Леди Данкварт решительно направилась к супругу. Тонкие туфельки скользили по снегу, ветер трепал выбившиеся из прически локоны. А Рихтер стоял, опустив голову, пряча лицо в тени капюшона.

— С возвращением, — Армин приподнялась на цыпочки и поцеловала Рихтера в уголок губ. И тут же уклонилась от его рук, — у меня нос разбит. Иллюзии я ставлю плохо, так что…

— Кто посмел? — выдохнул герцог.

— У меня очень много новостей, — Армин вздохнула, погладила кончиками пальцем витиеватую татуировку на лице мужа и помогла ему закрепить маску.

Герцог был в куртке, потому теплый плед Армин набросила на странного худенького парнишку. Она видела его издали, всего несколько раз. И не сразу вспомнила, как зовут. Крибба и его бессменный нянька Уилс.

Рихтер махнул рукой, подзывая людей. Таммейн и Уилс быстро обменялись чем-то. Кажется, деньгами. Спорили?

— Я рассчитывал лишь на горячий отвар, — хмыкнул Таммейн, — удивили. Надеюсь, вы не Голос на мясные полоски растащили?

— Когда ты устаешь, у тебя портится характер, — укоризненно заметил Крибба и грустно шмыгнул носом. Плед, наброшенный на него герцогиней, он трепетно обнимал двумя руками.

Таммейн поспешно прихлопнул рот ладонью и подмигнул Криббе, мол, все-все, молчу и улыбаюсь.

— Совсем перемерз, — тихонько рассмеялась Армин, когда увидела инеистые разводы на рукавах куртки мужа.

— Я огненный маг, — хмыкнул довольный боец, — и не мог замерзнуть.

— Значит, тебя не надо жалеть и всячески утешать?

— Очень надо, — изменил мнение мужчина. — Я так настрадался, сердце мое.

— Пойдем. Еда стынет.

Герцог придержал Армин, и когда его бойцы прошли, откашлялся. Немного помолчал и как-то просто, немного буднично произнес:

— Я люблю тебя.

Будто доброго утра пожелал. Армин прикрыла глаза и улыбнулась. Признание мужа что-то перевернуло внутри нее. Но ответить она не смогла. Только рассеянно пожала плечами и шепнула: «Идем же».

В малой гостевой зале был накрыт длинный стол. Армин плюнула на традиции и села по правую руку от мужа. Ее беспокоил исходящий от супруга запах крови. Ранен. Но куда и как сильно? Сам Рихтер отмахивался и посмеивался.

За столом бойцы похвалялись подвигами, старательно припоминая веселые моменты схватки. И только Армин с Ваской понимали, что на самом деле там было не так здорово, как заливали бойцы. Но главный вопрос интересовал всех. Белые Звери.

— Исчезли, — герцог пожал плечами. — От бойцов Лагрима осталось пять человек и он сам. Он, правда, искалечен, но мы пришли к соглашению. Получит пенсию от герцогства.

— Как исчезли? — Армин нахмурилась.

— Как всегда исчезают, — Таммейн ловко зачерпывал мясное варево ложкой, — мы знаем примерное время и место их появления. Не все три месяца же бой идет. Гораздо больше приходиться ждать.

— Так не всегда было, — Крибба робко улыбнулся, — я читал.

— Потом покажешь мне?

— Хорошо, миледи.

— И я могу эту книгу показать, — возмутился Рихтер.

— Так кого все-таки на мясо пустили? — вопросил Таммейн, — я вот госпожи Олли не наблюдаю.

— На мясо пустили двух горных козлов, — спокойно отозвалась Васка, — миледи на охоту сходила. А госпожа Олли лежит в целительском покое.

— Да, новости у нас не радужные, — негромко сказала Армин, — я расскажу тебе, а ты сам решишь, что сказать людям. Хотя про Олли уже все судачат.

— Ну, раз все судачат, расскажи, — нахмурился герцог.

По левую руку от Рихтера сидел Таммейн, следом за ним — Крибба. Оба навострили уши.

— У Олли случилась инициация мага огня, — Армин опустила глаза. Оборотень ненавидела лгать, но иного выхода Ирга ей не оставила, — полагаю, вы родственники.

— Да уж, — крякнул Данкварт, — вот чего не ждал, так счастливого обретения семьи.

— Обретения не случилось. В ее инициации есть и моя вина. Олли, — Армин помолчала, — Олли завела разговор не ко времени. О том, чтобы стать твоей второй женой. Я ответила грубо. И отрицательно. Хоть решать все равно тебе. И она сорвалась.

Рихтер опустил ложку. Герцогу было приятно и противно одновременно. Известие, что жена и мысли не допускает о том, чтобы делить его с кем-то, грело. А от того, как Олли выбрала момент, ее хотелось придушить. Сестра, надо же.

— Так, она в целительском покое. Истощение?

— Она ударила меня, — Армин, скривившись, сняла иллюзию, демонстрируя распухший нос, — магия придала ей сил и скорости. Да я и не ожидала. Потеряла сознание, а когда очнулась, — Армин прикусила губу. — Ее слуги водой потушили. Ирга удержала жизнь в теле, но… Там такие ожоги, даже эльфийский целитель ничего не сделает.

Крибба вскрикнул и тут же замолчал. Неловко выбравшись из-за стола, он поковылял к выходу. Таммейн криво улыбнулся:

— Первая любовь — она такая первая.

— Как бы мерзко не прозвучало, но, может, теперь у него есть шанс? — Уилс пожал плечами, — мымра издевалась над парнишкой. То в Дан-Мельтим проводи, то еще чего. Дар-то у него ого-го. А ходит, ну сами видите.

— Это все новости? — герцог по глазам жены понял, что самое интересное впереди.

— Я хочу осмотреть твою рану.

— Ладно. Бойцы! Ужинаем, ночуем здесь. Что с комнатами, сердце мое?

— Все приготовлено.

— Отлично. Завтра на рассвете в путь. Позавтракаем уже в крепости.

До спальни герцог шел на одном упорстве. Но едва переступил порог — сразу рухнул на постель. И раздевать его пришлось перепугавшейся Армин.

— Все хорошо, сердечко мое. Просто ляг рядом.

— Ты еще на супружеский долг замахнись, — всхлипнула леди Данкварт.

— Тише-тише, не плачь. Ну чего ты?

Не вытирая бегущих слез, прижавшись щекой к плечу мужа, Арми рассказывала правдивую историю. Она боялась реакции мужа на поступок Ирги и чувствовала себя предательницей. Но оставлять Хозяина Перевала в неведении было хуже.

— В монастырь я ее отправлю своей властью, — скрипнул зубом Рихтер, — она — мой наемный работник и умом подвинулась на службе. Твою мать. Тварь. Олли, ну сука же.

Герцог сжал кулаки. Не покалечь Ирга гувернантку, это сделал бы он. И плевать на все. Покуситься на дочь. На свою племянницу.

— Порадовал папенька. Я ведь помню тот скандал. Правда, болтали об этом мало.

— Так почему он ее выставил?

— Мать так захотела, — Рихтер неловко пожал плечами, — отец всю жизнь ее боготворил. Пылинки сдувал. Исполнял любой каприз. И я буду. Вот какой тебе каприз исполнить?

— Не знаю. Где рана?

— Да залечил, говорил же. Это от одежды кровищей несло. Я вымотан магически, а не физически.

— Что будем делать? Я осмотрела Тай, пока она спала. Ничего критичного не нашла. Но я и не лекарь.

— Будем спать, — твердо решил герцог. — В крепость выпишу лучших целителей и зельеваров. А вообще, думать надо. И крепко.

До самого утра Армин засыпала и просыпалась, чутко прислушиваясь к дыханию мужа. И ловила себя на мысли, что этот мужчина ей очень дорог и важен. Вот только сказать это вслух никак не получалось.

Дорогу Олли не пережила. Отошла в другой мир на руках у Криббы. Тайланна впала в кому. Армин злилась. Ирга сидела рядом с герцогиней и нервно оглядывалась. Рой и Крина ехали вместе с Ваской.

— Я возьму у девочки кровь. Я умею отделять примеси, — негромко произнесла Ирга. Армин вскинула брови:

— Ты думаешь, Рихтер подпустит тебя к дочери?

— Ты сказала ему?! — Ирга выглядела так, будто ее ударили под дых. — Кто тебе позволил?

— Мы не в Лесу, а ты не часть моего клана, — жестко напомнила Армин. Она уже поняла, что в подруге говорят скрытые комплексы и привычки. Та часть традиций, про которую Армин старалась не вспоминать.

— Да.

Больше Ирга не произнесла ни слова. Но по возвращении в крепость попросила разрешения взять кровь у Тайланны. Скрипя сердцем герцог позволил ей это. В его присутствии. Армин все это время стояла рядом. И оба оборотня замерли, почуяв мимолетный запах. Такой неуловимый, что будь они в покое по одной — не поверили бы.