– Жаклин, но я хочу в будущем иметь детей! – воскликнул Александр. – Уже хочу! Сейчас! – он ткнул пальцем в пол возле себя. – Но хочу в будущем. И вообще, я не представляю, как можно не хотеть детей от любимой женщины в тридцать?!

– В тридцать два, – спокойно поправила его девушка. – Александр, – она погладила его по плечу, а он накрыл её ладонь своей, – конечно же, тебе детей ещё рано, с этим спорить может только полный идиот. Поэтому решение в любом случае за тобой. Я не Кира и приму его любым, каким бы оно ни было. Но если ты будешь настаивать на контрацепции, я соглашусь только на совместные, равные усилия.

Оба замерли. Жаклин от мнимой неожиданности, от того, что якобы проговорилась, Александр – от неожиданности настоящей.

– Ты знаешь про Киру? – у него брови сдвинулись к переносице.

– Мне очень жаль. – Она опять утвердительно закивала. – Я нарочно проговорилась, потому что тут есть ещё один момент…

– Подожди, извини, я тебя перебью, тебе рассказала Эшли?

– Да, – «мяукнула» девушка. – Только не ругайся на неё, пожалуйста. Уверена – она хотела как лучше.

– Эшли мне мстит, – сказал парень, как ножом отрезал, и опять откинулся на ковёр.

– За что?

– За то, что взял её в свидетели первую. Ну да ладно… ну так и что же она тебе рассказала?

– Да немного. Сказала, что вы с Кирой встречались, а потом расстались, и из-за этого она повесилась.

– И всё?

– Всё. Насколько я поняла, это всё, что она знает.

– Ну да, конечно! – воскликнул полный скепсиса юноша. – Эшли знает гораздо больше. Уверен! Но теперь уже поздно это выяснять. Ну, так ты говоришь, что ты не Кира. Пф-ф… – юноша весь на эмоциях запустил себе руку в волосы, – конечно, ты не Кира. Теперь таких, как она, я за милю чую!

– Александр… – Жаклин опасливо стеснительно глянула на него, – всё дело в том, что я где-то знаю, что она чувствовала, понимаешь?

– Чушь!

– Не волнуйся, я никогда не сделаю так, как Кира, но это не значит, что мне не могут быть близки её решения, – она опять прилегла к нему на грудь. – Скорее всего, у неё ты тоже занимал огромную часть её жизни. Ну а что, если ты был и её миром тоже, что тогда? – ей показалось неудобно так разговаривать, поэтому она опять села на пятки. – Я согласна – это очень примитивный, глупый никчемный мир, ещё хуже, чем у меня – у меня хоть есть работа, Сула, я смогу как-то себя вытащить книгами, музыкой, фильмами, собакой! – Жаклин запнулась. – А Кира не смогла. Вот не смогла и всё. Потому что нечем было. – Она развела руки в стороны. – Не смогла заменить тебя – не было у человека ничего внутри, в голове, кроме тебя. Я повторюсь: это плохо, это глупо, но это так. А потом в один момент этот мир её бросил. Почему, кстати, ты её бросил?

«Мой бог, что-то мне уже не нравятся все эти разговоры», – закипали мозги юноши.

– Что значит «бросил»! Да не бросал я её! – Александр перекатился на бок и, подперев рукой голову, уставился на разгоревшиеся дрова в камине. – Я с ней расстал-ся, – скосил он глаза на свою собеседницу. – Нормально расстался: поговорил, сказал, что она хорошая девушка и, скорее всего, ей ещё повезёт с каким-нибудь парнем, пожелал удачи – всё как положено. Она была первая, с кем я встречался, и первая, с кем мне пришлось расставаться, поэтому я старался не облажаться. – Он взял свой бокал и хорошо из него отпил. – После неё я не заводил отношений.

– А почему ты до неё не заводил отношений?

– А на кой мне это? Мне и так девушки не отказывали. Первая, кто отказала, была Кира.

– Вот как?

– Да. – Он опять посмотрел на Жаклин. Та сидела в позе и с выражением лица: «Я само внимание», поэтому ему ничего не оставалось делать, как продолжить. – Я тогда… уже не знал, куда себя деть. – Он опять уставился на огонь. Жаклин не сводила с него глаз. – Мне так хотелось подойти к какой-нибудь тёлке… ну, вернее, к девушке, и чтобы она меня вот прямо сразу же возненавидела и послала. Сразу же! – юноша вертикально ударил кулаком в пол. – Грязно, зло и подальше. Думаю, что я тотчас влюбился бы в неё как пудель и носил бы на руках. – Парень посмотрел на свою слушательницу. – Но ничего из этого не случалось, Жак. Даже близко. Они все расплывались в улыбках, – он высокомерно скривился, – все начинали кокетничать и требовать внимания, в лучшем случае попадались такие «рыбы мороженые», которые ни послать, ни полюбить не в состоянии. Кира была первой. Она так посмотрела на меня, – юноша сделал высокомерное выражение лица, – и отвернулась. Это было неслыханно и та-а-а-ак круто! Я завёлся. – Тут он попытался было встать, чтобы поправить щипцами уже чуть прогоревшие дрова.

– Лежи. Я сама, – остановила его Жаклин рукой. – А потом? – спросила она уже со щипцами в руках.

– А потом мне всё это нравилось всё меньше и меньше – постоянно нужно было оправдывать её ожидания, она постоянно требовала внимания. Если тебя мне приходилось неделями ждать, пока ты освободишься от своей этой работы, то Кира постоянно свободна и требовала, чтобы и я был возле неё. Ей всё мало, мало, мало. Ей всё время приходилось что-то обещать, что-то делать, а взамен почти ничего такого, чего бы у меня не было и без этого. Да ну… – юноша махнул рукой, – мне надоело. К тому же, мне предложили отношения другого уровня, и я ушел туда.

– Что за отношения? Если не секрет, конечно, – девушка положила щипцы сбоку камина и отряхнула руки.

– Да это и не отношения были вовсе, просто секс без обязательств. Меня это вполне устраивало и в тех, в новых отношениях, мне очень помогли, между прочим.

– Господи, Александр, ты просто какое-то чудовище – тебе не жаль девушку, а заботит только то, как на тебе отразилась её смерть.

– Не буду спорить, – он утвердительно закрыл глаза и отрицательно покачал головой. – Но только лишь потому, что мне очень много есть что сказать на этот счет, – поднял он вверх указательный палец.

Жаклин улыбнулась. Она опять уселась на пятки и, потянувшись к своему молодому человеку, щекой потёрлась о его точеную челюсть.

– Значит, у меня есть повод гордиться: я раскрутила на отношения самого Александра МакЛарена.

– Лучше. Ты раскрутила его на любовь.

– Ну-у-у… да, – девушка заулыбалась ещё счастливее. – Но любовь тоже может сойти на нет, растеряться в быту, во времени, может появиться новая любовь, – она отстранилась. – Пусть она не будет такой же сильной, как прежняя, но она будет новая, молодая, и поэтому сильнее, и поэтому может победить…

Александр уставившись глазами в пол, задумался.

– Кстати, – почесал он волосы себе за ухом, – а что ты там проговорила, что если я буду настаивать на контрацепции, то ты… что-то там… будешь настаивать на том, чтобы предохраняться по очереди, я правильно понял?

– Абсолютно, – низко кивнула головой Жаклин.

– Каким образом?

– Один раз я пью таблетку, вернее, теперь нужно будет придумать что-нибудь другое, скорее всего, тампоны, один раз ты надеваешь презерватив.

Александр скривился.

– Но сегодня со мной нет презервативов. Я их не взял. – В его глазах бесенята выворачивали свои карманы, обыскивали друг друга, повизгивая от щекотки.

– Я взяла.

Бесенята тут же спрятались, а их хозяин прочистил горло.

– Вот как? Ты возишь с собой презервативы?

– Конечно! Это обязательно! Я вообще без презервативов из дому не выхожу. Особенно, когда сажусь в поезд – вдруг какой-нибудь симпатичный сосед попадётся, а ехать долго, за сексом время в пути скоротать очень удобно: пара оргазмов и ты на месте.

Александр молчал, не моргая.

– Я так вижу, когда включается твоя ревность, чувство юмора тебе отказывает, – спокойно, почти не меняя интонаций, продолжила Жак. – Расслабься, я сегодня купила их в аптеке вместе с таблетками.

– Силы небесные, по-моему, из нас двоих чудовище здесь ты, Сасенак. Хорошо, уговорила, мы попробуем не предохраняться, – после этого заявления последовала улыбка «Сдохни от зависти, Том Круз!» – Хватит с меня презервативов.