– Но ты не убил, – мягко напомнила я. – Ты не убил меня, Корбин – я в полном порядке. Мы оба. Да, я подвергла себя риску, но оно того стоило.

– Нет, мы не в порядке, – выдавил он из себя, и сощурил глаза. – Пусть я и не убил тебя, но травмировал – причем сильно.

– Посмотри, – пробормотала я, протягивая к нему руку. – Я знаю, что слегка ранена, но…

– Слегка ранена? – повторил Корбин. – Эддисон, иди сюда.

Я, не раздумывая, шагнула к нему и остановилась, не дойдя до вампира двух футов.

– Зачем?

– Посмотри, – Корбин дернул за пояс зеленого кимоно, надетого на меня, и оно распахнулось.

Я взглянула на себя… и отшатнулась назад, задохнувшись.

Все мое тело было покрыто синяками. Руки, бедра, живот, грудь… все было в темных отметинах, по форме напоминающих пальцы Корбина.

– И это сделал я, – тихо прошептал он, в его голосе сквозила глубокая печаль и сожаление, заставляя мое сердце сжиматься от боли. – Я навредил тебе, Эддисон. И… фактически взял силой.

– Ох, да перестань, – возразила я. – Если там кто-то и принуждал кого-то, то это я – тебя. Это я приковала тебя цепями, помнишь?

– Да, и теперь я знаю почему, – Корбин потряс головой. – Тебе следовало бы знать, что серебряные цепи не смогут удержать вампира моего возраста и силы.

– Ну, я не знала. И тогда мне это казалось хорошей идеей. Корбин… – я подошла к нему ближе и положила свою ладонь на его руку. – Ты не принуждал меня, понятно? – с нежностью произнесла я. – Все, что там произошло, было по моему согласию.

Корбин нахмурился.

– Может, так и было в начале, но мне прекрасно известно, чем все закончилось. Милая… Я видел кровь на твоих бедрах. Я знаю, что я сделал. Насколько я навредил тебе.

Было так ужасно видеть столь сильную боль в его глазах. Словно кто-то проник в мою грудную клетку и сжал в кулаке сердце.

– Я знаю, как это выглядит со стороны, но на самом деле все совершенно не так, – заявила я. – Я имею в виду, что все могло быть, как ты думаешь. Я даже уверена, что все именно так бы и произошло, если бы я не поняла… не поняла, что нужно делать, чтобы все закончилось хорошо.

Корбин с горечью рассмеялся.

– Что-то что сделает изнасилование приятным? Какая ты оказывается умница.

– Это не было изнасилованием! – со злостью выплюнула я. – Это было подчинение.

– Что? – Корбин, нахмурившись, посмотрел на меня совершенно удивленными глазами.

Я опустила взгляд, не в силах посмотреть на него.

– Подчинение, – повторила я. – Ты вел себя… скорее, как животное, чем человек, пока… пока я не покорилась. У тебя были потребности, которые я решила удовлетворить. Я просто… дала тебе то, чего ты желал.

Корбин посмотрел на меня с каким-то странным светом в глазах.

– И ты охотно подчинилась мне? Это совсем на тебя не похоже, Эддисон.

Я запахнула кимоно и скрестила руки на груди, защищаясь.

– Да, ну… может быть, я изменилась.

– Ну а я – нет, – произнес Корбин мрачно. – Я – вампир, и вчера ты столкнулась с моей истинной сущностью.

– Может ты уже прекратишь с этой «о, я самый виноватый и ужасный монстр» хренью? – рявкнула я, теряя терпение. – Да, ты был не в себе и немного груб. Дьявольщина, Корбин, я была к этому готова. Хочешь знать правду? Я ждала, что ты разорвешь меня на кусочки.

Казалось, Корбин немного успокоился, но при этих словах его взгляд вновь стал хмурым.

– Тогда зачем ты рискнула? – настаивал он низким злым голосом. – Да будь оно все проклято, Эддисон – я был готов умереть. Я никогда не просил тебя отдавать свою жизнь, чтобы вернуть меня обратно. Подвергать себя риску быть убитой самым жестоким и болезненным способом из-за какого-то извращенного чувства долга.

– Ты думаешь, что я рисковала из-за этого? – потребовала я ответа. – Послушай меня, ты большая задница… – я подошла к нему ближе и со злостью ткнула пальцем прямо в центр его широкой груди. – Я сделала это совершенно не из-за чувства долга, не из-за того, что считаю себя чем-то тебе обязанной в связи со спасением Тейлор, ни из-за того, что ты спас меня от Родерика или какой-то еще подобной чуши. Я пошла на это, потому что люблю тебя! А ты еще больший идиот, чем я считала, если не видишь этого.

Глаза Корбина сначала распахнулись, а затем он, прищурившись, посмотрел на меня.

– Врешь.

– Что? – я уставилась на него, качая головой. – Я тебе говорю, что люблю тебя, а ты утверждаешь, что я вру? Какого дьявола ты несешь такую околесицу?

– Когда я давал тебе свою кровь, пытаясь исцелить от ранений, нанесенных мною же, ты оттолкнула меня, – в голосе Корбина звучало обвинение. – Ты сказала: «Только не это! Что угодно, но только не это!».

Меня неожиданно окатило холодом, когда я вспомнила вкус его крови у себя во рту.

– Я говорила о том, что ты можешь превратить меня в вампира. Ты… ты же этого не сделал, да? Потому что я люблю тебя Корбин, но не желаю быть такой как ты. Питаться кровью, никогда не выходить под солнечные лучи… это мне не подходит. Ты же сможешь понять меня, правда?

– Могу, – кивнул он, а выражение его глаз внезапно стало мягче. – Прости меня. Я думал, что ты отвергаешь мою кровь, потому что не хочешь, чтобы я связал тебя со мной.

– Что? – это было что-то совершенно новое, о чем я даже и не думала. – Ты связал себя со мной? Наши жизни? На всю вечность?

– Ну, по крайней мере, до тех пор, пока я жив, – ответил Корбин. – Это был единственный способ спасти твою жизнь. Я взял слишком много твоей крови – ты умирала, Эддисон, – в его голосе проскользнули умоляющие нотки. – Пожалуйста, не говори мне, что ты скорее бы умерла, чем оказалась быть связана со мной.

– Могу попросить тебя о том же, – отметила я. – Ты принял решение за меня, даже не спросив.

– Я не думал, что это будет для тебя важно, – его глубокий голос стал мягким, практически задумчивым.

– Вообще-то, это для меня важно. Я люблю тебя, будь ты проклят, – ответила я, снова ткнув пальцем Корбину в грудь.

Вампир поймал мой палец своей огромной ладонью, а затем потянул к себе, пока я не оказалась плотно прижатой к его телу.

– Эддисон, – пробормотал он, обхватывая мое лицо обеими руками. – Я полюбил тебя с того самого момента, когда впервые увидел. Скажи, что ты останешься со мной, пообещай, что никогда не бросишь.

– Клянусь, – прошептала я, и Корбин поцеловал меня, сначала нежно, а затем с все возрастающей страстью.

Мы только начали входить во вкус, когда кто-то начал колотить в дверь кабинета.

Стук в дверь все никак не прекращался, пока Корбин не отстранился, разорвав наш поцелуй, с выражением раздражения на лице.

– Ну и кто это?

– Может быть Бэмби? – спросила я, ухмыляясь – Она ненавидит оставаться в стороне от возможных сплетен.

Высказавшись вполголоса в адрес назойливых барменш, Корбин отправился открывать дверь. Он собирался высказать все, что думает об этой незадачливой Бэмби, но за дверями оказалась Тейлор. В ее взгляде, устремленном на Корбина, сверкала решимость.

– Мастер Корбин, – произнесла она, задрав подбородок. – Я знаю, что теперь вы мой господин, и я должна исполнять любую вашу прихоть, но я не собираюсь сидеть, сложа руки, пока вы принуждаете Эддисон делать хоть что-то против ее воли. Она мой лучший друг и заслуживает большего, нежели...

– Спокойно, подружка, – позвала я, взяв Тейлор за руку. – Корбин ни к чему меня не принуждал – если уж называть вещи своими именами, то это скорее я вынудила его делать то, что он не желал, – я ухмыльнулась Корбину и заметила, как уголок его рта скривился в легкой ответной усмешке.

– Он не заставлял? Но... все мы слышали крики, – Тейлор все еще выглядела расстроенной. – И никто даже не подумал пойти сюда, чтобы узнать, что происходит, но я не хочу, чтобы тебе причинили вред, Эддисон. Ну, я имею в виду, больший, чем уже есть... – она окинула меня взглядом, и я посильнее запахнула зеленое кимоно. Не сомневаюсь, что она видела синяки и пришла к тем же выводам, что и Корбин.