— Мэм, я опираюсь на полученные данные, — ушёл от ответа церберовец.

— Приготовьте план операции по обездвиживанию неизвестного фрегата, имеет смысл допросить экипаж, — подвела итог их короткой беседе оперативница Лоусон.

— Слуша… — слова капитана были прерваны криком оператора наблюдения:

— Сэр! Обнаружен неопознанный челнок, стартовавший с корабля-станции.

— Перехватить! — среагировала Миранда раньше капитана.

— Выполняем перехват, — подтвердил приказ спецагента церберовец, убедившись взглядом в том, что Лоусон отдает отчёт в последствиях. — Курс 240-Х, малый вперёд.

— Курс принят, есть малый вперёд! — рапортовали с мостика.

— Запуск торпеды перехвата, — продолжил командовать капитан.

— Выполнено, сэр, — поступил рапорт с боевого поста, который был незамедлительно дополнен рапортом поста наблюдения. — Сэр, запуск обнаружил нас перед неизвестным фрегатом.

Капитан «Августиана» и Миранда промолчали, обозревая мониторы. Торпеда вырвалась из поля невидимости крейсера, рассеяв его, и рванула к челноку, который попытался совершить противоторпедный манёвр. Однако церберовский аппарат не мог быть обманут таким простым манёвром: приблизившись вплотную, торпеда рассыпалась на несколько боеголовок в виде облака. Они словно подгадали момент, когда челнок окажется в центре, и самоуничтожились, испустив мощный подавляющий импульс. Защита челнока ожидаемо не справилась. Резкая остановка всех двигателей вынудила челнок беспомощно вращаться и лететь дальше по инерции.

— Цель поражена, — доложил боевой пост.

— Теперь атакуем неизвестный фрегат, — приказала Миранда, — челнок от нас не сбежит.

Лоусон не знала боевые возможности фрегата и опасалась реакции «Нормандии», которая пряталась неподалеку. Если «Нормандия» заодно с этим фрегатом, то крейсер «Августиан» вполне может проиграть схватку двум судам одновременно. Его сильной стороной являлась невидимость, а не боевые качества. По возвращению на базу Миранда решительно настроилась на модернизацию «Августиана», чтобы довести его хотя бы до уровня легкого крейсера.

— Курс 137-Р, полный вперёд! — скомандовал капитан.

— Курс принят, есть полный вперёд, — донеслось с мостика.

Полковник Кай Харти, фрегат «Линденн»

Связь с кораблем-станцией была прекращена напавшими, ручеёк сведений прекратился. Но Харти достаточно наблюдал, чтобы сделать для себя определённые выводы. Во-первых, помимо первой стороны, взявшей на абордаж судно, существовала вторая, причём для первой она была сюрпризом. А во-вторых, внутри первой абордажной команды существовали противоречия.

В обычных условиях Кай отступил бы, но ситуация таковой не являлась, поэтому, выдвигаясь на безоружном фрегате, полковник запланировал дерзкое довольно решение без запасного плана и возможности отхода. Такой подход оправдывало только две причины: крайняя важность оборудования корабля-станции и наличие импульсно-кинетического оружия. Кай Харти отдавал себе отчёт в том, что с утратой оборудования в текущий момент придется распрощаться с агентурной сетью Серого Посредника, а последнее оружие, недавно разработанное в недрах корпорации «Щит», предоставляло серьёзное преимущество его бойцам.

— Сэр, обнаружен челнок, отстыковавшийся от станции, — сообщили с мостика.

— Плохо, — задумчиво пробормотал Харти, — но не смертельно.

Кто именно находился в челноке, полковник не знал: возможно, азари в повреждённой броне, у которой возникли противоречия с остальными. Увезти что-то ценное со станции челнок не мог.

— Сэр, обнаружен неизвестный крейсер, начавший перехват челнока, — поступил следующий доклад с челнока.

— Какого черта? — выдал Харти, бросившись к мониторам. На фронтальном курсе неподалёку от целевой станции действительно появился корабль крейсерского класса. Он выпустил одну торпеду, активность боевой части которой сняла его невидимость. Повернувшись к пилоту, Кай захотел услышать его мнение: — Что скажешь, Нестеров?

— Для челнока торпеда избыточна, сэр, — почесал макушку пилот. Нестеров ранее летал под началом капитана Соренсен, и она не собиралась отдавать военного пилота на «Линденн» в разведку, в категоричной форме отказав Каю. Однако после просьбы Волкова, которого убедил Харти, почему-то покладисто дала согласие.

Сам Нестеров свой перевод воспринял без энтузиазма, но приказу подчинился без лишних разговоров. Харти уже убедился в том, что пилот ему попался «от бога».

— Думаешь, бьют наверняка? — с сомнением задумался Кай и тянул время, насмешничая, — или это маньяки-любители тел, разорванных в кровавые клочки?

— Скорее торпеда имеет специфическое назначение, — пожал плечами Нестеров, но гадать обоим долго не пришлось. Всполохи импульса распустились у цели, и челнок потерял управление. Увидев результат, пилот пробормотал: — А теперь они, скорее всего, займутся нами, сэр.

— Похоже, ты прав, действуем по нашему плану, но только резвее, — отозвался Харти, не сводя глаз с монитора. Крейсер незнакомцев уже завершал боевой разворот, временно оставив челнок без внимания. Хищные контуры противника нацеливались на безоружный «Линденн».

— Слушаюсь, — козырнул пилот, включая сирену боевой тревоги. Харти взял ком, чтобы сделать объявление:

— Внимание! Абордажной команде и экипажу приготовиться к экстренной высадке!

Затем полковник повернулся к пилоту:

— Ты можешь сделать так, чтобы наш фрегат протаранил этот крейсер после нашей эвакуации?

— Нет, сэр, ВИ не допустит такой манёвр, для тарана требуется живой оператор, — покачал головой Нестеров. В этот миг фрегат тряхнуло и бросило на пульт. Пилот едва не ударился лбом об аппаратуру. Кай Харти с трудом удержался, успев среагировать. Ведь, заговорившись с пилотом, полковник прозевал момент атакующей вспышки артиллерийских систем крейсера.

— Фронтальный удар, сэр, — спокойно прокомментировал Нестеров, сохраняя хладнокровие. Монитор показывал падение щита на 27%, что было гораздо меньше ожидаемого. Видимо, крейсер атакует не в полную силу.

— Что же ты не увернулся? — насмешливо спросил Харти пилота, прекрасно понимая невозможность такого манёвра на дистанции «в упор».

— Виноват, сэр, засмотрелся на звёзды, — пряча улыбку, почти серьёзно ответил Нестеров.

— Надеюсь, после боя от тебя останутся хотя бы глаза, чтобы ты мог продолжить это делать, — невозмутимо предположил Кай. Выдержка и быстрая реакция пилота в экстремальных условиях ему очень нравились.

— Даже один глаз неплохо, сэр, при этом шансы возрастают вдвое, — поддержал беседу пилот, не забывая гонять системы корабля. Фрегат и крейсер сменили положение, сблизившись. Следующий залп ударил в другой сегмент силового щита, Нестеров попросту не дал повторить попадание, своим манёвром.

— А теперь двигаем к штурмовой команде, пилот, — приказал полковник, активируя механизм самоуничтожения. Фрегат выполнил свою задачу, и ему предстоит погибнуть, совершив всего один вылет на новой службе.

— Так точно! — вскочил Нестеров и бросился к трюму, на ходу вздевая шлем боевого скафандра на голову. Повторяя его действия, Кай Харти оставил фрегат на милость судьбы. Экстренный спуск лифта — и двое военных оказались в среде экипированных и готовых к высадке космопехов и экипажа, уже занявших свои места.

Заскочив в челноки высадки, полковник выждал очередное сотрясение корпуса от удара противника, после чего скомандовал:

— Поехали!

С выпуском атмосферы в космос два челнока рванули к кораблю Серого Посредника. Крейсер среагировал двумя торпедами, но дистанции были столь малы, что оба челнока на ходу сбросили десант на поверхность станции. Челноки были парализованы импульсом, но в них уже никого не оставалось. Спустя пару секунд оба десантных транспорта незрелищно развалились, будучи выжжены изнутри. Такова была особенность термобарической взрывчатки, которая вначале сжигала внутренности, а затем прожигала корпус.

На месте первого вторжения в области систем управления корабля был смонтирован резервный шлюз доступа, реагировавший на специальный кодифицированный сигнал. Космопехам «Щита» не было нужды резать корпус или использовать спецсредства абордажа. Повинуясь команде, внутрь станции упала аппарель, и все бойцы корпорации забежали внутрь, практически не снижая темпа. Аппарель вернулась на место, не дав возможности крейсеру атаковать на поверхности, укрывшихся внутри людей.