- О, совсем нет – я люблю его – я на самом деле его люблю.

Клэр надеялась, что Мадлен не заметит слёз, тихо стекающих по её щекам. Она старалась, чтобы её голос звучал твёрдо: - До того, как мы поженимся – снова – мне нужно узнать некоторые вещи. Мне нужны ответы.

- Это не моё дело, так что, если вам не нужен мой совет, тогда я вас покину.

Клэр покачала головой: - Я не росла в роскоши. Этот образ жизни – часть моей долгой истории. Так что, Мадлен, я почту за честь услышать твой совет.

- Мадам, всему есть причина. Если ваша длинная история счастливая, то это замечательно; однако, я полагаю, там намного больше. Некоторые ответы, которые вы ищете – вы страшитесь того, что можете узнать, так ведь?

Клэр кивнула.

- Вы любите его, несмотря на ту длинную историю, не так ли?

Клэр снова кивнула.

- Да, люблю.

- И, мадам, он любит вас. А он знает вашу историю?

- Да – он знает мою историю.

- Нас страшит то, чего мы не знаем. Когда что-то маскируется тьмой сомнений - это тайна. Проникающий во тьму свет делает всё ясным. - Она указала на тёмное море. - Посмотрите на океан. В темноте всё, что вы можете делать – это слушать ветер и волны. Вы спрашиваете себя, а есть ли там притаившиеся создания, лодки и опасности? Мы не знаем, и тогда, в наших мыслях, мы создаём страхи, которые на самом деле не существуют. Утром, когда светит солнце, и вы всматриваетесь в кристальные голубые воды или вдаль, на всю линию горизонта, вы знаете, что вы в безопасности, - сжимая руку Клэр, она добавила, - В свете дня я вижу вашу любовь. Пожалуйста, не позволяйте тьме ночи спрятать то, что прямо перед вами. Даже если те ответы - это не то, что вы хотели услышать, вы думаете, они могут быть такими же плохими, как вы себе представили?

Клэр пожала плечами: - Я не знаю. Я знаю, что прямо сейчас не хочу думать о них и не хочу беспокоиться о них позже.

Голос Мадлен стал тише: - Хорошо, если от этого вам лучше; однако, я обнаружила, что чем дольше не включаю свет, тем больше становятся монстры под моей кроватью. - И снова она сжала ладонь Клэр, а потом сунула руку в карман и вытащила оттуда бумажный носовой платок. - Могу я принести вам что-нибудь ещё?

Клэр вытерла глаза и щёки. Чудесным образом слёзы послужили как клапан, выпуская давление, скопившееся в её висках. Головная боль уже не была такой сильной. С печальной улыбкой, она ответила: - Ты уже и так сделала для меня много, спасибо. Спокойной ночи.

- Спокойной ночи, мадам.

Наслаждаясь тишиной темноты, Клэр размышляла над словами Мадлен. Если бы только Мадлен знала правду – одно время – тем монстром из тьмы был мужчина в комнате по соседству. Теперь монстром была женщина, которой Клэр доверяла. Могла ли она когда-либо доверять инстинктам? Слабая улыбка заиграла на её губах, когда она вспомнила слова Фила. Он сказал ей как раз-таки следовать этому – прислушиваться и доверять своим инстинктам.

Собираясь пойти к себе, Клэр заметила шевельнувшуюся тень в конце веранды; вместо того, чтобы пройти через дом, Клэр последовала интуиции и направилась в сторону темноты. Прямо снаружи их комнаты Тони вышел из тени и заключил Клэр в объятия.

Его запах взял верх над солёным морским бризом и проник в её чувства. Клэр любила запах его одеколона. Утром она его закажет.

Тони посмотрел в её глаза.

- Мне нравится эта улыбка. После того, что я услышал, я не ожидал её увидеть.

- Как много ты услышал?

Он отвёл её к шезлонгу, сначала уселся сам и потянул Клэр, чтобы устроить её перед собой. Это была их поза для разговоров – когда их тела касались друг друга – слова связывали, а глаза оставались скрыты. Клэр чувствовала, как поднимается и опадает его грудь. Пока она ожидала получить ответ, он обернул вокруг неё руки, прихватил её грудь и распластал свои большие ладони у неё на животе. Клэр ощущала тепло его дыхания с примесью зубной пасты у своей шеи. У их связи была интимность, которую она никогда ни с кем не делила. Его руки на её теле не ощущались чужими — они ощущались правильно. К тому моменту, как он заговорил, она практически забыла свой вопрос. Его тон – Энтони Роулингса, президента компании, рассказал ей, что он тщательно подбирает ответ.

- Достаточно, я услышал, что ты любишь меня, и до того, как мы поженимся, у тебя есть вопросы, на которые ты хочешь получить ответы.

Клэр кивнула.

- Да, хочу.

Однако в этот момент ее сердце было не в настроении спрашивать. Не то чтобы она хотела, чтобы монстр, о котором упоминала Мадлен, стал больше. Впервые за месяц она почувствовала себя в безопасности. Его объятия снизили её давление и желание плакать. Закрыв глаза, Клэр прислонилась головой к его плечу и наслаждалась внутренним покоем – ничто в мире не ощущалось настолько правильным.

- Ты хотела что-то спросить?

- Хотела, но не сегодня.

Тони развернул Клэр за плечи, чтобы они оказались лицом к лицу.

- Тебя не волнует, что монстр станет больше?

Клэр покачала головой, их губы встретились: - Нет, он никуда не денется, но я однозначно уверена, что он не сможет стать ещё больше. Помни, что я сказала, я хочу сегодняшнюю ночь только для нас.

В слабом свете луны Клэр увидела усмешку Тони. Его тон стал легкомысленней, с намёком на соблазнение.

- Я очень даже это помню. - Его палец прошёлся по её губам. - Я также помню кое-что об этом красивом ротике.

Клэр встала, ее изумрудные глаза мерцали, а бабочки желания трепыхались глубоко внутри. Предложив ему руку, она улыбнулась: - Иди и напомни мне.

Тони не нужно было приглашать дважды. Когда они исчезли за дверьми главной спальни, заботы и волнения остались снаружи. Остались там и карты, которые нужно было открыть, и со временем это произойдёт. Им принадлежала длинная и сложная история с монстром и рыцарем. То, что делало их историю уникальной, что два этих игрока были одним и тем же человеком.

В это мгновение Тони был её рыцарем в сияющих доспехах. Она пребывала в одиночестве в раю, заточённая в нём злой ведьмой. Её будущее казалось неясным; потом, как гром среди ясного неба, появился он. Совсем как в сказках, он пришёл спасти её, освободив из тюрьмы одиночества.

Остальной мир исчез, когда его губы приложились к чувствительной коже между её шеей и плечом. Несмотря на тропическую жару, её руки и ноги покрылись мурашками. Знакомый стон слетел с её губ. Умелыми руками, он помог снять сарафан через голову и бросил его розовой лужицей. Отступив на полшага назад, глаза Тони осмотрели её выставленное напоказ тело. Его одобрительная улыбка засияла отражением в его глазах, в то время как тёмное желание завертелось в оттенках любви.

Через несколько секунд Тони встал на колени и нежно поцеловал её увеличившийся живот. Сражаясь с тем, чтобы устоять на ногах, Клэр выдохнула и пропустила его волосы сквозь пальцы. Вместо того, чтобы получать удовольствие от ощущения его ласк и поцелуев, её тут же накрыло облегчение. За последние шесть недель их ребёнок подрос, а её тело изменилось.

- Я так боялась… - пробормотала она.

Всё ещё оставаясь на коленях, он посмотрел вверх: - Чего?

Хотя Клэр не хотела признавать свою беззащитность, она не смогла отвести глаза. Она не смогла солгать.

- Того, что ты меня не захочешь – что ты подумаешь, что я недостаточно сексуальна…

Огонь за карей радужкой его глаз вспыхнул ярче. Её ноги подогнулись. Неожиданно, стоя на коленях только в одних кружевных трусиках, они смотрели глаза в глаза. Всё ещё полностью одетый, он заключил её лицо в свои руки. Она услышала смесь боли и восхищения в его голосе.

- Как ты могла такое подумать? Боже мой, ты самая красивая женщина на свете. Ты всегда такой была… - наклонившись поцеловать её живот, он вновь встретился взглядом с её глазами. - Я не думал, что это возможно, но с моим ребёнком, который растёт внутри тебя, ты даже ещё прекраснее, - усмехнувшись, Тони направил руку Клэр, - это должно быть весьма очевидным, я думаю, что ты невероятно сексуальна.

Он прав; это было очевидно. Она улыбнулась и самодовольно ухмыльнулась.

- Если всё так – а я признаю, что так оно и есть, – почему же только я раздета?

- Потому что ты всепоглощающе сексуальна, и я хочу тебя видеть.

Расстегнув его рубашку, Клэр поцеловала его свежевыбритую шею.

- Это кажется несправедливым, - промурлыкала она. Её поцелуи спускались вниз по его груди до тех пор, пока она не смогла наклониться ниже. Сев прямее, она вздохнула, - У беременности есть свои недостатки.

- Недостатки одного – это преимущества для другого, - произнёс Тони с дьявольской усмешкой, растопившей её мир. Она не чувствовала себя большой и неуклюжей. Она увидела себя такой, какой её видел Тони. Держа за руку, он отвёл её к большой кровати, где его одежда и её трусики утонули в розовой лужице сарафана на полу.

До того, как она успела подумать или задаться вопросом, их мир стал единым. И не имело значения, что её тело и формы изменились. Они принадлежали друг другу.

Образно говоря — за дверью был волк. В реальности — их жизнь перевернулась вверх тормашками; однако, в тот момент, в их комнате, на их острове и в их раю они были друг у друга – это была победа. Кэтрин попыталась разделить их, но они её обыграли. Они не знали, выиграли они битву или войну. В тот момент, их единственной целью стало празднование.

- Тони? - позвала Клэр, прижимаясь к его груди, слушая звук его сердцебиения.

- Ммм?

- Скажи что-нибудь.

Его рука обвилась вокруг ее обнажённого плеча.

- Я думал, что сегодняшняя ночь – это ночь без вопросов – ночь только для нас.

Она подняла голову, чтобы увидеть его лицо.

- Так и есть. Я ни о чём не спрашиваю. Я хочу, чтобы ты просто сказал мне что-нибудь.

- О, неужели? Что ты хочешь, чтобы я сказал?

- Я хочу, чтобы ты сказал мне, что мы в безопасности, что ни Кэтрин, ни ФБР, никто не отнимет это у нас.

Веселье от её просьбы растаяло. Она наблюдала, как Энтони Роулингс, президент компании, вышел из человека, которого она только что крепко обнимала. Она сразу узнала тон его голоса; именно его он использовал, когда вёл бизнес, тот самый, который обычно не оставлял возможности спорить, тот самый, который она ненавидела – тот самый тон, который был ей так нужен.