========== Глава 10. ==========

За окном мелькали огни родного ночного города. Казалось, воздух здесь был другим. И люди. Авдеев не осознавал, как скучал по Питеру за всеми треволнениями повседневной жизни. Они ехали на такси из аэропорта. Слава сидел рядом со спящей дочерью на руках и заворожено смотрел в окно. Почему-то очень хотелось, чтобы парню понравился город. В отпуск они отправились, как и планировали, но директор велел главному инженеру звонить по любым вопросам и не затягивать. Здесь у Авдеева тоже были планы посетить офис и встретиться с Соколовским, который пребывал в Питере в командировке. И, конечно, развлекательная программа распланирована на всю неделю.

Машина остановилась возле пятиэтажного дома. Во многих окнах горел свет. Слава не особо разбирал дорогу, просто шел следом за Димой. На руках спала Маришка, для которой день был утомительным: она юлой крутилась в самолете, а до этого суетливо бегала по квартире. Отец мог поклясться, что и ночью она практически не спала. Поднявшись на четвертый этаж, они вошли в достаточно просторную прихожую. Поставив сумки на пол, Авдеев забрал ребенка и отнес в темную спальню слева. Слава тихо прошел в комнату прямо и, включив свет, с интересом огляделся. Перед ним была просторная общая комната с современной мягкой мебелью, пушистым ковром и легким тюлем на окнах. Он присел на диван и со вздохом откинул голову на спинку. Перелет не был долгим, но неуемная энергия дочери держала в напряжении, потому Слава вымотался.

- Есть хочешь? – раздался тихий голос над головой.

- Не особо, - ответил Слава, открывая глаза. – Может, спать будем?

Хозяйская спальня не отличалась размерами. Да и вообще вся квартира была не больше восьмидесяти квадратных метров, что казалось странным для Авдеева, любителя пространства. В комнате была лишь двуспальная кровать, две тумбы и платяной шкаф с большим зеркалом. Слава не стал задавать вопросы, но, видимо, они отразились на лице. Дмитрий улыбнулся, глядя на него:

- Эта квартира принадлежала моим родителям. После смерти отца, мама снова вышла замуж за его партнера. Они переехали в другой район, а я остался здесь.

Мужчина снял одежду, расстелил постель и лег под теплое одеяло. Слава шустро последовал его примеру. Обнаженное тело коснулось прохладных простыней и тут же покрылось мурашками. Дмитрий притянул к себе парня и потушил свет.

- Мне очень жаль, - пробормотал Лазарев, внезапно понимая, что не знает о семье своего любовника абсолютно ничего. – Тебе, наверно, было тяжело.

- Есть такое. Перед самой его смертью мы разругались из-за моей ориентации. Он даже вычеркнул меня из завещания. Ему принадлежала сеть магазинов одежды, владельцем которой теперь является его партнер. Но это не столь важно. Игорь женился на моей матери спустя полтора года. Ей тогда было чуть за сорок, а я заканчивал университет, - рассказывая это, Дмитрий зарылся носом в мягкие волосы парня.

- От чего умер твой отец?

- У него был врожденный порок сердца. Он и так прожил дольше, чем предрекали врачи.

Слава повернулся лицом к любовнику и поцеловал в грудь. Он знал, что значит потерять близкого. Лишившись матери, он долго не мог прийти в себя. И порой в такой ситуации присутствие рядом любимого человека лучше любых слов поддержки.

Солнечные лучи проникали в спальню через белоснежный тюль. Они скользили по лицам спящих, пытаясь пробудить, но те лишь жмурились и зарывались глубже в одеяло. Звонкий детский голос заставил мужчин сесть в кровати.

- Из окна речку видно! – прокричала Маришка, врываясь в спальню словно вихрь. – Как в Венеции.

- Детка, мы же в Питере, - сонно пробормотал Слава, снова падая на подушку. – Здесь везде речка.

- Когда мы уже гулять пойдем?

- Может, для начала, позавтракаем, - предложил Дмитрий. – Ты зубы чистила?

Девчушка сжала губки и покачала лохматой головой. Деваться было некуда: без утренних процедур за стол не пускали. Маришка заняла ванну, Дмитрий отправился в ближайший магазин добывать завтрак, а заспанный Слава уселся на диван в общей комнате и включил телевизор. Каналы и программы ничем не отличались от того, что транслируют дома: везде стреляют, дерутся, делят территорию. В итоге выбор пал на музыкальный канал. Дочь возилась в ванной достаточно долго. Из-за дверей слышалась веселая песенка, которую, судя по нескладности слов, она сама сочинила. Звуки детского голоса стали громче, из чего следовало, что Маришка освободила помещение. Наравне с этим хлопнула входная дверь. На секунду повисла странная тишина, и вместо радостного возгласа послышалось истеричное: «Папа!» Вся сонливость моментально прошла, и Слава поспешил в коридор. В прихожей стояла высокая, худая женщина, и также с интересом рассматривала обитателей квартиры. На вид ей было не больше пятидесяти. Темные волосы собраны в высокую прическу, на лицо нанесен умелый макияж. Стройную фигуру обтягивал кремовый легкий плащ. В изящных руках она сжимала клатч.

- Вы кто такие? – строго спросила женщина.

При звуках ее голоса Маришка подбежала к отцу и схватила за ногу. Слава мысленно поблагодарил себя, что додумался натянуть хотя бы джинсы и не стоял перед незнакомкой в одних трусах.

- Мы гости хозяина квартиры, - нашелся Слава. – А вы?

- А я его мать.

С этими словами женщина сняла туфельки и начала расстегивать плащ. У парня же сердце пропустило удар и ушло в пятки. Он не был готов к судьбоносной встрече. Женщина производила впечатление высокомерной дамы, и Слава остро ощутил, как трясутся поджилки.

- Вы мне не поможете? – произнесла мать Дмитрия удивленно, словно Лазарев для этого здесь и поставлен, но обязанности выполнять не хочет.

Парень спешно подошел и принял плащ. Теперь стало понятно, у кого Дима учился властности. Под плащом оказалось приталенное бежевое платье с прямой юбкой, доходящей до колен. На одном запястье блеснул золотой браслет, в скромном овальном декольте – цепочка из того же гарнитура. Авдеева еще раз окинула гостей сына внимательным взглядом и направилась на кухню, бросив:

- Приведите себя в порядок. Я ожидаю на кухне.

Слава на секунда замер, припоминая, что в его гардеробе есть официального. Почему-то хотелось надеть строгий костюм, а дочь нарядить в платье. Но такой «порядок» занял бы много времени. И он просто натянул футболку, а Маришка – привычный домашний спортивный костюм. Волосы оба завязали резинками не потрудившись расчесаться. На кухне уже закипал чайник, а Авдеева восседала за овальным столом, покрытым резной скатертью кремового цвета. Комната была достаточно просторной. Вмещала в себя современную технику, небольшую рабочую поверхность, холодильник и телевизор, который и смотрела мать любовника на канале «культура».

- Я так понимаю, Дима отправился в магазин? – уточнила Авдеева, не отрывая глаз от экрана.

- Верно, - покивал Слава и, собравшись с духом, спросил. – Как мне к вам обращаться?

- Инна Игоревна, - наконец оторвала взгляд от телевизора дама и мило улыбнулась. – А как вас зовут?

- Я Вячеслав. А это моя дочь, Маришка, - ответил Слава, подталкивая дочку к столу.

- Очень приятно, - пробормотала девчушка.

- Мне тоже, дорогая, - покивала головой Инна Игоревна и похлопала по стулу рядом. – И какое интересное у тебя имя! Венгерское?

- Да, - улыбнулась Маришка, взбираясь на стул. – Мой прадед был венгр.

Чайник закипел, и Слава принялся готовить чай. Он был в кухне впервые, но чашки и чай нашлись быстро. Сначала он достал пакетированный, но Инна Игоревна его остановила:

- Ни в коем случае! Только заварной. И заваривать следует ровно три минуты.

Парень сглотнул, но сделал, как велели. Димы катастрофически не хватало. Настенные часы подсказали, что он отсутствует полчаса, значит, вот-вот должен вернуться.

- Чем вы занимаетесь, Слава? Вы позволите так вас называть? – поинтересовалась дама, поднося чашу ко рту.

- Да, конечно, - покивал парень, усаживаясь напротив. – Я инженер. Занимаюсь разработкой конструктивной части проектов сельскохозяйственных и промышленных зданий. Работаю с вашим сыном.