Я снова взяла рацию.

– Говорите адрес. Я в пути.

*****

Местом преступления оказался удивительно симпатичный домик для среднего класса в Кэрроллвуде, одном из наиболее темных районов Тампа-Бэй. Я припарковалась и, выйдя из машины, показала свой значок офицеру у дверей.

– Вверх по лестнице, вторая спальня справа, – выпалил он, резко кивнув.

– Спасибо.

Я поднялась и прошла по коридору ко второй спальне. Казалось, окружающий меня воздух был пропитан сладковатым медным запахом крови. Я с замирающим сердцем поднырнула под желтую ленту, огораживающую место преступления. Мне действительно не хотелось это видеть, только не сегодня вечером.

Но едва я подняла голову, как передо мной предстал весь ужас произошедшего.

Человек на кровати, я так и не смогла определить, кто это, мужчина или женщина, хотя сделала ставку на женщину, оказался разорванным в клочья. Оторванные конечности вместе с остатками туловища всё ещё лежали на постели. Голова... ну, головы я не заметила. Возможно, она закатилась под кровать, или криминалисты её уже упаковали. Стены и простыни были забрызганы кровью, хотя не так сильно, как можно было ожидать, учитывая что именно тут произошло. Наверное, потому что большую часть высосал вампир, устроивший это безобразие. Ужасное зрелище, но, к сожалению, хорошо мне знакомое.

– Очень плохо, да?

Я обернулась и увидела детектива О'Мира из отдела убийств. Он мне нравился, нормальный мужик, который никогда не превращал работу в конкурс «у кого струя бьет дальше». В отличие от других парней, которые меня не особо жаловали из-за моей способности не поддаваться чарам вампира, чем сами они не могли похвастаться.

– Что мы имеем? – спросила я, несмотря на то, что место преступления лежало передо мной, как на ладони, напоминая пикник голодных львов.

Он вздохнул.

– Убийство. И уже раскрыто – преступник даже не пытается ничего отрицать.

– Он не скрылся? – удивленно спросила я. Большинство вампиров после произошедшего уезжали из города и залегали на дно настолько глубоко, что мы были вынуждены разыскивать их со специально обученной командой. У полиции был приказ просто отпускать их – нет смысла пытаться задержать существо, которое с легкостью вытрет тобой пол и разорвет пополам. Но вампир, который остался на месте преступления... это было в новинку.

– Она. Женщина по имени Синтия Торез, – поправил меня О'Мира. – И, да, она всё ещё здесь, и даже сама вызвала полицию, – он внимательнее посмотрел на меня. – Эй, ты в порядке? Извини, но ты выглядишь хреново, Годвин.

– Долгая история, – пробормотала я. – Так где говоришь, она находилась?

– Рыдает навзрыд в гостиной. Клянется, что это был несчастный случай, – он покачал головой. – Мне её почти жаль.

– Отлично, – пробормотала я.

Дерьмо. Только этого мне и не хватало – ещё больше слёз. Будто я сама не наплакалась за эту ночь. Но работа есть работа. Я глубоко вздохнула и спустилась по лестнице, куда мне указал О’Мира.

Я услышала тихие, разбивающие сердце всхлипывания еще до того, как вошла в отлично обставленную гостиную. Женщина сидела на темно-коричневом кожаном диване, уткнувшись лицом в ладони, а её плечи вздрагивали от рыданий.

– Эй... – я тронула её за руку, и вампирша, мгновенно подскочив, унеслась от меня чуть ли не на милю.

– Ох... – она посмотрела на меня, её щеки оказались измазаны кровавыми слезами. – Кто... кто вы? – прошептала она.

– Я офицер Годвин, аудитор, – ответила я, смотря ей прямо в глаза. – Хочешь рассказать мне, что случилось, Синтия?

– Я... он... он... – она покачала головой, и я поняла, что женщина сейчас снова разрыдается.

– Эй, – я присела рядом с ней и приобняла за плечи. – Всё хорошо. Просто сделай несколько глубоких вдохов. Детектив О'Мира наверху рассказал мне, что это был несчастный случай.

– Да, – она снова всхлипнула. – Клянусь, я не хотела причинять ему боль. Умоляла его и говорила, что не смогу себя контролировать, а он не слушал... не слушал.

– Ладно, давай начнем сначала, – я успокаивающе погладила её по руке. – О чём ты его умоляла?

– Не резать себя и не давать мне кровь, пока мы... – она покраснела. – Ну, вы понимаете...

Они в первую очередь вообще не должны были заниматься этим «ну, ты понимаешь», и я готова была поспорить, что Синтия прекрасно об этом знала.

– Тогда почему он пошел на этот шаг? – спросила я. – Зачем человеку в здравом уме так рисковать?

– Потому что он любил меня, – она опустила голову.

Ох. Отлично, это всё объясняло. Мне казалось, что это единственный разумный ответ на кучу глупых вопросов. Тем не менее, мне нужны были детали.

– Ему захотелось романтики, крови и секса? В одно время? – вежливо поинтересовалась я.

Синтия покачала головой.

– Нет, он думал, что исцелит меня.

– Исцелит, ты больна?

– У меня ноет вот здесь, – она приложила руку к сердцу. – Я мучилась от депрессии, а человеческие лекарства не действуют на мой вид.

Хмм, я никогда не слышала о вампирах, впадающих в депрессию, ну, кроме Тейлор. Будучи в плену у Селесты, Тейлор впала в депрессию и никак не могла с ней справиться. Видимо я раньше не слышала о вампирах-самоубийцах, потому что их создатели не давали им наложить на себя руки.

– Почему он решил, что сможет вылечить тебя? – всё так же решительно спросила я.

– Джейсон занимался исследованиями, когда мы встретились. Он профессор факультета исследования вампиров в университете Тампы. Или... или был им, – Синтия снова начала плакать. – Он... он попросил позволить ему изучить меня, а потом мы... мы...

– Влюбились? – догадалась я.

Она кивнула.

– Всё случилось так быстро. И прежде чем я осознала, мы уже слишком далеко зашли в этих отношениях. Я понимала, что это запрещено, но прекрасно себя контролировала. Джейсон всегда был таким ласковым и нежным. Он просто... я не смогла ему отказать.

– И как давно вы вступили в сексуальные отношения? – спросила я.

– Почти три месяца, – Синтия вытерла слёзы, измазав пальцы в крови. – Всё было так хорошо. Я хотела связаться с ним, сделать его, ну, вы понимаете...

– Чуть менее хрупким? – спросила я.

Синтия кивнула.

– Точно. Только я не могла просить его остаться со мной навсегда, не избавившись от депрессии.

– Возможно, тебе стоило обратиться к психотерапевту, – предположила я. – В городе есть несколько специалистов, работающих с вампирами.

– Знаю. И поверь, я обращалась к психоаналитику, – заверила она меня, широко раскрыв глаза. – Но Джейсон провел исследования и стал утверждать, что будет намного быстрее и лучше, если он заплатит кровавый долг.

Я насторожилась. Опять эта фраза. За всё время моей работы аудитором, а это было ни много, ни мало шесть лет, я ни разу не слышала о подобном, пока не столкнулась с Корбином.

– Что это? – спросила я, сгорая от любопытства услышать ответ.

– Под это определение, со слов древних вампиров, входит одновременный секс и поглощение крови, – Синтия снова вытерла слезящиеся глаза. – Мой создатель постоянно этим занимался. Он... утверждал, что кровавый долг исцеляет абсолютно от всех недугов: физических, умственных и эмоциональных – если отдается во имя любви.

Я посмотрела на неё, выгнув бровь.

– И ты знала об этом? Но не говорила Джейсону?

– Конечно, я не говорила ему об этом! Я не хотела его пробовать, – в её голосе прозвучало искреннее раскаяние. – Он как-то узнал об этом сам. Я пыталась втолковать ему, что между вампиром и человеком это не сработает. Вампир и оборотень – да. Вампир и вампир – да, хоть мы и не часто обмениваемся кровью. Даже для ведьмы со сверхъестественными силами это было намного безопаснее, чем для обычного человека.

– Так что ты ему сказала, когда он предложил заплатить за тебя кровавый долг?

– Конечно, я ему отказала! – ахнула Синтия. – Попыталась объяснить, что об этом не может быть и речи. Что я не смогу себя контролировать во время занятия... ну, вы понимаете.