Глава 25

Примерно через сорок метров нас ждал неприятный сюрприз.

Дальнейший проход по тоннелю перекрывала стена, источающая туманное свечение и выглядящая как матовое стекло с плавающими по нему разноцветными пятнами света — барьер!

«Твою мать! Значит, барьер уходит не только в небо, но и под землю?»

— Амалия, это ведь барьер? Почему ты раньше не сказала, что он распространяется не только вверх, но и вниз?

— Я сама не знала! Это руническая защитная конструкция, а я в этом ничего не понимаю, — ответила баронесса.

— Нужно что-то придумать.

— А что тут придумать? Нужен специалист по рунам. Притом каждый барьер уникален, и нюансы может знать только тот, кто его возводил, — сказала Амалия. — Лучше вернуться в комнаты и утром обсудить возможность использования тайного хода вместе со всеми.

— Нет… Тот, кто его возводил, говоришь? — в голове сформировалась кое-какая мысль.

— Что ты задумал? — спросила красавица, подозрительно глядя на меня.

— Сейчас вернусь. Подождите здесь.

***

— Эрика, сбегай и принеси ведро холодной воды, — обратился к своей рабыне, — а то я что-то перестарался.

Всё в том же тоннеле перед моими ногами без сознания лежал худой рыжебородый гном… Имеется в виду, худой, по меркам гномов, а так этот «мужчинка» был довольно плотного телосложения.

— А если… — начала говорить Эрика, но я её перебил.

— Ни на складе, ни на кухне никого нет. В ближних коридорах тоже. Просто не шуми, и тогда точно ничего не произойдёт.

— Зачем ты его сюда притащил? — спросила Амалия. — Думаешь, он сможет снять барьер? Если он его деактивирует, все в замке погибнут!

— Нет, такого я не планирую делать. Я хочу, чтобы Дайдор сделал в барьере брешь, через которую мы все пройдём. Мы ведь в книге Оскара читали, что это возможно, вот только у нас с тобой подобное провернуть точно не получится.

Эрика пришла с ведром воды и протянула его мне. Без лишней нежности выплеснул холодную жидкость на лицо гнома, отчего тот пришёл в себя и, осматриваясь мутным взглядом по сторонам, тут же начал потирать голову в том месте, где я приложился, чтобы вырубить.

— Какого дьявола здесь творится? — растерянно спросил гном.

— Мне нужна твоя помощь. Нужно сделать брешь в барьере, чтобы мы могли пройти.

— А? — уставился на нашу компанию коротышка, всматриваясь всё тем же мутным взглядом.

— Ты раскрыл себя, что можешь говорить? — спросила Амалия.

— Теперь это вообще неважно. Сейчас наша задача — выбраться отсюда!

— Какая брешь? О чём ты говоришь? Я такого не умею, — начал бубнить Дайдор, всё ещё приходя в себя. — И вообще, где это я?

— Слушай, я ведь знаю, что ты очень опытный мастер рун, поэтому даже не свисти про то, что ничего не умеешь! — заговорил, грозно нависнув над Дайдором. — Из трактата Архимага Оскара мне удалось выяснить кое-что про барьеры! Вот только не узнал, что магическая стена не только поднимается в небо, но и опускается в землю… Баронет Тронколт, ты руководил возведением этой защиты, кроме того, ты сам из древней семьи, специализирующейся на создании рунных артефактов и прочем подобном колдовстве. Можешь не вешать мне лапшу на уши, что ты не знаешь, как сделать брешь.

— Естественно, барьер должен уходить под землю! — возмущённым тоном буркнул коротышка. — Иначе любой идиот сделает подкоп, и от барьера не будет толку. Это как надеть в бой шлем, а тело оставить голым!

После гном нахмурился, о чём-то подумав, и добавил:

— Это предательство. Я на это не пойду.

— Это не предательство. Мы сейчас находимся в тайном тоннеле, который выведет нас из замка, — начал объяснять гному то же, что ранее пытался донести до баронессы, — тихо сбежим, а когда завтра нас начнут искать, то увидят этот тоннель, и у остальных тоже появится шанс сбежать из замка живыми. Просто мы скроемся чуть раньше, чем другие, потому что так нужно.

Дайдор с сомнением посмотрел на меня и стал более внимательно осматриваться по сторонам.

— Я специально оставлю всё открытым, чтобы Гюстав увидел вход в тоннель, — ещё раз уточнил для коротышки.

— Ты тот немой, что переводит трактат Оскара? — узнал меня гном.

— Да. Только, как видишь, я не немой.

— Это я уже понял… Я создам проход, но пойду с тобой!

— Почему ты так решил? — спросила Дайдора Амалия.

Гном посмотрел на красавицу, а после вернул свой взгляд на меня.

— Я помогу, но не просто так. Я пойду с тобой, а взамен ты меня обучишь тем техникам, которые были описаны в трактате Великого Оскара. Договорились?

— Слушай, — немного скривившись, ответил коротышке, — Дайдор, я не хочу тебе врать. В этом трактате не описано никакой магии. Там рассказано только о методах контроля маны, а также другой работе с ней вроде накопления или преобразования. Бо́льшую часть того, что написано у Оскара, я либо не понимаю, либо понимаю как-то неправильно, либо просто не могу повторить, поэтому…

— Я в общих чертах знаю, о чём этот трактат, — перебил гном, — мы ведь с Лиром Лироем были старыми друзьями, и кое-что он мне иногда рассказывал.

Гном грустно посмотрел в пол, видимо, вспомнил о судьбе друга и братьев, а после продолжил:

— Мои магические техники идут от моего предка… — тихо сообщил рыжебородый коротышка. — Он был иномирянином и оставил нашей семье множество сильных заклинаний и знаний по созданию артефактов. За много лет мы кое-что из этих знаний потеряли, а кое-чем разучились правильно пользоваться. Мне нужна информация из трактата, чтобы восстановить хотя бы часть былой славы семьи Тронколт и продолжить руническую школу моего пра-пра-пра-пра-прадеда!

Дайдор тяжело вздохнул, а потом добавил:

— Я не собираюсь мешать. Просто буду следовать за тобой, а ты в свободное время будешь обучать меня тому, что узнал в трактате. Когда мы закончим со всем этим, я уйду. Если ты не согласен… — гном сделал небольшую паузу, — то можешь идти в задницу и пытаться преодолеть барьер самостоятельно!

— Договорились, — ответил я, совершенно не раздумывая.

А почему нет? Меня будет какое-то время сопровождать опытный маг-артефактор, а как воспользоваться его услугами, я обязательно придумаю. Никакие моральные запреты мне не мешают передать коротышке техники, оставленные Оскаром.

Единственное, чего не собирался рассказывать, — информацию, написанную на последних страницах книги, так как седобородый прямым текстом запретил это делать. Проверять, насколько сильно бессмертный ублюдок может испортить мне жизнь, даже в мыслях не планировал. Кроме того, те листы были посвящены не магии и не мане, а… местной Системе! На последних листах книги Оскар кратко описывал некоторые опыты с работой Системы, высказывал свои предположения, что же это такое, а также написал о намерении посвятить свой следующий, двадцать первый, трактат исключительно этой вездесущей надстройке над миром. Но, помимо этого, корявым почерком Оскара Джавакяна были выведены очень интересные слова. Великий маг написал, что собирается проверить какие-то сведения, полученные им из древней летописи, и провести опыт на самом себе. В своей двадцать первой книге он обещал описать результаты эксперимента, и если всё получится, то Оскар раскроет метод, как избавиться от миссий, которые поступают от Системы, и жить свободным человеком, не обращая внимания на богов, а не быть «мальчиком на побегушках» у бездушных бессмертных сущностей.

Именно это седобородый запретил переводить. И именно эти строки не давали мне покоя. Хоть пока я ещё и не получал никаких миссий, но мысли о свободе без оглядки на угрозы седобородого говнюка будоражили кровь. Однако, учитывая рассказанное Амалией о том, что за беспредел творится вокруг трактатов Архимага Оскара, я не представлял, как подступиться к вопросу получения информации об этих книгах и начать их поиски.

В качестве подтверждения договорённостей мы с гномом пожали друг другу руки.

— Ты уверен? — спросила меня баронесса. — Как-то Дайдор подозрительно быстро согласился. У меня неприятное предчувствие.

— Я в любом случае собирался в будущем найти барона Шмидта и поговорить с ним об этом! — вместо меня с Амалией заговорил Дайдор. — А раз сейчас всё так сложилось, то я не имею права не воспользоваться этими обстоятельствами.

— Я ведь уже сказал, что согласен, — прервал полемику красавицы и гнома. — Что-то необходимо, чтобы пройти через барьер?

— Мне нужен камень Чи и много накопителей, — подумав, выдал заключение гном. — Чем больше, тем лучше.

— Камень Чи? Что это?

— Это довольно редкий материал, он не впитывает и вообще не пропускает через себя ману. Уникальный изолятор маны, который применяется для самых сложных рунических артефактов. Но у Миледи Седер он есть.

— У меня? — удивлённо воскликнула баронесса.

— Да, у Вас, Миледи. Я знаю, что Его Сиятельство Маркиз Седер подарил Вам музофон, — как-то слишком раболепно проговорил коротышка, — корпусы музофонов делают только из камня Чи.

— То есть ты хочешь его сломать? Ни за что! — возмутилась баронесса.

— Миледи Седер, — сказал я Амалии, которая от такого обращения очень подозрительно покосилась в мою сторону, — мы ведь с Вами договорились, что оставим музофон здесь. Он всё равно бы достался врагу, а так, хоть и сломанным, он послужит нам.

Девушка некоторое время боролась с собой, но затем грустно кивнула, и мы занялись делом.

Эрику оставили перед тоннелем «стоять на стрёме». Амалия пошла к себе, чтобы принести музофон и все накопители, которые у неё есть. А я пошёл с Дайдором, чтобы коротышка взял свои инструменты, серебряную проволоку, а также все накопители, имеющиеся в его запасах.

Одного гнома отпустить не решился, так как не до конца ему доверял и опасался, что коротышка поднимет тревогу. Но Дайдор вёл себя нормально, даже не пытался лишний раз шуметь или каким-либо другим способом обратить на нас внимание, когда мы скрытно двигались по коридорам замка.