Пока аристократка шуршала листами пергамента (похоже, ее папаша был ярым поклонником эпистолярного жанра) мы с братом кое-как смыли с одежды кровь и израсходовали остатки отбивающего запах порошка. За это время эмоции Эльвины успели измениться. Удовлетворение и радость от получения письма ушли, уступив место страху.

- Дурные вести? - поинтересовался я у девушки.

- Мои братья пропали. Одного так и не дождались в пункте назначения, хотя все сроки давно прошли, а на отряд второго в пути напали разбойники... Похоже, мы недооценили желание маркиза разделаться с нашей семьей.

Чувствуя себя последней сволочью, я подошел к девушке, крепко обнял ее и прошептал:

- Держись!

Это стало последней каплей. Высокородная леди разревелась на моей груди, как сопливая девчонка. Ласково гладя Эльвину по голове, я давал ей выплакаться, зная по собственному опыту, что в такой момент никакие утешения не помогут. Пока горе и боль не выйдут слезами, любые слова покажутся пустым звуком. Прижимая к себе девушку, даря ей ощущение тепла и поддержки, я принялся тихонько напевать:

- От края до края небо в огне сгорает, и в нем исчезают все надежды и мечты...

Согласен, глупо. Увидел бы нас кто-нибудь со стороны, наверняка поразился бы сюрреалистичной картине - лужи крови, груды мертвых тел, а посреди этого великолепия чудом уцелевший положительный герой успокаивает рыдающую девушку колыбельной. Но меня это не заботило. Я желал лишь одного - помочь Эльвине пережить постигшую ее трагедию.

- Подставлю ладони, их болью своей наполни...

Честно говоря, я всегда считал, что мне в детстве на ухо наступил медведь, но сейчас выходило на удивление прилично. Видимо обучение языкам что-то сдвинуло в моих мозгах, наградив меня музыкальностью, так что напеть шедевр любимой 'Арии' для меня труда не составило. И это принесло плоды. Рыдания начали утихать, а когда песня подошла к концу, девушка пришла в себя.

- Далеко, там где неба кончается край, ты найдешь потерянный рай, - пропел я, осторожно теребя густую косу.

Всхлипнув пару раз, и не дождавшись продолжения, Эльвина подрагивающим голосом произнесла:

- Красиво. А что это за язык?

- Мой родной.

- Дэвийский? - уточнила леди.

- Чего? - глупо переспросил я.

Подняв на меня покрасневшие глаза, девушка всхлипнула и разочарованно протянула:

- А я была уверена, что ты из расы дэвов.

- Увы, я всего лишь человек.

- Ну, я бы так не сказала, - уверенно заявила Эльвина. - А можешь повторить свою песню? Только дай, я сперва у Мурки толмач одолжу, чтобы понять, о чем она.

- У меня есть предложение получше. Подожди секунду!

Погрузившись в закрома своего разума, я нашел там нужное воспоминание о моменте прослушивания песни, очистил его от всего лишнего и в таком виде переправил в сознание Эльвины.

Конечно, это явное палево. В Империи не существует инструментов, звучание которых хотя бы отдаленно напоминало музыкальное сопровождение земного хита. Но к чертям конспирацию! Девушка только что потеряла братьев, и нужно использовать любые средства, чтобы не дать ей погрязнуть в своем горе, не дать зациклиться на мести. Согласен, то, что нас не убивает, делает нас сильнее. Но также злее, подлее, равнодушнее. И порой, оглядывая полученный результат, поневоле думаешь - лучше бы убило нафиг!

Приняв мое воспоминание, Эльвина немного постояла, переваривая его, а затем выдохнула:

- Великолепно! Это - лучшее из всего, что я когда-либо слышала!

- На здоровье! - мягко улыбнулся я, видя, что мой прием сработал.

Девушку словно подменили, негативные эмоции ушли, оставив после себя холодную уверенность. Отстранившись, леди решительно вытерла слезы, огляделась и деловито поинтересовалась:

- А нам не нужно уходить, пока трупы тварей не привлекли насекомых?

- Уже идем, - отозвался я.

Мы с Даром взвалили на плечи сумки, а Мурка подошла к аристократке и по моему примеру сказала:

- Держись! Мы рядом. Если станет совсем невмоготу, я помогу тебе справиться с плохими чувствами. Я прекрасно знаю, как это больно - терять близких.

- Спасибо, подруга, - кивнула Эльвина. - Но я уверена, что мои браться живы. Их тела до сих пор не обнаружены, а значит, это не ликвидация, а всего лишь похищение. До суда маркиз вряд ли станет их убивать, ведь заложники - веский аргумент в любых переговорах, а после... Все будет хорошо!

Кто бы спорил! Уж точно не мы!

Оставив за спиной побоище, мы шагали с полчаса, пока не подыскали нормальное место для привала. Разводить костер и заниматься охотой не было настроения. Перекусив сухпайками наемников, мы установили тенты и улеглись под ними. Ушастик остался дежурить, а мы с Муркой, не сговариваясь, пододвинулись поближе к Эльвине и обняли девушку с двух сторон, успокаивая ее, прогоняя все страхи и тревоги, даря ощущение уюта и поддержки. Так и заснули.

Следующие двое суток пролетели быстро. Были редкие нападения тварей, были встречи с двумя искательскими командами, которых я осчастливил коротким ни к чему не обязывающим разговором, была жара, от которой плавились даже руны, поставленные Даром на нашу одежду. Магические зонтики расходовали силу поразительными темпами, и от них пришлось отказаться. Глупо экономить на безопасности, в угоду комфорту опустошая накопители на боевых и защитных амулетах. А к полудню третьего дня, когда до Ирхона было рукой подать, мы нагнали команду знакомых новичков.

Встреча удивила и нас, и парней. Выяснилось, что свежеиспеченные искатели, воодушевленные верой в счастливую примету, за эти без малого две десятицы успели не только наведаться в Мертвый, где откопали мою заначку, но и побродили по второму поясу. В результате их рюкзаки и сумки ломились от самой разной добычи, из-за чего парни передвигались черепашьими темпами, ежечасно устраивая привалы. Первый пояс они прошли за пятеро суток - обалдеть можно! Зато команда успела пересечь мост до того, как на нем появилась засада, и каким-то неведомым образом умудрилась разминуться с наемниками. А те вряд ли пропустили бы новичков, зная, что их никто не будет искать. Вот и не верь после этого в приметы!

Мне пришлось поработать языком, так как 'послушники' хором требовали 'божественных откровений'. Я рассказал парням об опасностях третьего пояса, о поселившейся в одном из убежищ неубиваемой твари, которую смогла отпугнуть только магия Ушастика, о необычайно многочисленной команде, растерзанной тварями, останки которой мы обнаружили на втором поясе. Сопровождая истории разными полезными советами, я прекрасно понимал, что весь мой треп несколько часов спустя будет в точности пересказан искательской братии. Новички после продажи добычи собирались соблюсти одну из искательских традиций - проставиться в 'Золотом мече', и я не мог упустить удобную возможность сообщить опытным ходокам, что к пропаже наемников мы не имеем никакого отношения. Все же знают, что пятерка - оптимальное количество членов искательской команды, вот пусть и жалеют идиотов, вознамерившихся опровергнуть это писанное кровью правило, а не вынашивают коварные планы мести.

Так, за разговорами, мы достигли городской стены и постучались в ворота.

'Дошли! Справились!' - удовлетворенно подумал я, входя в Ирхон.

Мое левое запястье внезапно потеплело. Затем что-то тренькнуло на грани слышимости, и сознание окатила волна облегчения. Контракт был выполнен целиком и полностью, поэтому браслет-татуировка решил самоликвидироваться. Полностью он не исчез, но лишился магической составляющей, от чего цепочка черных рун поблекла - это я успел заметить, ставя сумки на камни мостовой.

'Неужели, все так просто?' - пронеслось в голове.

Развить эту мысль я не успел, поскольку на повестке дня появились более важные вопросы. Почему знакомые стражники встретили нас так неласково? Почему один из облаченных в доспехи бойцов вместо того, чтобы придерживаться инструкций и обеспечивать отряду прикрытие, поспешил в караулку? И почему, увидев нашу команду, все вояки ощутимо напряглись? Нет, враждебных действий они пока не предпринимали, но руки держали на оружии. Подозвав дежурного мага, командир приказал провести осмотр. Игнорируя нас, тот начал со скромно стоявшей в сторонке команды новичков.