Я опустил свою заброшенную за голову руку.

– Нет.

– Это хорошо, – он пополз по мне вверх и поцеловал в подбородок. – Значит, миссия выполнена.

Повернувшись на бок, я притянул его к себе. Между нашими обнаженными телами не осталось ни миллиметра свободного пространства, и я ощущал громкое бум-бум-бум его сердца. В подобные моменты меня всегда тянет вскочить на кровати и начать петь.

Э-э-э, пожалуй, с этим можно и повременить.

– Можно я тебе кое-что скажу? – поцеловав меня, он легонько потряс меня за плечо, чтобы я посмотрел на него.

Я открыл глаза. Он явно нервничал; такое выражение уже появлялось на его лице, когда я заявлялся к нему, одетый во что-нибудь нереально крутое, а он словно хотел дать мне взамен пару своих старых джинсов и футболку. В его карих глазах сверкали золотистые пятнышки, пока он изучающе смотрел на меня.

– У меня для тебя кое-что есть.

Ого. Это про какую-то другую нервозность.

И, конечно же, он полностью завладел моим вниманием.

– Подарок?

Уилл со смехом повернулся ко мне спиной и залез в ящик прикроватной тумбочки. С него соскользнуло одеяло, и я провел рукой по его спине.

– У тебя не только идеальное имя и спина. Ты не только умеешь печь и уважаешь мою любовь к бойз-бендам. Еще и подарки делаешь? И как я стал таким везунчиком?

Каждый день я благодарил вселенную за припозднившийся поезд метро, потому что:

1. Уилл Перкинс опоздал на собеседование к Максу и Саре Стелла по поводу работы няней.

2. Он был все еще там, когда я забежал к ним переодеться, поскольку меня обрызгала грязной водой проезжающая мимо машина, и к Саре было просто ближе, чем домой.

3. Они нас познакомили.

4. Я смеялся и флиртовал с ним уже потому, что его звали Уилл.

5. Он так смотрел на мою промокшую насквозь и прилипшую к груди рубашку, словно только что обрел веру.

Всегда знал, что быть с Уиллом мне было предначертано судьбой. Просто в первый раз выбрал не того Уилла.

Я уже давно стал объектом шуточек за свою веру в любовь с первого взгляда, но, мать вашу, можете трахнуть меня шипастыми лубутенами, если я в итоге не оказался прав.

Только Хлои не говорите. А то с нее станется воплотить это образное выражение в жизнь.

Перевернувшись обратно, Уилл положил мне на ладонь маленькую коробочку, и весь мир словно накренился.

Поначалу я ожидал какой-нибудь яркий леденец, который он купил в одну из прогулок с Айрис и Аннабель, или подарочный сертификат на замену подметок моих любимых туфель, преждевременную кончину которых я уже было начал оплакивать, а Уилл Перкинс всегда был очень заботлив. Но этот подарок так ловко лежал на моей ладони. Тяжеленький. А коробочка была черной, с мягкой обивкой и ощущалась… многозначительной коробочкой.

Ощущалась той коробочкой, которую Уилл Перкинс мог бы вручить своему бойфренду Джорджу Мерсеру на их первую годовщину и сказать нечто важное и меняющее судьбы.

– Это запонки, да? – спросил я.

Он широко улыбнулся, а когда прижался ко мне, ему на лоб упала прядь светлых волос.

– Ты же их не носишь.

– Потому что не понимаю их – но не потому что я так себе модник, – заверил я его.

Уилл засмеялся и поцеловал меня в нос.

– Ты очень даже модник. Но беспокоиться о таких вещах, как запонки, вынос мусора или ремонт измельчителя отходов, тебе точно не стоит.

Мои глаза засияли восторгом.

– Ты починил измельчитель?

– Только больше не запихивай туда очистки от моркови, Персик. Они его и забили.

Протянув руку, я сгреб в кулак его волосы. Кто бы мог подумать, что бытовые разговоры станут моими любимыми.

– Я люблю тебя.

– Я тебя тоже люблю, – ответил он, а потом нахмурился. – Может, хочешь, чтобы я сам открыл?

Я опустил взгляд на свою руку, замершую между нами. На коробочке тонкими золотыми буквами было написано: «Картье».

– Серьги? – шепотом спросил я.

Уилл покачал головой.

– У тебя не проколоты уши.

– Какие-нибудь необычные наушники?

– От Картье?

Подняв голову и посмотрев ему в глаза, я почувствовал, как от наплыва эмоций начало жечь глаза и стиснуло горло. Черт.

– Ты уверен? – спросил я. – Я шумный и неорганизованный. И сую морковные очистки в измельчитель.

Покачав головой, он провел пальцем по моей нижней губе.

– Если ты не откроешь, у меня не будет шанса спросить, Джи.

Коробочка открылась с еле слышным звуком. Внутри лежало тяжелое кольцо из титана.

– Джордж, – тихо сказал он и поцеловал меня. Я чувствовал, как он дрожал. И видел, как дрожали мои руки.

– Да?

– Давай поженимся?

Мне трижды пришлось сглотнуть, прежде чем смог произнести одно короткое слово.

Но вслед за моим хриплым «Да» последовало его радостное «Да?» А потом все превратилось в сотню легких поцелуев и один долгий, длящийся все время, пока он перекатился наверх, после чего тяжело выдохнул у моей шеи.

Я был готов провести в таких объятиях всю свою жизнь.

А за еще хотя бы один чертов час в этой постели я бы отдал свою новую сумку-мессенджер от «Гуччи».

Но Сара, этот гребаный Беременный Монстр, уже звонила раз пять, пока мой бойфренд – жених! – трахал меня до потери пульса. А пять пропущенных звонков намекали, что ей есть что сказать.

Прижав голову Уилла к своей груди, я поднес телефон к уху, чтобы прослушать сообщения голосовой почты.

– Уилл.

Он прижался поцелуем к моей груди, прямо над колотящимся сердцем.

– М-м-м?

– Нам срочно кое-куда пора, малыш.

Эпилог от лица Стервы

Хлои

(примерно девять месяцев назад)

Ко мне сзади подошел Беннетт и крепко ухватился за бедра.

– Я в бар. Принести чего-нибудь?

Развернувшись к нему, я улыбнулась, когда его губы пропутешествовали по моей скуле и вниз по шее.

– Не нужно.

Отстранившись, он внимательно изучил мое лицо.

– Уверена? Голова все еще болит?

Моргнув, я отвела взгляд, не желая, чтобы он в моих глазах заметил ложь.

– Немного.

Уже начиная отворачиваться, он остановился и наклонил голову, чтобы встретиться со мной взглядом.

– Может, воды или чего-нибудь еще? – предложил он.

– Воды, да. Спасибо, детка.

Спустя десять минут он нашел меня у танцпола, где я зачарованно смотрела на молодоженов. Я их не очень хорошо знала; они просто коллеги в деловых кругах, но было что-то волнующее в выражении их лиц, как будто они находились в пиковой точке приключений, и это отозвалось тихим настойчивым гулом в моей крови.

– Ты как? Нормально? – он подошел ко мне сзади и поцеловал в шею.

Я кивнула и, взяв у него стакан воды, махнула рукой в сторону этой пары, танцующей в центре площадки под открытым небом.

– Стою наблюдаю за ними.

– Хорошая свадьба.

Прислонившись к нему, я почувствовала, как мое тело расслабляется от тепла и только одного его сильного присутствия. Беннетт сделал глоток скотча и одной рукой обнял меня за талию.

– Она потрясающе выглядит, – заметила я, глядя на невесту в ее изумительном платье жемчужного цвета.

– Он явно с тобой согласен, – приподняв подбородок, ответил Беннетт. – Он практически съел ее лицо во время поцелуя.

Развернувшись к нему лицом, я слегка отпрянула от сильного запаха скотча.

– Поставь его, – сказала я. – Потанцуй со мной.

Беннетт сладко надул губы.

– Но я только начал.

– Предпочтешь им умыться?

Поставив стакан на соседний столик, он сплел наши пальцы вместе и повел меня на танцпол.

Почувствовав его руку у себя на пояснице и то, как Беннетт притянул меня к себе – Боже, помоги мне – я подумала, что он инстинктивно сделал это особенно осторожно, без обычной для Беннетта Райана властности.

– Что-то ты тихая сегодня, – наклонившись поцеловать мое голое плечо, сказал он. – Точно все в порядке?