Глава 19. Столкновение миров

Веки Мэйгара затрепетали на несколько секунд перед тем, как он открыл глаза. Его голова перекатилась на мощной шее перед тем, как он сумел поднять её в более-менее вертикальное положение.

Чандрэ устроилась напротив него, усевшись задом наперёд на кухонный стул, оперлась на спинку и попивала свежий кофе. Ещё секунду-другую он, казалось, прикладывал усилия, чтобы сфокусировать взгляд, и моргал.

Она улыбнулась ему.

Нахмурившись, он попытался выпрямиться на стуле.

Оковы на лодыжках и запястьях его остановили. Как и органическая проволока, которой она обмотала его грудь и талию.

— Хочешь чашечку кофе, брат? — спросила она, приподнимая свою кружку.

Мэйгар хмуро посмотрел на неё, его взгляд всё ещё оставался наполовину расфокусированным. Он вернулся к осмотру своего положения на стуле.

— Какого... — он прищурился, пытаясь сосредоточить взгляд, и всё ещё озадаченно хмурил губы. — Чан? Ты что творишь?

— Что я творю? — она мягко щёлкнула языком, но выражение её лица оставалось суровым. — Ты заявился ко мне на порог, брат. С пистолетом. Ты попытался меня похитить. Это не очень братское поведение, ведь так?

— Похитить тебя? — его слова на прекси всё ещё звучали немного невнятно, но неверие казалось искренним. — Чан, d’gaos ‘le yilathre…я пытаюсь помочь тебе! А теперь развяжи меня, мать твою! У меня рука начинает затекать.

— Помочь мне? Это как же? Тыкая пушкой мне в лицо?

Раздражённо щёлкнув языком, Мэйгар отвёл взгляд и вздрогнул от головной боли после наркотика, которая, наверное, начала проявляться сильнее.

Покачав головой, он сказал:

— Я не знал, как ты отреагируешь на встречу со мной. Последнее, что я знал — это то, что ты работаешь на него.

Чандрэ фыркнула в кружку. Она качнула длинными косичками и щёлкнула языком при виде выражения боли на его лице, затем отпила ещё кофе.

— Что ж, — сказала она. — Тогда мы оказались в затруднительном положении, да? Потому что мне не нравится, когда малыши-Шулеры заявляются ко мне на порог, размахивая пистолетами.

— Шулер? Это я-то?

Глядя ей в лицо, он издал звук, полный неверия. Она заметила, что он сильнее кривил губы в презрительной усмешке, чем ей помнилось. Его выражение говорило, что её замечание оскорбило его до глубины души.

— И это я слышу от тебя? От сестры, работающей на самого главного Шулера?

Она со смехом покачала головой и отпила ещё кофе.

— Чан, — зло произнёс он. — Как, по-твоему, кто же такой Дигойз в эти дни? Эмиссар созданий из-за Барьера? Какая-то добрая феечка, спустившаяся сюда, чтобы нести справедливость и надежду для всех его людей? Ты не можешь быть настолько тупой.

Он прикусил губу, и в его глазах отразились более сложные эмоции.

— Gaos, — произнёс он. — Как ты могла бросить Элли?

Чандрэ уставилась на него, и её тёмно-красные глаза подёрнулись дымкой.

На мгновение этот вопрос её разозлил.

Она могла бы напомнить ему, что он сам едва ли хорошо обращался с Мостом при их последних встречах... что он фактически попытался изнасиловать её в попытках разрушить её брак с Мечом. Что он как-то причастен к её заточению под Белым Домом, работал с Терианом. Что он стоял в стороне, позволял Териану избивать её и насиловать, когда она не подчинялась Шулеру.

Однако даже подумав обо всем этом, Чандрэ посмотрела на ситуацию с другой стороны, поразмышляв о себе самой.

— Я её не бросала, — сказала она наконец. — Не в том смысле, о котором ты говоришь. Мне нужно было побыть какое-то время подальше от неё. Подальше от её команды. Я подумала, что проведу это время с пользой, работая на Дигойза, — когда другой издал злой цокающий звук, она повысила голос: — ...Который, вопреки доле правды в твоих словах, делает хорошую работу. Ты обязан знать, что он сделал для наших людей, обрушив систему Секретариата. Он освободил тысячи — нет, миллионы — из-под каблука «Чёрной Стрелы» и других рабовладельцев. Это немало, что бы ты о нём ни думал.

— Дигойз Шулер, — пробормотал он.

Она показала нетерпеливый жест.

— Я думала, это не затянется надолго.

— Что не затянется? Его пребывание на стороне зла?

Она раздражённо щёлкнула языком.

И всё же она не могла рассказать ему о своей двойной работе с Балидором. Она понятия не имела, кому верен Мэйгар в эти дни, и она ещё не приняла решения уехать из Вашингтона или раскрыть своё прикрытие перед Врегом, пока в этом нет абсолютной необходимости.

Насколько она знала, Мэйгар проболтается своей мамочке-Шулеру, намеренно или нет.

Мэйгар хмуро смотрел на неё, словно пытаясь прочесть что-то в её молчании.

— Чан, этот парень невменяем. Почему я один это вижу?

— Ты говоришь как ребёнок, Мэйгар, — отрывисто сказала она. — И ты знаешь, что с ним не всё так просто. Он и Мост не могут оставаться в разлуке навечно. В итоге работа на него не так уж отличается от работы на неё. Они оба в итоге пойдут одной дорогой, либо к свету, либо к тьме.

— Ещё одна причина убить его, — пробормотал он, ёрзая под оковами на руках.

— Просто я, похоже, верю в Мост сильнее, чем ты, — резко произнесла она. — И в него я тоже верю больше.

— Ты определённо веришь в него больше, — фыркнул Мэйгар. — Поскольку я в него вообще не верю.

Всё ещё пристально глядя на него, она вздохнула. После небольшой паузы она заговорила терпеливее.

— Она не отпустит его так просто, брат.

— Ага, — сказал он. — Конечно.

— Она попытается ему помочь. Взять кое-какие его перегибы под контроль.

— До тех пор, пока он не убьёт её во сне, — проворчал он себе под нос. — Или не вынудит её тоже стать марионеткой Дренгов...

Но она перебила его сарказм.

— ...Ты должен признать, что она как минимум имеет на него влияние. Я думала, что смогу поработать с ним поближе, помочь ему с операциями, относительно которых они пришли к согласию хотя бы теоретически. Я планирую вскоре вернуться к ней. И у меня были... — она поколебалась, пожав одним плечом. — ...Свои причины. Чтобы захотеть побыть в стороне.

Воцарилось очередное молчание.

Затем Мэйгар фыркнул, склонив голову и показав жест прикованной рукой.

— Да, — сказал он. — Об этом я тоже слышал.

— О чем ты слышал? — резко спросила Чандрэ.

— Касс. Человечка Моста. И тот версианец, — он улыбнулся ей, но карие глаза смотрели ровно. — Отстой, наверное. Я слышал, он ходячий реликт. Отстойно, когда тебя заменяют мускулистой, но тупой особью.

— Я его не знаю, — натянуто сказала она.

— Ага, — сказал Мэйгар. — Конечно, — он во второй раз склонил голову и повернул широкое лицо к окну. — Ну, тебе не стоит воспринимать это на свой счёт, Чан, — немного изменив положение, он вскинул бровь. — Возможно, она просто предпочитает члены. Знаешь, у этих версианцев достоинства как у жеребцов.

Чандрэ почувствовала, как её пальцы стиснули спинку стула. Она уставилась на него, усилием воли подавляя ярость.

— Я привязала тебя к стулу, — напомнила она ему.

Мэйгар улыбнулся.

— Да. Я это заметил. И очень крепко, — он поморщился. — Даже слишком крепко, если хочешь услышать правду, клянусь богами...

— Я взяла над тобой верх вообще без усилий, — перебила она. — Как будто ты детёныш-Сарк. Как будто у тебя вообще нет опыта тренировок.

— Ага, это я тоже заметил, — нахмурившись, он вздохнул, посмотрел на цепи, затем на неё, и в его карих глазах стояло раздражение. — Отпусти меня, Чан. Ты знаешь, что я не собираюсь вредить тебе. Я лишь хотел кое-что тебе показать.

— Показать мне... что?

— Это в Нью-Йорке.

— Что в Нью-Йорке?

Мэйгар раздражённо выдохнул, щёлкнув языком.

— Ты же ищешь болезнь, верно? Ту, которая должна убивать всех людей?

Чандрэ замерла, не донеся кусочек тоста до губ. Завершив движение, она прокусила масляную корочку и медленно прожевала перед тем, как ответить ему.

— Откуда ты это знаешь? — спросила она, опустив руку с тостом на колени.

— Я был с ними в Белом Доме.

— Да, — сказала она. — Это я тоже знаю, — откусив ещё тоста, она стала жевать и взглянула на него, затем положила остатки на тарелку и убрала её на журнальный столик. — Мост сказала, что ты помогал им. Что ты удерживал её в плену.

— Териан удерживал её в плену. И тот жуткий ребёнок.

— Но ты был там? — переспросила она. — Как же так?

— Моя мать.

— Твоя... мать?

— Ага, — сказал он, неловко взглянув на неё. — Я не хотел там находиться, поверь мне, — когда Чандрэ лишь продолжила пристально смотреть на него, Мэйгар выдохнул. — После того, как она помогла Териану забрать Элли, она вытащила меня из Сиртауна. Во время бомбёжки. Из-за паники никто за мной не следил, так что она нашла меня и вытащила. Она забрала меня с собой в Америку.

— Почему?

— Почему? — он издал смешок, полный неверия. — Потому что она моя мать, Чан. Она знала, что Дигойз убьёт меня при первой же возможности. И она знала, что Семёрка будет стоять в стороне и позволит ему.

— Твоя мать — Шулер, — напомнила она ему.

— Ага, — отозвался он с суровым лицом. — Моя мать — Шулер.

Чан всматривалась в его лицо, сжимая спинку стула.

— И что? Что тогда? — спросила она. — Кто ты теперь, Мэйгар?

Он пожал плечами.

— Я никто, Чан. Я живу в Нью-Йорке. Коротаю время.

— А в свободное время? Ты ищешь смертоносные вирусы, убивающие людей?

— Нет, слушай... это само ко мне пришло.

— Как оно само к тебе пришло?

— Всё сложно.

— Как именно... сложно? — спросила Чандрэ.

— Я слышал о том, что случилось в Гонконге, — сказал Мэйгар. — Поначалу я не придал этому особого значения, но потом в Нью-Йорке я наткнулся на другую группу видящих. Нелегалов — ну, ты знаешь. Работают по найму, делают не самую законную работу за повышенную плату.

Чандрэ криво улыбнулась.

— Я думала, большая часть из них — тоже бывшие Шулеры, Мэйгар.

Он наградил её сердитым взглядом и раздражённо щёлкнул языком.

— Суть в том, что мы напились вместе... и они проговорились о своей последней работе. Они заявили, что знают расположение лаборатории, в которой хранился этот вирус. Они сказали, что кто-то заплатил им, чтобы они вломились туда и украли его. Ещё они утверждали, что тот же вирус использовали против той толпы в Гонконге. Они назвали инцидент в Гонконге «демонстрацией», сказали, что клиент намекнул, будто болезнь распространят по-настоящему в следующие месяцы.