Я разглядываю тень у левого края стены: кто-то всплыл близко к поверхности. Я не знаю, что это, и мой внутренний голос отчаянно вопит, призывая к осторожности. Одно я знаю точно: этой тени просто неоткуда взяться.

С замиранием сердца ожидаю беды, стою, не шевелясь. Но уже поздно: свет браслета, как маяк, привлек любопытных хищников. Тень, которая лежала неподвижно, вдруг поплыла в мою сторону. Бежать по воде, когда она тебе по колено, невероятно трудно, особенно если еще и стараться двигаться как можно быстрее. Пока я мчусь (очень, очень медленно) по затопленному туннелю, за моей спиной из недр подымается нечто огромное, склизкое, напоминающее древнекембрийского трилобита, обитавшего в море миллионы лет назад. Но те трилобиты были просто крохотными и едва ли состояли в родстве с двухметровым существом, которое резво плывет за мной, издавая что-то вроде свиста.

Мои ботинки скользят по склизким массивным ступеням, но я влетаю в сухой и прохладный коридор с высокими стенами и потолком. Свирепое создание не отстает: я слышу неприятное шарканье длинного тела по каменному полу. Мощный комок мышц свистит, шипит, урчит и издает еще черт-те какие звуки.

Я мчусь без оглядки, чувствую затылком тяжелое дыхание в миллиметре за спиной.

Первый удар проходит мимо. На меня вдруг накатывает паника. Никогда в жизни я не испытывал такого сильного отчаяния. Силы иссякают, ноги начинают заплетаться, сознание норовит отключиться. В последние часы подобное состояние преследует меня. Я чувствую резкое дуновение ветра в районе поясницы и вдруг отчетливо понимаю, что это существо вновь бросилось вперед, но опять промахнулось и теперь продолжает смертельную охоту за прыткой добычей.

Проскальзываю в первую попавшуюся дверь, и перед моим носом разъезжаются две массивные плиты. Я оказываюсь в круглом зальчике – еще одна из десятка развилок на моем пути, только стены здесь сложнее, искрит током на полу вырванный провод.

Мое падение на ровном месте может показаться странным, но на самом деле у меня начался приступ головокружения. Пространство поплыло, и я падаю без чувств на пол. Кожей ощущаю тварь рядом. Сначала сдавливает щиколотки, затем острая боль вонзается в голени, бедра, внутренности, я вскрикиваю. Проваливаюсь в забытье, через минуту прихожу в себя и вижу, как склизкое светло-серое тело скручивается вокруг меня в спираль. Меня трясет в лихорадке, я захлебываюсь в собственном поту. Злобный червь поднимает надо мной безликую морду, свирепо, торжествующе свистит, распахивает шарообразную пасть с рядом острых маленьких зубов, по которым стекает нитями слюна.

Я чувствую, что стальные мышцы ломают меня, я начинаю сипеть, а потом сжимаю челюсти от острой боли в ребрах.

У меня перехватывает дыхание, перед глазами пляшут разноцветные пятна, из груди вырывается сдавленный хрип. Что происходит? Почему я позволил себя схватить? Куда делась моя сила и бешеное стремление выжить? Я сумел вырвать из бреда и несвязных воспоминаний о своей далекой жизни образ Миры Джонс.

На секунду, только на миг, вспомнил, как я подставил невинное создание, обрек ее на погибель, не смог защитить от Демона. И когда меня уже должны были начать поедать, слышу приглушенный стон. Оказывается, у меня заложило уши, и я едва отличил звон в ушах от визга или выстрела.

Я с силой отрываю голову от пола. Мне чудится грохот, но я не могу понять, что это за звуки, что они означают. Воздух пропитывается запахом пороха. Наконец, мне удается разглядеть, почему ползучую гадину колошматит в неистовстве. В ее теле, посреди рваного месива, что-то торчит. Из дыр вытекает ручьями бледная жидкость, несколько омерзительно вонючих капель попадают мне на лицо и в рот, и меня чуть не выворачивает наизнанку.

– Только попробуй сожрать моего брата! – слышу знакомый голос. Я не могу сейчас думать, меня мучат боль и удушье, я чувствую, как постепенно проваливаюсь в забытье.

Смертельные тиски слабеют, и я могу свободно вздохнуть. Червь рассержен тем, что его пир прервался, но и обрадован новым мушкам, подоспевшим прямо к трапезе. Он решил вначале наказать обидчика, пронзить его невидимым жалом, а потом вернуться и расправиться со мной. Тварь наконец выпускает мое измученное тело из своих смертельных объятий. Я ничего не чувствую, только мучительно сдавливает глотку и душит надсадный кашель.

Я ничего не вижу, но узнаю этот голос. Когда-то, быть может, в другой жизни, он принадлежал моему брату Доминику. Но как он здесь оказался? Ведь никто не знает, где я.

Где-то поблизости рычит волк. Я валяюсь в пустом зале, освещенный вспышками и грохотом молний. Один за другим, выстрелы находят цель снова и снова, а гигантский червь продолжает бороться, не оставляя попыток выбить ствол из рук Доминика, обвиться вокруг него, раскрошить кости, а затем проглотить.

Нападающий не теряется, он подманивает обезумевшего червя-трилобита к себе. Тот никак не решается напасть, он оказался между человеком и животным, и теперь по очереди отпугивает их от себя шипением. Доминик подскакивает к искрившему молниями проводу, вытягивает его из короба и всаживает глубоко в разверзшуюся пасть. Раздается громкий визг, полный боли и ненависти.

Доминик еще раз стреляет в голову чудовища и обходит его со всех сторон, чтобы убедиться в его смерти.

Я откидываю голову назад, чтобы разглядеть, что там, черт возьми, происходит. Кто-то пытается облизать мой грязный потный лоб. Я узнаю учащенное дыхание, стучащие рядом по полу острые коготки.

– Джек, как я рад тебя слышать. Ты живой, – я опять кашляю и хриплю.

Я вновь чувствую удушье. Краем глаза замечаю приближающийся размытый силуэт высокого мужчины. Он спешит ко мне, а я едва удерживаюсь на грани сознания.

– Майки, ну ты как? – голос брата дрожит от счастья, его тоже переполняют эмоции. – Не думал, что увижу тебя. Ну, по крайней мере, я себе не так это представлял.

– Я тоже, Доми, – я изображаю плохое подобие улыбки.

Он помогает мне сесть, затем я сплевываю кровь на пол. За мной внимательно следят две пары глаз, кто-то уже счастлив, а кого-то продолжают терзать нехорошие предчувствия.

– Мы выберемся, обещаю, – взволнованно говорит Доминик.

– Я знаю, братишка.

С озабоченным видом Доминик рассматривает меня своими голубыми глазами, пытаясь навскидку оценить мое состояние. И вдруг он замечает браслет на моей руке и, недоумевая, протягивает свою кисть.

– Разве ты не потерял его возле клумбы, которая оказалась порталом в этот мир?

– Верно. Потерял, он выпал из кармана, когда та тварь подбросила меня на своих клешнях. Ты ведь ее тоже встретил в особняке, ну или в саду?

– К сожалению, да! – отвечает он. – Ты здесь один?

– Почему ты спрашиваешь?

– Женщина по имени Мира Джонс, она случайно не попала сюда вместе с тобой?

Я отрицательно качаю головой.

– Я обещал некоему мистеру Ризу разыскать не только вас. Я до последнего верил в версию убийства, и отец и сын Ризы были у меня первыми подозреваемыми. Я собирался пристрелить этого старика…

Меня невольно позабавили его слова.

– Тварь напала на нее, когда я сидел в амбаре, – говорю я. – Мне так жаль… Это я виноват в том, что с ней произошло. Я оставил ее совсем одну с этим чудовищем, не знаю, была она в тот миг мертва или просто в обмороке…

– Я не нашел на территории особняка никаких тел, кроме обглоданного трупа собаки.

– Нет… нет… – я был охвачен болью и сожалениями. – Я должен ее найти, Доминик, я никуда не вернусь без нее.

– Тогда спешу тебя обрадовать. Мне кажется, я видел в этом комплексе твою Миру.

– Скажи мне, где? – у меня перекрывает дыхание. – Она жива?

– Не уверен, Майкл. Там, где я ее обнаружил, невозможно дышать. Она угодила в какую-то зеленую субстанцию. И я еще не придумал, как ее оттуда достать.

– Идем, – я пытаюсь встать, но тут же падаю обратно. – Кажется, у меня проблемы с ногами, я их практически не чувствую.

– Тебе необходимо отдохнуть, Майки. Посиди немного, – он садится рядом. – Сколько ты здесь пробыл?