Его брат просканировал комнату хмурым взглядом, затем резко кивнул. Он чуть отодвинулся, но Ксандер заметил, что рука его брата под столом была всё ещё под её юбкой. Ксандер понятия не имел, почему, чёрт возьми, этот вид так сильно заводил его, но проклятье...

– У нас есть другая проблема, – пробормотал Хавьер низким голосом. – Она не восприняла нас всерьёз. Да, малышка?

Рука его брата сместилась, и Ксандер услышал щелчок резинки.

– Она надела трусики.

Ксандер повернул к ней нахмуренный взгляд.

– Belleza?

Её ресницы с трепетом опустились. Дыхание стало чаще. Его член пульсировал.

– Я думала, что это было просто разговором в разгар момента. Их нетрудно снять. Мне просто нужно...

– Приподнять юбку, оставаясь спрятанной за столом, и снять их так, чтобы никто не заметил? – потребовал Ксандер. – Так ты предлагаешь это сделать?

Лондон открыла рот один раз, дважды. Затем резко закрыла.

– Мы на публике. Я не это имела ввиду...

– А мы представили это, и нам невыносимо ждать.

– Мы не можем здесь заняться сексом, – возразила она. – Нас арестуют.

– Это правда, но из-за твоих трусиков нам очень сложно касаться твоей киски под столом. И это делает нас несчастными.

– Когда мы несчастны, это означает, что мы сделаем более сложным для тебя получение оргазмов, малышка, – вмешался Хавьер.

Но его пальцы всё ещё были под её юбкой. Лондон напряглась и прикусила губу, затем заёрзала на сиденье.

– Сиди смирно, – предупредил Ксандер.

– Но.... он...

– Добрался пальцами до клитора?

Она покраснела и осмотрелась вокруг, не слышит ли их кто-то.

– Да.

– Потому что он захотел добраться туда. У тебя два варианта, belleza. Ты можешь использовать стоп-слово. Если ты это сделаешь, мы всё прекратим, и у нас будет долгий разговор о доверии. Или ты можешь быть хорошей девочкой и раскроешь свою киску, как тебя просят.

Он жёстко давил на неё, и знал это. Она всё ещё была скорее невинной, чем нет, и они ошеломляли её. Но ей всё равно это нравилось. Лондон быстро дышала, её соски упирались в рубашку. Ей просто было тяжело отказаться от мыслей и вверить себя в их руки.

– Мы никогда не поставим тебя в такое положение, где будут проблемы с законом, малышка. Кроме нас троих никто не узнает, что происходит под столом. Верно?

Лондон оглядела помещение.

– В-верно.

– Хорошо. Теперь разведи ноги шире.

Ксандер помог делу, обхватив её бедро и отведя его в свою сторону.

Хавьер наклонился над столом и кивнул ему.

– Спасибо.

– Всегда пожалуйста.

Он улыбнулся.

Эти лёгкие моменты, которые он и его брат разделяли... им нужно больше. Лондон была не просто девушкой, о которой они оба заботились, Ксандер осознал это. Она была кем-то, кто медленно помогал им преодолевать почти двадцатипятилетний разрыв между ними. С ней враждебность и обиды не портили их настроение. Они объединялись для общей цели дать ей наслаждение и сделать её счастливой. Для кого-то это могло не иметь смысла. Если они враждовали во всём остальном, почему не воевать и за девушку тоже? Но у Лондон было достаточно большое сердце для них обоих.

– Посмотри на меня, – потребовал Ксандер.

Она повернула к нему остекленевший взгляд. Возможно, никто не мог видеть, что Хавьер делает под столом, но они, вероятно, могли догадаться. Наслаждение Лондон проявлялось румянцем и неровным дыханием. Такой её вид заставил его кровь устремиться прямо к члену.

Внезапно её глаза закрылись, и она издала хныканье.

– Пальцы Хавьера в твоей киске хорошо ощущаются? – прошептал он.

Лондон кивнула.

– Ты будешь послушной девушкой и кончишь для него?

Её глаза широко распахнулись в панике.

– Не на публике.

Ксандер поднял бровь, затем посмотрел на брата.

– Хавьер, что думаешь?

– Если Лондон не хочет, то она этого и не заслуживает... – он пожал плечами. – Я думаю, что просто продолжу играть.

Она дрожаще выдохнула.

– Но я изнываю.

– Уверен, так и есть, – сказал Хавьер. – Когда ты будешь готова впустить меня в любое время и в любом месте, я сделаю это достойным твоего оргазма. А пока...

Официантка принесла их еду, казалось, что она неохотно подходит к столу, как будто поняла, что она прерывает что-то. Ксандер благосклонно улыбнулся ей, когда она ставила перед ними парящие тарелки с яичницей, беконом и тостами. Она поставила Табаско для него и Хавьера, затем оставила их в благословенном покое.

Не считая того, что Хавьер поднял руку от киски Лондон и облизал пальцы. Ксандер мог чувствовать её нежную, мускусную потребность, и его член дёрнулся. Он схватил свою тарелку. Или это, или сорвать с неё одежду и трахнуть её на этом столе, пока все смотрят. В ту секунду, когда они ворвутся в офис... Ксандер обрубил эту мысль. Что если его брат опять покажет ему на выход? Если он позволит Лондон пойти одной с Хавьером, то нет шансов, что его брат не проведёт большую часть дня с членом внутри её сладкой, тугой киски. И у Лондон нет причин говорить нет.

Ксандер задумался, отделит ли это его от двух людей, которые его заботили больше всего.

Хавьер принялся за еду, но ему не понадобилось много времени, чтобы взять одной рукой вилку и другой вернуться под её юбку. Лондон без энтузиазма ела, вместо ёрзанья по сиденью, очевидно прикусив губу, чтобы сдержать стоны и бороться с желанием умолять. Ксандер макал яичницу в Табаско. Даже так они казались ему безвкусными.

Он наблюдал за Лондон и братом, его член был твёрдым и желание росло, когда она покраснела до глубокого розового оттенка. Над её верхней губой блестели капельки пота. Он перестал пытаться есть и просто смотрел, задаваясь вопросом, даст ли брат кончить ей на людях.

Дыхание Лондон стало порывистым. Она схватилась за стол, закрыла глаза. Выражение чувственной концентрации на лице, брови нахмурены, губы сжаты. Несомненно, она была в секундах от оргазма.

Внезапно Хавьер вытащил пальцы и облизал их снова.

– Эти трусики на моём пути мешают мне продолжить, малышка. В следующий раз ты будешь следовать указаниям, да?

Её глаза распахнулись, и Лондон выглядела готовой возразить. Ксандер взял её руку в свою, проводя лёгкие круги по тыльной стороне ладони.

– Не спорь. Просто скажи да, и сними трусики, как только мы сядем в машину. Тогда он будет гораздо более милым.

Она обвела его взглядом, всё ещё выглядела так, будто хотела протестовать.

– Вы оба настойчивые.

– Это вряд ли изменится. Вне постели мы будем обращаться с тобой, как с принцессой, – пообещал Хавьер. – Мы будем баловать тебя, но собираемся получать доступ к твоей киске без помех, без споров, без ожидания.

Мы. Так... он и Хавьер, оба были в этих странных отношениях с Лондон. Он понятия не имел, куда это идёт и как долго продлится, но он не мог отрицать, что чертовски точно был счастливее, чем долгое время до этого.

Ксандер кивнул.

– Хорошо сказано, брат.

Он и его брат закончили завтрак. Когда он поднял взгляд, Лондон съела половину еды. Поскольку она всё ещё ёрзала по сиденью, он понял, что она захвачена предыдущими действиями, и это не даёт ей поесть.

Они оплатили счёт и покинули ресторан. Хавьер забрался на заднее сиденье вместе с Лондон. Ксандер и его брат оба выжидательно посмотрели на неё, и брат вытянул руку, пальцами выдавая нетерпение.

Она вздохнула.

– Ты серьёзно?

Хавьер просто поднял бровь. У него было недовольное выражение Дома. Ксандер почти гордился.

– Я не понимаю.

– Это о доверии, – сказал Ксандер. – Мы причиним тебе вред? Нет. Мы будем касаться тебя? Несомненно. Ты разрешаешь нам касаться тебя?

– Да. Но это кажется таким... необычным.

Лондон была такой закрытой, и Ксандер знал, что они торопятся и просят о многом. Но казалось, что здесь, между ним и его братом, она творила какую-то магию с их отношениями. Не говоря о том факте, что Ксандер чертовски отчаянно хотел снова оказаться внутри неё.

Шумно задышав, Лондон закатила глаза и попыталась максимально осторожно залезть под юбку. С ворчанием, ёрзаньем и дёрганьем она сумела достаточно приподнять юбку и спустить трусики. Розовый шёлк, отделанный нежным белым кружевом. В зеркало заднего вида он наблюдал, как дрожащими пальцами она положила их на ладонь Хавьера. Брат хитро улыбнулся, поднёс бельё к носу и глубоко вдохнул.

Лондон ахнула, на её лице было что-то среднее между ошеломлением и возбуждением.

Остальная часть поездки в офис прошла слишком быстро. Не только потому, что он умирал от желания узнать, что Хавьер делал с Лондон на заднем сиденье, но страх быть отвергнутым снова поселился в его животе. Сейчас, когда они приехали, Хавьер закроет перед ним дверь?

Ксандер припарковался и заглушил машину. Он знал, что в жарком лете Луизианы его брат не задержится в чёрной машине без кондиционера. Хавьер вышел, затем протянул руку Лондон. Ксандер последовал за ними, затаив дыхание.

Прежде чем он смог сказать хоть слово, телефон Хавьера зазвонил. Он выругался и посмотрел на экран.

– Привет, Даг.

Мейнард. Ксандер поморщился. У него не было возможности рассказать Хавьеру обо всех решениях, которые они с Лондон приняли прошлой ночью. Он предполагал, что и у Лондон тоже.

Другой мужчина продолжал говорить в ухо Хавьера, пока они заходили в офисное здание. Лондон вытащила ключи, и они молча вошли в лифт.

Не удивительно, что звонок сбросился внутри маленькой кабины.

Хавьер повернулся к Ксандеру.

– О чём, чёрт возьми, говорит Мейнард? Что вы двое решили с логинами?

– Мы трое, – вызвалась Лондон. – Я тоже помогала Ксандеру и Дагу.

Выражение лица брата не изменилось.

– Объясни.

Лондон открывала дверь офиса, когда телефон Хавьера зазвонил опять.

– Я тебе перезвоню.

Затем он жестом указал им обоим на кабинет.

Ксандер сглотнул и вошёл. Это не должно значить так много. Неделю назад у него не было даже тайного желания затащить свою задницу в "С.Ай.Индастриз" – по крайней мере, такого, которое он был готов признать вслух. Но каким-то образом, после проведённого времени с братом, всё изменилось. Сейчас он точно знал, как глубоко погряз Хавьер в чувстве вины и выпивке. Он осознал, что бизнес был в опасности. И на этот раз Ксандер чувствовал, как плохо не иметь цели. Лондон была бальзамом, успокаивающим всё это.