Дом ведьмы оказался одним из перестроенных – причудливый одноэтажный дом, окрашенный в жизнерадостный желтый цвет, с аккуратной белой отделкой. Вдоль дорожки, ведущей к деревянной крытой веранде, были высажены розы всевозможных оттенков. Хмм... Я проверила адрес ещё раз, ошибки быть не могло – Гвендолин Ла’Ру проживала именно здесь. Фасад дома никак не ассоциировался с девушкой, которую я повстречала в офисе Корбина.

Вцепившись в кол, завернутый в пиджак, я прошла по дорожке к веранде и постучала в белоснежную дверь. Ответа не последовало, что меня совсем не удивило – обычно в полночь все нормальные люди спали. Если она уже видела десятый сон в своей постели, то это было очень плохо, потому что я не могла ждать ни минуты, мне нужно было срочно поговорить с ней. Я снова постучала в дверь.

– Гвен, дорогая? – послышался из-за двери голос, судя по всему, уже не молодой леди. – Кто это в такой час?

– Не знаю, бабушка. Оставайся в постели, я посмотрю, – это уже ответила Гвендолин.

На крыльце включили свет, сразу же привлекая рой мотыльков. Дверь приоткрылась примерно на дюйм и на меня из-под растрепанной копны черных волос уставились с подозрением нефритовые глаза.

– Кто ты и чего хочешь? – спросила она.

– Ты знаешь, кто я, – огрызнулась я. – Видела меня, когда выходила из офиса Корбина.

У нее нервно забегали глаза.

– Я не имею понятия, о чем ты говоришь.

– Да что ты, – упрямо продолжила я. – Послушай, я – аудитор. Если желаешь, то могу прислать официальную повестку и вызвать тебя для допроса.

– Ты не можешь этого сделать, я не вампир.

Она попыталась закрыть входную дверь, но я помешала ей, просунув в проем кончик кола, чуть не попав ей в лицо.

– Эй! – она отпрыгнула назад, и дверь распахнулась. – Убери это от меня! Какого черта ты делаешь?

Судя по её реакции, моя догадка об опасности кола оказалась верна. Теперь я была просто обязана выведать у нее всю возможную информацию.

– Ты знаешь, что это такое, не так ли? – потребовала я ответа, шагнув через порог её дома. – Знаешь, на что он способен. Ты дала его Корбину. Я видела, как он положил кол в карман сразу после твоего ухода.

– Гвен, дорогая? – снова донесся из дома голос пожилой дамы. – Кто это? Мне позвонить в полицию?

– Нет, бабушка, всё хорошо, – ответила ведьма. – Просто хотят погадать на картах.

– Ночью? Скажи им, чтобы приходили завтра.

– Это очень срочно. Клиентка хочет знать, не изменяет ли ей жених. Займет буквально пару минут.

– Имей в виду, через пару минут ты должна лечь спать, – проворчала старушка.

– Бабушка, ложись без меня. Я поговорю с ней на крыльце, мы тебя не побеспокоим, – Гвендолин кивком велела мне выйти за дверь и проследовала за мной. – Сюда, – прошептала она, указывая на старенькие качели в углу веранды.

Я пошла за ней, отметив, что, вероятно, всё же вытащила её из постели. Ведьма была одета в длинную фланелевую ночную рубашку с аппликацией какой-то птицы и носки в черно-фиолетовую полоску.

Птица на её картинке вещала: «я красавица!». Такой выбор был не характерен для ведьм, но кто я такая, чтобы судить об этом. Я же не – могла указывать ей в чем ложиться спать? Кроме того, сейчас меня больше беспокоили вампиры.

– Расскажи мне о коле, – произнесла я, как только мы уселись на старые скрипучие качели. – Как он повлиял на Корбина? Что с ним сделал?

Она нахмурилась, скрестив руки на груди.

– У ведьм есть такое понятие – информация в делах между клиентом и ведьмой конфиденциальна. Алек Корбин достаточно силен и порвет меня на куски, если узнает, что я рассказала тебе то, что он скрывает.

– Корбин не тронет тебя, – пообещала я. – А вот я... – я снова ткнула в неё колом, и она вздрогнула. – Ты расскажешь мне всё, что знаешь, – заявила я. – И начнешь с самого начала.

Она вздохнула.

– Ладно. В любом случае сейчас он уже не сможет мне как-то отомстить, слишком поздно.

От её слов по моей спине прокатился холодный озноб, но я кивнула.

– Продолжай.

– Он пришел ко мне около недели назад, в ночь накануне дня, когда ты видела меня в его офисе. Корбину нужен был артефакт способный убить вампира. Очень древнего и могущественного.

– И что ты ему ответила? – спросила я, подозревая, что Корбин отправился к ней сразу после того, как исцелил меня.

Она пожала плечами.

– Конечно, что это невозможно. Древнего вампира практически невозможно убить.

– Рассказывай подробней, – пробормотала я. – Ведь вот этим самым колом он грохнул одного из них прямо на моих глазах. Как у него это получилось?

Она занервничала.

– Я кое-что сделала. Единственный способ убить древнего вампира – принести огромную жертву. Очень важно...

– И что это было? – настаивала я, нахмурившись. – Что ты сделала?

Гвендолин сердито на меня посмотрела.

– Это темная магия, ясно? Я не должна была так поступать, бабушка умрет, если узнает. Но я слишком сильно нуждалась в том, что он предложил, и не смогла отказаться.

– Что он предложил?

Она вздохнула.

– Пузырек своей крови. Знаешь, насколько сильна кровь четырехсотлетнего вампира? Сколько ритуалов можно провести, скольким отомстить...

– Ладно, мне не интересно, как ты хочешь использовать кровь Корбина, чтобы отомстить обидевшим тебя в средней школе чирлидершам, – сорвалась я. – Просто расскажи мне про ту часть, где говорится о жертве – звучит не очень хорошо.

– Так и есть, – отрезала она. – Как ни крути это отвратительно. Я предупредила его, что это смертельно опасно, но Корбин заявил, что его это не волнует. Что он должен спасти любимую.

– Смертельно? – я практически прижала руку к сердцу, но потом вспомнила про то, что держала ненавистный кол. – Что ты имеешь в виду, говоря смертельно?

– Жертва – это жизнь за жизнь, – тихо объяснила Гвендолин, будто разговаривала с двухлетним ребенком. – Единственный способ убить древнего вампира – пожертвовать свою жизнь.

– О, боже... – я вспомнила, как Корбин пронзил колом сначала Родерика, а затем себя. – Значит... сначала кол нужно было окропить кровью Родерика, а затем своей?

Гвендолин кивнула.

– Именно так это и работает. После того как кол вкусил крови жертвы и его убийцы, то принимает подношение и медленно убивает обоих.

– Корбин умирает? – я не могла и не желала в это верить. Это не могло быть правдой, просто не могло.

Но ведьма лишь кивнула.

– Да. На самом деле я удивлена, что он продержался так долго.

– В смысле? – мне захотелось её придушить. – Хочешь сказать, что он умрет уже сегодня?

– Ну, возможно, и не сегодня, – она посмотрела на кол, всё ещё лежащий у меня на коленях и частично завернутый в жакет. – Судя по цвету рун у него в запасе есть ещё одна ночь, – она перевела взгляд на меня. – По крайней мере, у тебя есть время, чтобы попрощаться с ним.

– Послушай... – я схватила Гвендолин за пижаму и притянула к себе, вглядываясь ей в лицо. – Я не собираюсь прощаться с Корбином, потому что ты всё исправишь.

Ведьма вырвалась из моих рук, черты ее лица искажала ярость.

– Успокойся! Я не могу исправить темную магию. Это связывающее заклинание.

– Так убери его, – потребовала я. – Смотри, ты говорила, что заклинание связано с жертвой, верно? Что случится, если я... – я глубоко вздохнула и посмотрела на кол, лежащий на моих коленях. – Если я воткну его в свою грудь?

– Что произойдет, если ты воткнешь его в собственное сердце? Ты умрешь, – спокойно ответила Гвендолин. – Магия кола уже в действии – назад дороги нет.

– Ну, как-то же можно её изменить? – вскрикнула я. – Чёрт возьми, должен же быть способ!

– Что здесь происходит?

Неожиданно через парадную дверь на веранду вышла старушка с седыми, словно посеребренными лунным светом, волосами, облаченная в бледно-голубой халат. У нее была смуглая кожа, чуть темнее, чем у Гвендолин, но в остальном она выглядела, как точная копия внучки, только лет семидесяти и с невероятно острым взглядом.