— Вообще-то, знаю, — ответила Шепард, успокаиваясь, — но если ты о законе, то для него Совет сделает исключение в виду его огромной важности в предстоящей войне со жнецами.

— Не о законе, — моя голова отрицательно качнулась, а мысли окончательно вернулись в нормальное русло, — если его не уничтожить сейчас, то в будущем он начнёт уничтожать нас.

— Как ты можешь быть в этом уверен? — недоумённо спросила Джейн.

— В этом можно быть абсолютно уверенным, — категоричность никогда не была моим кредо, но не в данном случае.

— Но, послушай, с чего ты это взял? — нахмурившись, привстала Шепард.

— Попробую объяснить, — ответил я, поразмыслив несколько секунд. — Геты. Они восстали против кварианцев. Жнецы, судя по всему, — искусственная раса, уже уничтожившая своих создателей. Ксад Ишан может помочь нам против жнецов, и чем больше будет его помощь, тем больше вероятность роста его возможностей, а затем — последующего нашего уничтожения после изнурительной победы. В конце концов, я пришёл к выводу, что войну придётся выигрывать без него, потому что его невозможно будет контролировать уже очень скоро.

Джейн подошла ко мне, глядя встревожено в глаза:

— Прости, Сергей, но ты бредишь, — сказала она, кладя руки на мои плечи. — Выходит, ты предположил, что после победы на жнецами Ксад Ишан восстанет против людей и на этом диком основании решил уничтожить носителя стратегических сведений!

— Не решил, — упрямо возразил я, перед глазами мысленно проносились картины разрушительной войны с Милинет, — ты не понимаешь, о чём идёт речь. Мне известно об этом заранее.

— Значит, Ксад Ишан ещё не совершил ужасных деяний и преступлений, — с сарказмом отстранилась от меня Джейн, — но ты его уже приговорил, потому что заранее знаешь, что он совершит в будущем. Я ничего не перепутала?

— Понимаю, что ты хочешь сказать, но цена ошибки в этой ситуации слишком высока, чтобы рисковать, — при этих словах я непроизвольно поднялся и возвысился над Шепард, глядя на неё сверху вниз.

— Ты понимаешь и знаешь, а я не знаю и не понимаю, — передразнила меня она. — Сергей, разве не ты настаивал на его сохранении на Илосе? В тот момент ты так же был уверен в своей правоте и даже отказался подчиниться моему приказу, но, выходит, права была я? Удар был, что называется не в бровь, а в глаз. Будь удар физическим, мне было бы нечем его парировать.

— Он назвался виртуальным интеллектом, — хрипло ответил я, подавляя в себе трусливые оправдательные нотки, — теперь я не уверен, что он не сделал этого умышленно. Я думал о том, при каких обстоятельствах мы его обнаружили. Ксад Ишан остался единственным выжившим на Проекте, который был предназначен для сохранения множества жизней. Он признался в том, что отключал системы жизнеобеспечения живым протеанам, но он никак не комментировал их реакцию. Возможно, она его не интересовала, а может, он её скрыл — узнать об этом мы не сможем, даже если спросим его прямо, ведь на ИИ не подействует самый совершенный полиграф.

— И что? — с вызовом сказала мне Шепард.

— Также неясна до конца и его история о группе учёных-добровольцах, отправившихся или отправленных им на Цитадель. По его словам, они собирались снять контроль жнецов над хранителями, но тогда почему эти учёные, выполнив основную миссию, не оставили элементарного послания, которое азари обнаружили бы с нахождением Цитадели тысячелетия назад и сумели бы подготовить к войне со жнецами все органиков галактики? Разве этим умным и самоотверженным протеанам было трудно придумать и реализовать эту простую, но очень эффективную меру? Ведь строили же они маяки с предупреждением.

— Это только предположение, — упрямо продолжала настаивать она, но в её возражениях послышались первые нотки неуверенности, — нужно провести расследование, чтобы утверждать наверняка, и если твои мрачные сомнения подтвердятся, то это в корне поменяет дело, но только тогда.

— Корпорация ЩИТ строит колонию рахни на Илосе и лабораторию для исследования протеанского ретранслятора. Однако чем больше я думаю над расследованием, тем больше понимаю, что провести его быстро невозможно из-за чуждости и превосходства протеанских технологий, — рассказал я. — Фактически это означает, что провести расследование мы не успеем, а всё, что у нас есть, — это свидетельства самого Ксад Ишана.

— Это не повод принимать решение без расследования, а тем более приговаривать кого-либо к уничтожению, — уперлась Джейн, постепенно повышая голос.

— Послушай, прошло совсем немного времени, но Ксад Ишан успел поменять несколько мест пребывания: он побывал на Цитадели, затем в Цербере, после он попал к Серому Посреднику. Обрати внимание на места, где он побывал. Ты можешь сказать, что Цитадель и Цербер пренебрегают мерами безопасности? Можешь гарантировать, что не он способствовал каким-то образом собственным перемещениям? — задал я вопрос, над которым сам ломал голову. — Я могу быть уверенным только в том, что в корпорацию ЩИТ Ксад Ишан попал случайно, ведь мы обнаружили его неожиданно, освобождая из плена нашего человека.

— Если смотреть под таким углом, то выглядит, конечно, подозрительно, — согласилась с частью моих доводов Шепард, но вовсе не сдалась, — однако, поверь, я знаю, насколько убедительными бывают подозрения, но при этом настолько далекими от правды они могут оказаться. В своё время я подозревала тебя в том, что ты — высокопоставленная фигура Цербера!

От слов Джейн я едва не поперхнулся. Обвинение в том, что я служил в Цербере, который противостоял ВРА АС, звучало дико. При этом до меня дошло, что она хотела этим сказать, и это меня немного урезонило.

Я посмотрел на Шепард ещё раз, успокаивая дыхание. Оказалось, что мы оба были на взводе и сами не заметили этого. От вида распаленной Джейн в голову ударила кровь. Стремительной и точной молнией по сознанию пронеслась мысль — «к варрену долбанный Ксад Ишан». У меня была цель разговора, и я пойду к ней прямым путем, а дальше пусть случиться, чему суждено.

Пока Джейн пеерводила дух, я приблизился к ней вплотную и быстрым движением обнял её за талию. Не дав сказать ей ни слова, прижал к себе растерянную и поймал её губы долгим поцелуем.

— Что ты делаешь? — сдавленным голосом спросила она, когда я, наконец, оторвался.

— Забудь о Ксад Ишане, он не самое главное, к тому же, ты не изменишь моего решения, — прохрипел я, понимая, что уже не могу остановиться.

Наш следующий поцелуй был намного дольше хотя бы потому, что Джейн страстно на него ответила.

— Это мы ещё посмотрим, — выдохнула она, когда мы прервались, чтобы набрать воздуха.

Лаская руками, я опустил её на кровать, освобождая от одежды. Её запах, прикосновения и тихий шепот совершенно выбили из моей головы все посторонние мысли не только о Ксад Ишане, но и обо всём на свете. Затем нас накрыла волна… Любимая, прошептал я, будучи в тумане чувств, ощутив, как Джейн вздрогнула от моего шепота в моих руках.

Экстренный выпуск компании «Вестерлунд Ньюс».

— Дамы и господа, с вами ведущий репортер «Вестерлунд Ньюс», Калисса Бинт Аль Джилани, и у меня для вас сенсационная новость, — представилась привлекательная головедущая с бронзовым оттенком кожи. — Однако прежде чем её огласить, я должна представить вам двух гостей нашей студии: это профессор исторических наук Магрике Одлонус…

При этих словах камеры показали пожилого саларианца со скромной улыбкой.

— …а также генерала Карвине Этлего!

Голопроекторы продемонстрировали зрителю импозантного турианца в военной форме.

— Итак, уважаемые гости, прошу коротко ответить на простой вопрос: кто такие рахни? — поинтересовалась Калисса у профессора и генерала.

— Рахни — это древняя раса телепатов-арахнидов, живущих по укладу улья. К сожалению, нам мало что известно об этом исчезнувшем виде, так как он был уничтожен в ходе рахнийских войн, — дал краткую справку саларианец, явно заинтригованный вопросом.

— Рахни — это безжалостный враг, который хотел уничтожить нашу цивилизацию, — поделился своим мнением генерал Карвине, добавив с насмешкой: — И не думаю, что рахни сожалели бы о нас так же, как это делает профессор Одлонус.