Всем пленённым пиратам предлагалась служба в корпорации с годичным испытательным сроком. Озвученные мной Хакманну принципы срабатывали не всегда: большей части пиратов не нравилась «честная жизнь», как окрестили службу в корпорации наши сотрудники. Зато, отпуская на волю других пиратов, мы могли быть уверены, что с нами остаются только лояльные люди и шпионы. С первыми будет работать Браун, а со вторыми — Киррне, и это нормально.

Через майора Тиммера Брауна уже пошёл небольшой поток кредитов благодаря продаже излишка трофеев. По его решению на Омеге открылся первый вербовочный пункт, через который пока тоненькой струйкой поступали новобранцы. А по моей просьбе Мария-Клэр обещала вскоре предоставить корпорации живучих и сообразительных солдат-рахни, способных к самостоятельному мышлению и жизнедеятельности в полном отрыве от неё. Предполагалась служба рахни-солдат в числе абордажных и штурмовых команд корпорации, а наши оружейники уже разрабатывали броню и оружие с учётом анатомии рахни, на полную катушку эксплуатируя разросшуюся мастерскую Джонни Браво. В то же время рабочие-рахни уже активно участвовали в постройке колонии на Илосе, и постепенно вид рахни в корпорации становился привычным.

Во время этих хлопот на связь со мной вышла Чейла Т'Ринн с просьбой добыть для разработки материалов произвольные останки Властелина. Удивившись тому, что мне самому не пришла в голову эта простая, но правильная мысль, я согласился с её просьбой и незамедлительно сформировал соответствующий запрос в Совет Цитадели, командировав для этой задачи майора Хауса. Майор был достаточно надежным и компетентно разбирался в вопросах секретности. Откровенно говоря, в этом случае мне бы сильно мог поспособствовать Андерсон, но Дэвид уже отбыл на флот капитаном крейсера «Перуджа». Поэтому я просто официально связался с Советником Доннелом Удиной, рассчитывая заручиться поддержкой со стороны Альянса. При этом оказался приятно удивлён тем, что он меня откуда-то знает. Удина заранее пообещал помочь нашей корпорации в проблеме, которую Хаус изложит ему на Цитадели.

Время летело незаметно, но, несмотря на то, что мне давно следовало вернуться на Илос, чтобы разобраться с проблемой Ксад Ишана раз и навсегда, я решил не покидать Новерию, пока не очнётся Шепард. В себя она приходила больше суток. Перед тем как лечь спать, я сходил её проведать и обнаружил там порядком уставшую Лиару, терзающую себя беспокойством. Мне удалось её успокоить и заставить покинуть медблок, чтобы отдохнуть. Джейн уже была восстановлена и благополучно извлечена из медкапсулы. Глядя на её спящее лицо, я испытал непонятное внутреннее волнение, с которым оказалось непросто справиться. Не разобравшись с причинами своего состояния, я просто отложил «проблему» на будущее и заснул, предварительно попросив сообщить мне, когда Шепард проснётся.

После её пробуждения поговорить не удалось: у неё была Лиара. Но совсем меня сбил с толку непривычно уютный вид Джейн, на которой был надет халат пациента. Когда я вышел из палаты вместе с Т'Сони, то какое-то время ещё продолжал находиться под впечатлением от увиденного. Вяло решая какие-то дела, мыслями я не раз возвращался к дополненному образу бравого СПЕКТРа. Так происходило до тех пор, пока она сама не вышла на связь:

— Привет ещё раз, нам нужно поговорить, — сказала она.

— Где ты? — спросил я, посмотрев на время и список задач.

— Я проинспектировала команду и «Нормандию» и нахожусь в собственной каюте, — ответила Шепард.

Прикинув варианты, я счёл это место более предпочтительным для откровенного разговора, чем собственный кабинет.

— Жди там, скоро буду, — сказал я, отключившись. Предупредив Марту о собственном отсутствии, попросил не беспокоить меня, если только дело не терпит отлагательств, и направился к докам. Чем больше приближался момент разговора, тем более хмуро становилось у меня на душе, поскольку ситуация, казавшаяся поначалу предельно ясной, вдруг превращалась в непонятную, покрываясь туманом. Моё собственное состояние стало меня раздражать, в результате чего мне пришлось усилием воли взять себя в руки и сформулировать по пунктам все мои намерения и желания.

Итак, во-первых, скажу Джейн, что она для меня важна. Во-вторых, поцелую её — это желание уже стало навязчиво-нестерпимым. В-третьих, возьму с неё обещание больше не рисковать. Я вспомнил ещё раз миг, когда остановилось её сердце, и вздрогнул, почувствовав, что разом покрылся холодной испариной.

Шаттл стремительно летел, сокращая расстояние. До доков оставались считанные минуты, когда я для чего-то проверил оружие. Оружие было в порядке, в отличие от моих нервов. Хмыкнув, я запретил себе волноваться и остановил шаттл, чтобы выйти.

На борту «Нормандии» меня встретил Прессли, которому я сказал, что направляюсь к Шепард. Помимо знакомых лиц, на фрегате виднелись турианцы, о столкновении с которыми мне рассказывал Харти. Спецназ инопланетников выглядел сработанно и профессионально. Завидев мою форму и знаки корпорации «Щит», турианцы слегка напрягались: видимо, сказывалось то, что в том бою были понесены невосполнимые потери с обеих сторон.

Приветственно кивая и козыряя встречным офицерам на фрегате, я быстро добрался до капитанской каюты самостоятельно, отказавшись от сопровождения старпома. Дверь была незаперта, а Джейн оказалась на месте.

Несколькими шагами я вошёл внутрь. Капитанская каюта состояла из двух секций, рабочей и жилой. Шепард я обнаружил работающей за терминалом.

— Джейн? — позвал я, втайне ею любуясь.

— М-м… Сергей? — с трудом оторвалась она от переписки, — пожалуйста, присядь, я закончу через пару минут.

Я прошёл в жилую секцию и присел в кресло. Мой взгляд случайно упал на кровать, когда меня посетила простая мысль о том, что именно на ней спит Шепард. Незатейливая мыслишка вцепилась в мое сознание и не желала отпускать. Успокоиться удалось, переведя глаза на большой аквариум, в котором плавала всего одна рыбка. Её сонливые движения плавниками зачаровали меня, что стало клонить ко сну.

Растормошило меня хмыканье рядом. Повернувшись на него, я увидел Джейн, видимо. уже давно сидящую в кресле.

— Если бы я не написала маме сейчас, то сделала бы это ещё не скоро, — прокомментировала она.

— Ты освободилась? — выпрямился я.

— Да, — с некоторым удивлением ответила она, внимательно рассматривая меня. Скорее всего, моя нервозность видна невооруженным взглядом. Набрав воздуха в грудь, я взял себя в руки и произнёс:

— Понимаешь, Джейн… — тут же замолкнув. На пике решимости высказать всё, что надумал, я вдруг с полной ясностью осознал, что сильно зациклился на своих мыслях и мне совершенно неизвестно, что может думать по этому поводу сама Шепард. Возможно, она совершенно равнодушна ко мне хотя бы потому… что у неё серьёзные отношения с Лиарой. Объяснения с Т'Сони на Земле вспомнились только сейчас и наверное, кстати.

В таком случае, должен ли я вообще что-либо говорить Шепард о своих чувствах и намерениях в отношении её? Чего я этим добьюсь, кроме дополнительной головной боли для нас обоих? Мысли лихорадочно заскакали, а ранее построенная смысловая конструкция разговора рушилась, как карточный домик… Память отчаянно рыскала в поисках признаков, но тщетно: Шепард не давала мне никаких оснований о каком-либо интересе ко мне с её стороны.

— Я здесь, — насмешливо напомнила о себе Джейн. Её слова дали мне понять, что мой мозг основательно «завис».

— Ты хотела поговорить со мной, — хмуро напомнил я её слова и легко тряхнул головой, пытаясь сбросить тяжёлые сомнения.

— Да, — несколько разочаровано согласилась она, — я ведь говорила, что моим заданием было найти Ксад Ишана. Почему ты не сообщил мне, что нашёл его?

— Смалодушничал, — ответил я. От конкретики стало легче на душе. — Я понял, что, скорее всего, решу уничтожить Ксад Ишана, но полагал, что тебе это не понравится.

— Уничтожить?! — удивилась она. — Но что он такого сделал?

— Ты знаешь о том, что Ксад Ишан — искусственный интеллект? — спросил я, решив уточнить наши первоначальные позиции.