– Я знаю. – Подойдя к камину, Тор уставился на пламя. – Я… эм, три ночи назад моей Велси исполнилось бы двести двадцать шесть лет. А моему сыну, которого она носила – два с половиной года. Думаю, это повлияло на меня.

– Черт, – выдохнул Король. – Я забыл.

Брат пожал плечами.

– Это не оправдывает мои действия. Я совершил недостойный поступок по отношению к тебе и к себе самому. Но я все равно должен сказать… – Тор прокашлялся. – Долгое время я искал своего рода отмщения и нашел для него неподходящую цель. Настоящая мишень моей ярости – судьба, которую невозможно ни заколоть, ни застрелить. Просто… в одни ночи принять это сложнее, чем в другие.

Откинувшись на своем троне, Роф прислонился головой к резной спинке наследного кресла. Мгновение спустя, он указал на дверь.

– Оставьте меня. Оба. Голова сейчас взорвется, и я не хочу оплачивать химчистку ваших гребаных футболок.

Тор низко поклонился.

– Как пожелаешь, мой господин. Мы с Осенью уедем…

– Без обид, – пробормотал Роф, – но заткни уже рот, ладно? Просто оставь меня. Увидимся завтра ночью первым же делом, и приведи остальных братьев. Уходи. Уходи.

Оказавшись в коридоре, Тор подождал, когда его брат Вишес закроет дверь и посмотрит ему прямо в глаза.

– Просто чтоб ты знал, – произнес мужчина, – Кор все отрицает.

Тор нахмурился.

– Прости, что?

Прикурив самокрутку, Ви выдохнул дым, словно какое-то проклятье.

– Я был там, когда Роф спросил его, кто в него стрелял, а Кор отказался сдать тебя. Он знает, что это был ты?

– Да.

– Кто еще был с тобой? – Не получив немедленного ответа, брат подался вперед и направил на него самокрутку. – Так и знал. Ты велишь Куину бросить это дерьмо, или это сделаю я. Я не фанат Кора, плевать хотел на него и Шайку Ублюдков. Убей их, оставь их в живых, мне фиолетово. Но Роф прав. Мы тысячелетие воевали, чтобы пророчество о Разрушителе крепко схватило Омегу за задницу, и это время пришло. Нас ничто не должно отвлекать. Довольно мелочного дерьма.

– Я не могу контролировать Куина. Никто не может. Пару ночей назад мы все убедились в этом, не так ли?

– Вот ведь засранец. Он должен взяться за ум.

Когда Ви посмотрел вниз по коридору, словно собирался пойти к парню, Тор преградил ему дорогу.

– Я поговорю с ним. Может, меня и выперли из Братства, но посланник из тебя отстойный.

– Я не настолько плох.

– По сравнению с бензопилой, возможно и так. Но вспыльчивый сукин сын, который в очередной раз пойдет в разнос, нам сейчас ни к чему. Все на взводе.

Ви воспользовался кончиком самокрутки в качестве указки.

– Исправь это дерьмо, Тор. Или это сделаю я.

– Сегодня ты второй, кто говорит мне это.

– Тогда за дело.

На этой ноте Ви ушел, спускаясь по парадной лестнице с такой физиономией, будто его ждала работенка, включающая в себя применение удушающего захвата к раздражающему его субъекту.

Убедившись, что поблизости никого нет, Тор направился к коридору со статуями и прошел дальше, миновав объемные изображения людей в боевых позах. Он тихо постучал в третью дверь, и, получив разрешение войти, снова огляделся по сторонам.

Проскользнув в спальню Куина, точнее в комнату, где жила Лейла, Тор быстро прикрыл панель и едва не запер на замок.

Куин стоял у кроваток младенцев, возился с бутылочкой.

– Привет, – не поднимая глаз, сказал парень.

– Нам нужно поговорить.

– Да? – Брат оглянулся. – Ты убил его?

– Нет, но меня только что выперли из Братства.

Выпрямившись, Куин развернулся.

– Что?

– И Роф прав.

– Подожди, то есть Кор, как трусливый сосунок, побежал к Королю и…

– Он соврал. Ради нас с тобой. Кор отказался сдать нас. Он отказался сообщить Рофу, что мы сделали.

– Ну разве он не гребаный герой. – Куин нахмурился. – Если проболтался не он, то тогда кто?

– Лейла все выяснила. Она пришла ко мне, Лейла видела, что его подстрелили, и не поверила, когда Кор сказал, что это были лессеры. А я не стал отрицать, когда Лейла спросила.

– Ах, да, образцовая Избранная. – Куин сосредоточился на малышах. – Она такая надежная, да? Всегда готова поддержать своего мужчину. Очень жаль, что такого рода верность не распространяется на нас.

Тор покачал головой.

– Не делай этого, Куин. Может я и ушел, но завтра ночью там будешь ты.

– Завтра ночью? Что происходит?

– Назначена встреча Братства и Шайки Ублюдков. Ты услышишь об этом первым делом сразу же после захода солнца. Роф соберет всех Братьев и поведет вас на встречу с ними, поэтому ты сам станешь свидетелем их клятвы Кору.

– С какого хрена меня должно это волновать? – Брат отнес бутылочку в ванную комнату и вернулся, вытирая руки полотенцем. – Мальчики Кора хотят вместе подрочить ублюдку, это не мое дело.

Тор покачал головой, чувствуя, что вскочил на поезд Рофа, идущего до станции «Взрыв Черепа»: за какие-то полчаса он впервые в жизни чуть не ударил женщину, узнал, что у него есть давно потерянный брат, и его вышвырнули из Братства.

Слишком много, чтобы осознать, слишком много, чтобы осмыслить.

Тор хотел одного – найти Осень и поговорить с ней, сказать, что ему жаль… ведь благодаря его поганому решению им придется искать новое место жительства.

Боже, его ли это жизнь?

– Не делай этого, – Тор услышал свой голос. – Пожалуйста. Я отпустил это дерьмо. Тебе следует поступить также.

– Я никому ничего не должен. – Брат показал на колыбели. – Только заботиться об этих малышах и убедить Блэя вернуться домой к нам. Это все, что я кому-нибудь должен.

– Включая Рофа? Братство? Людей в этом доме?

Когда Куин замолчал, Тор показал на угол, где раньше красовались дыры от пуль… доказательства темперамента Куина, ясное дело, были заштукатурены и закрашены.

– В последнее время все словно сорвались с цепи. И вот что случается, когда эмоции зашкаливают, логика вылетает в окно, а стресс правит бал. Ты прав, тебе нужно заботиться о детях. Но делай это так, чтобы не сдохнуть в процессе. Если ты начнешь стрелять в Кора до, во время или после этой встречи, погибнут люди. Скорее всего, основные потери понесут Ублюдки, возможно, ты даже убьешь Кора, но бронежилеты защищают лишь сердце, и если ты хочешь позаботиться о детях должным образом, то сделаешь так, чтобы вернуться домой на рассвете. Потому что я тебя уверяю, среди наших тоже будут потери, и в их числе можешь оказаться и ты.

Куин повернулся к колыбелькам, и казалось неприличным, неуместным, да просто неправильным, как ни крути, что они вели подобного рода разговор рядом с невинными малышами.

– Это тебе не кучка гражданских, – подчеркнул Тор. – Завтра ночью ты встречаешься с Ублюдками не в гостиной, чтобы обменяться бумажками. Я снова повторю, если ты решишь взять дело в свои руки, погибнут люди. И, случись такое, а так оно и будет, тебе придется смотреть в глаза своим подросшим детям, имея на совести все эти смерти. Ты превратишь их отца в убийцу, а Рофа поставишь в ужасное положение… в очередной раз… при условии, конечно, что вы оба выживете. Подумай об этом. Спроси себя, стоит ли того месть.

Развернувшись, чтобы уйти, Тор остановился.

– Однажды, я едва не стал отцом. Это была работа, которую я ждал, о которой молил. Я пошел бы на все, чтобы как ты стоять сейчас над кроваткой. Жертва – понятие относительное… а тебе есть что терять, и все из-за мужчины, который никак не повлияет на ход твоей жизни. На этот раз не будь ослом, брат мой, не нужно.

– Пожалуй, это все решает.

Стоя над кроватью, покрытой кровью, Тро посмотрел на свой воздушный шар, как он привык называть тень, и улыбнулся.

– А ты действуешь продуктивно.

Существо слегка качнулось над ковром, и можно было предположить, что оно обрадовалось похвале. А может и нет. Но это было неважно. Его тень не отказалась, когда Тро приказал убить супруга его любовницы, и вполне успешно справилась с заданием. Существо с готовностью взялось за кинжал, которым его обеспечил Тро, последовало за ним дальше по коридору, словно собака за своим хозяином, а когда Тро, открыв дверь, указал на сидящего в изголовье кровати старика, смерть пришла так быстро, что он не успел и моргнуть.