-то его вытянуть на приемлемый уровень, чтобы не иметь конфликта с прочими Эссентессерами. Верхушка и так расшатана донельзя, новые конфликты могут привести к расколу.

— Так значит, дело все-таки в Хоре, — неслышно произнесла Хемена, понимая, что действительно слишком многого требует от и без того спасшего её человека, однако зная, что не может оставить без помощи того, кто первым открыл ей дорогу к свободе.

— Возвращать магию при помощи запретных методов — вот что намерен наш уважаемый Маршал. Это безумие, — Толл уселся на кресло и закинул ногу на ногу, мрачно рассматривая батарею выставленных чашек. — Потому я не собираюсь ничего делать.

— Но магию запретными методами не вернешь, — слегка запуталась Хемена. — В книгах об этом нет ни слова.

Толл зло прищурился.

— Тебе-то откуда знать? Можно подумать, ты такой уж специалист по тайным книгам, которые читали только высшие среди теневиков. Вот я представляю, о чем говорю.

— А я — тоже, — не менее твердо произнесла она. — Если бы такой метод существовал, его бы сумел разыскать или хотя бы искал сейчас мой отец. Для Рондера Мистераля эта проблема — одна из основополагающих, он бы уцепился за любой возможный способ её исправить. Но нет. Ты вряд ли читал эти книги, Толл, ведь ты не сильный маг. И Маршалу неоткуда знать о том, что там могут быть подобные методики. Нет, он искал нечто другое, совершенно другое. То, что справедливо занесли в перечень опасной информации и скрыли от многих людей.

— Думаешь, информацию о несистемных дарах? — свел брови Толл. — Это больше похоже на правду, но у кого прикажешь искать подобный дар? У преемника Маршала?

— А может, и у него, — смело сказала Хемена.

— Ну что ж… Ладно. Я попробую договориться об этом, однако не раньше, чем получу об Байониса всю информацию. Потом уже решим, что делать с книгами, как и кому их передавать и передавать ли. Возможно, хватит только скопированных нескольких страниц. Ты на меня плохо действуешь, — мрачно прибавил он, глядя на Хемену. — Чувствую себя немного идиотом. Не хватало только, чтобы я действительно в тебя влюбился. Сиди здесь. К вечеру должна прийти Астафэ, она хочет знать, как у нас протекает дело, и я, признаться, совершенно не знаю, что ей говорить.

***

Хмурый особняк Мистералей не спешил превращаться в радостное место даже в честь свадьбы. Впрочем, сегодняшнее событие вполне могло стать очень грустным. Но для этого Кею нужно было бы обойти два десятка переодетых полицейских и самого Маршала Объединенного Мира, который в этот раз уже был абсолютно уверен в том, что затея удастся. Хор помнил его слова на дирижабле. «Я боюсь не успеть». Байонис тогда так и остался непонятным: то ли он и впрямь опасался Кея, то ли имел какой-то резон его опасаться, ограничение своей силы. Но если в этот раз преступник окажется сильнее и удачливее, Объединенному Миру придется подбирать нового Маршала из Ричарделей.

Одетый в парадный фрак Мальс Эссентессер подъезжал к дому Мистералей на черном автомобиле, принадлежащем Байонису. Поскольку афишировать свадьбу они не желали, то никаких внешних декораций делать не стали. Какой смысл?

Жених, совершенно не ощущающий себе женихом, а больше переживающий насчет Кея и его возможных действий, торжественно прошагал от входа в большой зал, где уже накрыли стол и собрались малочисленные гости. Хор видел среди большинства незнакомых лиц Байониса, однако, как ни приглядывался, не смог заметить ни одного человека, который внешностью соответствовал бы Рондеру Мистералю. Рыжих здесь вообще не было.

— Добрый день, — поздоровался он с Маршалом, который что-то объяснял одному из «гостей», на деле полицейскому. — А где глава фамилии?

— Его нет, — рядом из ниоткуда вынырнул Эвальд Мистераль. Нет, рыжие в зале все-таки были, хотя и не совсем рыжие. — Полчаса назад срочный вызов от Магистра — что мы могли поделать? Там действительно что-то очень важное. Свадьбу откладывать не стали, однако он появится позже.

Маршал с преемником переглянулись и легонько друг другу кивнули. Они оба поняли, что скорее всего Кей сегодня появится. И ещё стало очевидным то, что Рондер во всей этой игре не стороннее лицо. Медный шлем. Похоже, догадка выходила правильной, хотя необычный убийца ещё мог поставить все с ног на голову и оказаться кем угодно. Существовала некоторая вероятность того, что глава семьи Мистераль просто побоялся этого предприятия. Но он определенно что-то знал про Кея. И это без внимания оставлять не следовало. Хор знал, что они устроят тщательный разговор, по сути, допрос, с Рондером. Если выживут, конечно. Это была первая открытая баталия с преступником, ранее действовавшим по ночам. Он обещал сделать свадьбу кровавой, значит, собирался выступить днем и устроить здесь свой вандализм.

Мальс оглядел остальных гостей-полицейских. Кроме Эвальда и Байониса, все здесь готовились драться и привыкли это делать всегда, в любых условиях. Невеста пока не появилась: по традиции, она входила в зал ровно в тот час, когда назначалась церемония. Зная Юнари, Хор мог бы предположить, что под свадебное платье она спрячет какое-нибудь оружие, не желая становиться беззащитной.

На улице звучно забило одиннадцать. Возвещали об этом часовые башни площади Локеры, однако Хор слышал их бой и представлял себе часозвоню, от которой началась вся эпопея расследования точно так же, как с неё начинался ежечасный перезвон по всему городу. Время наступило. Рондер Мистераль при всей срочности не мог провести у Магистра больше часа, значит, все должно было случиться очень скоро.

Гости выстроились рядами вдоль четырех небольших столов. Жених отошел к северным дверям, не сводя взгляда с южных, откуда, согласно традиции, выходила невеста. Они должны были встретиться на середине и поцеловать друг друга. И вот из противоположных дверей выскользнула белая фигурка в тонком, не очень-то свадебном, однако красивом платье с лицом, закрытым сеткой вуали. Мальс двинулся навстречу. Юнари двигалась плавно, отбросив ради этого события всю свою резкость.

Все ближе, ближе. Вот сейчас он понимал, что они с Раль все же похожи — тем, как двигались. Однако внезапно невеста замедлила ход, едва-едва передвигая ноги, словно необычайно изумившись при виде жениха. Это его напрягло, и Хор, наоборот, ускорился, опасаясь, что что-то уже случилось. Однако Юнари, кажется, взяла себя в руки и двинулась дальше, словно ничего не происходило, однако старательно смотрела в пол, позволяя лишь видеть белую шляпку и волны вуали.

Они остановились друг напротив друга. Невеста стремительно выпрямилась и откинула вуаль с лица. Блеснули слишком знакомые зеленые глаза, и теперь в недоумении застыл уже Мальс.

Он договаривался с Рондером Мистералем о женитьбе на одной из представительниц его семьи.

Но ни одна из сторон и не подумала уточнять, на какой именно.

А в глазах Раль сверкало то упрямство, которое сопровождало все её приключения последний год, и Хор понял, что ему никуда от этого не деться. Он не знал, почему все поменялось в последний момент и как Адилунд удалось уговорить отца и Юнари все поменять. Жених просто шагнул навстречу невесте и обнял её за плечи, старательно твердя себе, что это — всего лишь обряд. Он даже не сразу вспомнил про более веский довод отвлечься — про то, что это вообще не свадьба, а ловушка и что сейчас необходимо заботиться о другом. В конце концов они с Раль почти что стали семьей, и если закрепить отношения официально, то ничего страшного не случится.

Медленно наклоняясь к ней для поцелуя, Хор подумал, что этот день для него станет кое-чем большим, чем просто ловушка для Кея.

Их губы соприкоснулись всего на миг, и щеки Раль стремительно залились краской, а её руки вцепились в плечи Мальса. Он осторожно выпрямился, осознавая, что если б её и без всех обстоятельств предложили бы заменить Юнари, то она согласилась бы.