Упаковав булочки в бумажный кулёк и залив бульон в термос, девушка прихватила к ним в компанию ещё кекс со сливами и принесла всё это сегодня с собой.

Где-то часов в десять утра она отослала парню СМС с просьбой подойти к ней в кабинет после двенадцати. Получив в ответ два слова: «Я буду», доктор Рочестер постаралась сосредоточиться на работе, поскольку и от этого тоже зависела возможность разговора.

Он появился минут за пять до двенадцати, когда Жак только-только успела поставить компьютер в спящий режим и сложить бумаги в стопку на краю стола.

Даже не войдя, а именно проникнув к ней в кабинет, Алекс тихонько прикрыл за собой дверь и как-то так странно уставился на девушку. Затем молча, не здороваясь, он всё так же, не отрывая от неё взгляда, приблизился и замер, напротив.

Слегка оторопев, Жаклин чуть подалась корпусом назад.

– Что с тобой? Всё в порядке?

Парень, окинув взглядом пространство кабинета и, засунув руки в карманы трико, медленно наклонился к ней и показательно шумно втянул ноздрями воздух возле её уха.

– Привет, Джеки, – отстранившись, он развернулся и направился на выход.

Жаклин уже было подумала, что гость сейчас рванёт дверь на себя, выйдет и будет таков, но парень только щёлкнул замком.

Объясни толком, в чём дело! Чего ты хочешь?

Я не хочу, ответил он, делая ударение на частице «не».

И чего же ты не хочешь? – Жаклин тоже сделала ударение в этом же месте. – Покажи мне живот, направилась она к пациенту.

Я не хочу почувствовать от тебя запах сигарет, он остановился и, кратко закатив глаза и подняв руки вверх, отвернулся к окну.

Ну, что же, сочувствую, ибо я курю и с некоторых пор очень много, задрав больному футболку, врач осмотрела потемневшую, теперь уже почти чёрную, гематому с желтоватыми разводами вокруг, но зато уже без опухоли. Видимо, воспаление действительно удалось победить.

Не надо меня пугать, отрезал пациент таким тоном и тембром, от которых доктор тут же вздёрнула на него испуганный взгляд. – Да. Именно, кивнул парень. – Не надо. Тебе мало проблем?

Ты об этом хотел со мной поговорить? – Жаклин опустила его футболку. Чуть покрутившись на месте в неловкости, она направилась к шкафу, где лежала сумка с едой.

Нет, Алекс поправил футболку и подтянул штаны. – Была бы моя воля, я бы предпочёл вообще никогда не иметь разговоров на эту тему. Особенно с тобой. Ну да ладно, – взялся он руками за спинку стула. – Во-первых, Жаклин, я должен извиниться перед тобой и попросить прощение за эту нашу с Кирком дурацкую выходку. Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть. Правда, жаль. Этого больше не повторится: между мной и дядей уже давно всё ясно.

Я убедилась в этом там, в хирургии, девушка подошла к тумбочке в углу, у окна, и нажала клавишу стоявшего на ней электрического чайника.

Это была мимолётная слабость, порыв со стороны Кирка. Мы больше такого не допустим.

На одном месте Алекс удерживал себя только усилием воли. Ему очень хотелось подойти и подкрепить свои слова действиями: прикоснуться к девушке, обнять, стиснуть, ущипнуть в конце концов. Но он понимал, что должен просить прощения, не прибегая к разного рода физиологическим ухищрениям и без помощи слабости, которую питает к нему доктор Рочестер, поэтому стоял как вкопанный.

А с твоей стороны что это было? – врач заметила и оценила его выдержку, хоть и делала вид, будто полностью занята хлебом насущным.

А я, – увидев, что она вынимает из шкафа большую сумку, юноша тут же ринулся на помощь, я действительно очень хорошо к нему отношусь, он дорог мне как… куда это поставить? – дойдя до стола, повернулся он к девушке.

Сюда, придвинула она стул к столу.

Он дорог мне как человек, который меня хорошо знает, водрузил Алекс сумку на стул и отошёл, а Жак принялась вынимать из неё еду. – Кирк знает меня всю мою жизнь, он любит меня. Ведь, по сути, кроме Дженн и тебя меня никто по-настоящему не любил.

Жаклин застыла. Ей это показалось кокетством. Особенно, вспоминая Киру. Но она отбросила, и эти мысли, и момент любви между Алексом и Алисой, сочтя их в данном разговоре неуместным, и поставила себе в голове галочку.

Я надеюсь, в конце концов, он смирится с ситуацией, закончил меж тем юноша.

Девушка почесала лоб и направилась опять к шкафу.

У меня к тебе очень много вопросов, но я не уверена, что могу спрашивать обо всём, принялась она вытаскивать с полки одну за другой кружки под бульон и чай.

Спрашивай всё, что только приходит тебе на ум, парень уже разворачивал сконы, но в это время щёлкнула клавиша закипевшего чайника. Где у тебя чай?

Там, кивнула Жак головой на шкаф, выставляя кружки на стол.

Обо мне ты имеешь право знать всё. – Парень направился за чаем. Я тебе расскажу всё, что знаю. Но кое-чего не знаю даже я, и поэтому… он взял с полки упаковку пакетиков чая «Fortnum&Mason» и пошёл за чайником.

У тебя с Кирком была связь? – быстро проговорила Жаклин, разливая бульон по кружкам.

Да.

Давно?

Жаклин, только вот давай я тебе сейчас всё расскажу, и ты мне поверишь, а? – Александр вытаскивал пакетики чая и, держа их за бумажные этикетки, опускал в чашки.

Жаклин застыла.

Александр, вот давай я тебе сейчас скажу, и ты запомнишь: я верю тебе всегда! нажала она клапан термоса английской фирмы «TalleR» и отставила его на край стола.

Год назад, парень кивнул головой на её реплику, – мы всё выяснили и решили прекратить, когда были в Нью-Йорке, он наполнил кружки кипятком. После смерти отца я очень сильно сблизился с Кирком, и он предложил потихоньку вникать в его дела. Я вникал, юноша опустился на стул для пациентов, разглядывая, чего там ещё доктор Рочестер вытащит из своей волшебной сумки. – Потом он взял меня с собой в Нью-Йорк. – Жак, выложив кекс со сливами последним, отбросила пустую сумку на тумбочку и тоже уселась на стул. – Там он брал меня на всякие переговоры и объекты, присматривался ко мне, а в конце предложил отдать этот филиал. Я согласился и по приезду начал хлопотать о переводе в Оксфорд, а поскольку Кирк не привык мешать рабочее и личное, то после поездки мы остались только дядей и племянником. Это было год назад. Только после того, как мы всё выяснили между собой, я согласился на машину, он откусил почти половину булочки с бужениной и прихлебнул бульон.

А когда начались ваши отношения? – девушка тоже отпила горячий напиток, но к сконам приступать не спешила.

Усиленно работая челюстями, МакЛарен почесал макушку и задумался – он явно не знал с чего начать.

Всё началось после смерти Киры.

«Чёрт!» – Жаклин только что на стуле не подскочила.

Мне тогда было хреново по-настоящему, Жак. Я на стены лез, он пальцами разорвал пополам остаток сконы и одну из частей отправил в рот. После сделал ещё один большой глоток бульона. – Понимаешь, – Александр замолчал, поскольку был очень сильно занят пережевыванием, и посмотрел в окно, устал я от этих тёлок, от их липкости… похотливости. И выбрал Киру – у неё был тот ещё характер, парень забросил в рот остатки сконы и потянулся за следующей. – У меня появилась официальная девушка, и это давало ряд преимуществ, юноша прихлебнул бульон. – Еф! с набитым ртом строго ткнул он пальцем в булочку, лежавшую рядом с кружкой девушки.

Я ем, схватилась та за свою порцию, но откусывать не спешила.

Я вижу, жуя, юноша сложил руки на коленях, всем видом показывая, что будет говорить только после того, как Жаклин приступит к трапезе.

Скептически поджав губы и недовольно, мученически глянув на юношу, она откусила-таки скону и принялась пережёвывать с расслабленными губами.

Ну, так вот, тут же продолжил Алекс, потом разочаровало и это, парень обречённо махнул рукой. – А когда Кира наложила на себя руки, тут я психанул по-крупному. Мне тогда ни футбол, ни бокс не помогал. И Кирк, он… он, понимаешь, очень хорошо тогда меня поддержал. Показал, что бывают другие отношения, такие… мужские – без соплей, капризов… навязчивости и выноса мозга. Ежедневно! юноша опять прихлебнул бульон, укусил булку и уставился на картинку с каким-то английским пейзажем с церковью, висевшую на стене позади доктора Рочестер. Отношения с мужчиной… – он в раздумье пожевал губы, – хоть я и не считаю, что у нас с Кирком были отношения, скорее взаимоотношения, тоже имеют свои плюсы. – Алекс посмотрел на Жаклин и закивал головой. – Это было тем, что мне нужно на тот момент, после смерти Киры. Потому как баб рядом я уже просто выносить не мог. Мужики проще, грубее, примитивнее, Александр сделал неопределённый жест рукой и отправил остатки еды в рот, запив изрядной порцией бульона.