Сковорода горько усмехнулся. Он говорил скорее для себя, чем для меня, впервые за весь год выплескивая наболевшее.
- А дальше что? - спросил я, чтобы поддержать разговор.
- Интересно? - прищурился Сковорода.
- Не особо...
Он хмыкнул:
- Врешь! Тебе не просто интересно, ты слушаешь, затаив дыхание, потому что хочешь знать, как это будет с тобой...
- Да пошел ты со своими байками, урод! - взорвался я. - Я не мутант, понятно тебе?
- Не мутант, говоришь... Ну-ну... - Сковорода снова усмехнулся и продолжал рассказывать: - Остапенко скрутило первого... Во время еды я случайно порезался ножом. Несильно, но Остапенко, как увидел кровь, будто с катушек слетел... Мы тогда в палате одни были... Короче, Остапенко в мгновение ока переменился... Все пытался мой палец, с которого кровь капала, себе в рот запихнуть. Я вначале обалдел, попробовал его словами образумить, а потом не выдержал, в морду дал. Вырубил я его и хотел, было, начать в дверь колотить, чтобы позвать кого-нибудь. Но тут смотрю, а ранка-то у меня зажила. Не просто кровь остановилась, а даже следа от пореза на коже не осталось! Тут я призадумался. Снова себя ножом резанул. Ранка буквально на глазах затянулась... А пока я сам с собой эксперименты проводил, Остапенко очнулся. Взгляд дикий, затравленный. Смотрит на меня и рычит, прикинь? И главное, стоит на четвереньках, как зверь, изо рта слюна капает... А у меня тогда как раз впервые способности к гипнозу проклюнулись... Сейчас-то я знаю, что когда человек в меченосца превращается, это вторая стадия мутации. Первая: появление способности к регенерации, вторая: гипнотические способности, третья: увеличение скорости движения и прочих реакций, и напоследок: изменение одной из конечностей. У меня последняя стадия почти год длилась и только на днях закончилась...
'Эта стадия не последняя. Последняя - полная деградация мозга'. Вслух я фразу не произнес, но подумал четко, выразительно, и посмотрел на меченосца, проверяя его реакцию. Мне хотелось знать, умеет ли он читать мысли.
Сковорода реакции не выказал. Значит, он гипнотизер, а не телепат, то есть подчинять своей воле умеет, а мысли читать нет.
Вообще, меченосцы, в отличие от шептунов, гипнотизеры довольно слабые - могут воздействовать только на зомби и тех из людей, кто легко поддается внушению. И все же меченосец - опасный противник. Хотя я рад, что столкнулся с ним, а не с шептуном...
- Ты хорошо разбираешься в мутациях, - сказал я. - Сразу видно, изучал вопрос. Беседовал с учеными?
- Нет, конечно. Я же не полный идиот. Узнай хотя бы один из 'ботаников', что я меченосец, думаешь, меня отпустили бы?
- Вряд ли.
- Вот то-то и оно. Меня порезали бы на кусочки и распихали по своим вонючим пробиркам. Именно это они сделали с Остапенко.
- Прикончили его?
- Изучили, - с саркастической ухмылкой возразил Сковорода. - Остапенко в упыря начал превращаться. Его мутация быстрее моей пошла.
- А тебя отпустили?
- Сам сбежал. Говорю же, у меня тогда гипнотические способности проснулись. Ну, я и приказал одному из лаборантов дверь открыть... Ушел в дикие земли. А куда мне еще оставалось идти? Нашел брошенный блокпост... Вначале, правда, к шаману завернул, из этих, идолопоклонников. Думал, вылечит он меня.
- А он отказался?
- Он сказал, что я здоров. 'Если тебя подстрелят егеря или хуги порвет, приходи, - говорит, - вылечу, а сейчас ты здоров'. Мутация - не болезнь. Это измененное состояние организма, так мне шаман сказал. Понял? Не болезнь, а стало быть, и не лечится.
Мы помолчали.
- А нас зачем к себе приволок? - спросил я. - Вон зомби у тебя и так полно. Откуда ты их только берешь?
- Это все в основном бродяги-одиночки, они вечно лезут в самое пекло. Хотя и солдаты попадаются. Даже один ученый есть, со Стрелки. Пошел свои травки-цветочки собирать и вляпался. Ко мне он уже в виде зомби попал. Я посылаю своих ребят по округе, чтобы они таких вот новичков собирали.
- Зачем? Ну, то есть понятно, ты их жрешь потихоньку, но зачем тебе так много зомби? Штук двадцать уже собрал, да?
- Девятнадцать, - поправил Сковорода. - Но надо больше. Чтобы три полных взвода было.
Понятно. Хочет, чтобы все как в его прошлой жизни: блокпост и воинский контингент. Поэтому всех зомби переодевает в форменные бронекостюмы. А интересно, учения с ними часом не проводит?
Впрочем, мне на это плевать. Для меня сейчас главное - вырваться на свободу...
- Слышь, сержант, мне отлить надо. Выпусти меня в туалет, - попросил я.
- Ты останешься в клетке, - отказал Сковорода. - Но я сейчас кликну часового, он принесет тебе утку.
- Зачем такие сложности? Не проще ли отвести меня в отхожее место или хотя бы просто во двор?
- Нет! - повысил голос Сковорода. - Ты отсюда не выйдешь!
Ах, ты ж гнида лупоглазая! Ну, ладно...
- А поесть у тебя чего-нибудь не найдется? - спросил я. - От голода аж живот сводит.
- Накормлю, конечно, - проявил гостеприимство меченосец. - Сейчас у зомби кусок отрежу и принесу.
Я стиснул зубы: издевается, гад!
Увидев, как потемнело мое лицо, Сковорода удивленно спросил:
- Ты чего? Разозлился? Хочешь съесть его целиком? Так бы сразу и сказал. Пожалуйста, мне не жалко.
И тут меня прямо-таки торкнуло - да он, похоже, предлагает всерьез! Не издевается, а, в самом деле, предлагает мне съесть зомби! Ну да, конечно - сам ведь он только ими и питается. Для меченосца зомби - привычная еда. А Сковорода искренне думает, будто я - такой же, как и он - мутант.
У меня в глазах потемнело. Снова вспомнился пронзительно желтый свет на Октябренке, неестественно бледная земля. Я сам сижу возле остатков бункера, сжимаю в руке кусок человеческого мяса и всерьез собираюсь его съесть...
- Эй, Бедуин, - как сквозь вату донесся голос Сковороды. - Очнись! Ты в порядке?
- Д-да... - Меня трясло, как в лихорадке. Зубы отбивали дробь. По лицу и телу струились целые реки пота.
- Ломка, - констатировал мутант. - У меня тоже так было. Организм перестраивается. Ничего, скоро пройдет. Самочувствие будет отличным, только рука время от времени будет болеть просто зверски... Но сейчас тебе и впрямь надо поесть.
- Нет!
- Нет? Но ты же сам только что просил... - Он осекся. - Понятно... И как я сразу не догадался... Ты пока еще человеком себя чувствуешь. При мысли, что станешь есть зомби, чуть не блеванул, да? Со мной тоже так было... Но тебе все равно надо поесть. Имеется у меня ящик консервов. Самых настоящих, не бойся. Говяжья тушенка очень неплохого качества.
- Откуда такая роскошь в этой глуши? - прохрипел я. Дрожь почти прошла. Ломка, если это и впрямь была она, утихла. А вот голод остался. И невыносимо сильно захотелось пить.
- С неделю назад в округе разбился вертолет. Из тех, что летают на Стрелку, - пояснил меченосец. - Мы с ребятами весь груз из него вытащили и на блокпост принесли. Там много всего было. И тушенка в том числе.
- Это не тот ли вертолет, который лежит за Золотым гольцом? В низине?
- Вроде тот.
- А ты случайно его дозиметром не проверял?
- Нет, конечно! - Меченосец фыркнул. - Ни мне, ни моим ребяткам радиация теперь не страшна. А почему ты спрашиваешь?
- Да так... Побывали мы с Потапом в том вертолете, вот и волнуюсь, как бы нам с ним лучевую болезнь не подхватить.
- Смешно. - Сковорода укоризненно посмотрел на меня. - Потап - зомби, ты - меченосец, поэтому вам радиация больше не опасна, можете хоть прямиком в ядерный реактор забраться. Или ты все еще веришь, будто вы с Потапом остались людьми?
Я молча указал на прострелянное плечо. Рана несильно, но кровоточила.
- Странно, - констатировал меченосец. - Должно было уже зажить. Почему же у тебя до сих пор не начался процесс регенерации тканей?