Моё воображение рисовало мне удручающие картины будущего. Ксад Ишан общается с учеными проекта, его интеллект и знания вызывают искреннее восхищение профессора Лоу и всего научного персонала. ЩИТ возвращает Ксад Ишана на Цитадель, ИИ в кратчайшие сроки становится популярным, и начинает пользоваться доверием у окружающих. Представляя большую ценность, он расширяет круг своего общения, на равных воспринимается высокопоставленными чинами Цитадели. Местные, одержимые идеями свобод и равноправия, признают Ксад Ишана как личность, после чего у него появляется имущество, даже друзья. Ему поручают всё более сложные задачи, предоставляя в его распоряжение больше ресурсов. Ксад Ишан эффективно управляет армадой кораблей, побеждающей армаду людей. Новая военная доктрина с активным использованием ИИ возникает на фоне угрозы вторжения жнецов и Ксад Ишан превращается… в Милинет этого мира. Потом война со жнецами, а после победы сражение насмерть с Ксад Ишаном, получившим к концу войны полное доверие и весь военный потенциал в своё управление.

И этого джинна из бутылки выпустил я.

— Волков, ты в порядке, полковник? — Помотав головой, я очнулся и, озираясь, увидел вопрошающего Харти, который озадаченно меня разглядывал.

— Не совсем, — помотал головой я ещё раз, окончательно вытряхивая из головы мрачные мысли, — но это подождет. Давай побеседуем с нашей «жабой».

— Как будем строить разговор? — поинтересовался Кай.

— Знаешь, ведь он делал мне предложения, — вспомнил я эпизоды общения с агентами Серого Посредника, — поэтому повод у нас есть, а дальше ты ведь хотел, чтобы он работал на тебя, верно?

— Верно, — согласился с ухмылкой Кай Харти.

— Значит, я его попугаю, а потом ты с ним закончишь беседу так, как тебе нужно и как нужно вообще.

— Пойдёт, — задумчиво согласился полковник.

— Учти, мы должны выяснить, кто за ним стоит, — напомнил я Харти, удовлетворяя свою новую, но быстро развивающуюся паранойю.

— Выясним, и если я поработаю с ним хотя бы два месяца, то он станет очень лояльным че… существом, командир, — похвастался Кай. Не думаю, что он это сделал безосновательно.

Вскоре мы уже открывали зал, в котором «Жаба» наконец успокоилась и просто сидела в собственном кресле, ожидая наших действий.

Вошли мы вдвоём, однако за стеной космопехи были готовы ворваться в любой момент и превратить крупную мишень в виде красной жабы в решето.

— Итак, вы помните меня? — начал я незамысловато, придав голосу жесткость.

— Да, — прорычала жаба, ограничившись этим.

— Ваш корабль захвачен как приз и отныне принадлежит корпорации «Щит», а теперь будет решаться ваша судьба, — пояснил я Серому Посреднику его положение. — В ваших интересах отвечать полно, без заигрываний и убедить нас в том, что живым вы будете более полезным, чем мёртвым.

— Вы ворвались на мой корабль, захватили его как пираты и хотите разговора?! — зарычал Серый Посредник. — А если…

Но его речь была прервана хлопком выстрела и звоном разлетающихся мониторов прямо за его головой. В моей руке был зажат пистолет, направленный ему в голову.

— Вы не поняли своё положение, — покачал я головой, — всё, что нужно корпорации, уже получено. Вы лишний.

Серый Посредник примолк. Прежде всего потому, что он находился в мощном поле, которое, по его мнению, давало ему защиту, но оказалось пробито одним выстрелом из импульсно-кинетического пистолета. До него дошло, что он действительно мало знает о наших возможностях и целях, однако надо отдать ему должное: в себя он пришёл довольно быстро.

— Хорошо, — примирительно поднял крупные руки Серый Посредник, — но могу я спросить?

— Попробуйте, — я опустил пистолет. Кай Харти стоял, не меняя бесстрастного выражения лица и позы.

— Какие у «Щита» ко мне претензии? Зачем вы захватили мой корабль? — спросила Жаба довольно вежливым тоном.

— Они достаточны для того, чтобы мы оказались здесь, — туманно ответил ему я и, подразумевая похищение лейтенанта Кайдзи Окуда, добавил: — Вы переступили черту, за которой стали для нас важным вопросом. Теперь отвечайте, на кого вы работаете?

— На себя, — угрюмо ответила Жаба, однако, перехватив мой взгляд, дополнила ответ: — Я принадлежу к малоразвитой расе. Меня похитили ребенком и держали в качестве зверушки на этом корабле. Пока я рос, научился местному языку, скрывал свою силу и возможности. Предыдущий Серый Посредник часто развлекался общением со мной, думая, что разговаривает со зверьком. Однажды я оглушил его ментальным ударом, подтянул к своей клетке и использовал его ключи для своего освобождения. Потом я прошёл весь корабль и в одиночку зачистил его, став новым Серым Посредником.

Версия «Жабы» потенциально проверялась по каждому пункту, поэтому с фактом того, что за ней нет агрессивной расы, давно планирующей войну с человечеством, меня слегка отпустило одолевающее в последнее время напряжение.

— Для чего вам понадобился протеанин? — задал я следующий вопрос.

— Мне известно о наличии жнецов. Информация протеанина стала бы превосходным источником дохода, когда о жнецах узнают все. Кроме того, я рассчитывал получить сведения для себя, то есть собственной безопасности, — хмуро рассказал Серый Посредник. Его ответ был правдив; похоже, он проникся ситуацией.

— Для чего вы похитили Кайдзи Окуда? — уточнил я по другому интересующему меня поводу.

— Чтобы вынудить сотрудничать Казуми Гото для похищения протеанина из «Цербера», — ответствовал пленник. Значит, из Цитадели ИИ был похищен Призраком, понял я.

— Как вы узнали, что протеанин находиться в Цербере? — продолжил расспросы.

— Я этого не знал, но был уверен, что Цербер похитит протеанина, потому что не мог пройти мимо. Останки протеан изучались системно доктором Мануэлем Кайше, на Цитадели у них были скрыты серьёзные силы, с которыми Призрак мог бы попытаться даже захватить или уничтожить Совет.

— Откуда вам известно положение дел в Цербере? — задавая вопрос, я параллельно задумался о ситуации в целом. Было понятно, что в случае единовременного уничтожения Совета Цитадели в этой галактике наступит кратковременная паника и хаос — таково было свойство местных людей, паниковать при неожиданности и только потом реагировать. При этом, судя по всему, для Цербера явно не являлось проблемой СБЦ Цитадели, ведь, помимо похищения протеанина, террористической организации удалось накопить силы в сердце так называемой цивилизации. Уязвимость цивилизации от военных угроз и далеко идущие стратегические планы Цербера — вот два вывода, которые обязательно следует сделать.

— В Цербере у меня было два информатора, которые не регулярно снабжали меня сведениями, — признался Серый Посредник, — но после похищения протеанина начались проверки, контакты на связь выходить перестали и, скорее всего, ликвидированы.

— Как вы вообще узнали о протеанине? — я посмотрел на Кая Харти. Несмотря на выдержку, его глаза разгорались, и было от чего: агентурная сеть Серого Посредника проникла в Цербер, а полковник понимал насколько, это нетривиальная задача.

— У меня есть информатор на «Нормандии», это продавец… э-э, распорядитель оружейного арсенала, — пояснила «Жаба». — Ценного он знает мало, однако сумел подслушать разговор между турианцем и кварианкой о протеанине с Илоса, когда те разговаривали на нижней палубе после боя на Цитадели.

— Понятно, — сказал я, решив, предупредить об этом Джейн Шепард. — Далее вопросы будет задавать полковник Кай Харти.

Буркнув что-то нечленораздельное, Серый Посредник уставился на Харти. Я, уже выходя из зала, слышал, как полковник обращается к «жабе»:

— Деактивируйте защитное поле. Оно вам не поможет. И сбросьте оружие, поговорим в более спокойной обстановке.

И правда, подумалось мне, какого варена я не догадался разоружить пленника сразу? Всё-таки у Харти гораздо больше опыта в таких делах.

Дэвид Андерсон, капитан первого ранга, крейсер «Перуджа».

Адмирал Хакетт отправил наш крейсер в одиночный рейд для боевого слаживания и притирки вновь укомплектованного экипажа. В полетном задании маршрут определял капитан, то есть я, и тогда у меня возникла идея посетить Новерию и Цитадель, чтобы повидаться с Волковым и Шепард. Но, поскольку их могло не оказаться на месте, мне следовало связаться с ними заранее.